И вырастут крылья (СИ)

Под влиянием момента, я решила навестить её могилу. Эсмейлд Чанд довёз меня до станции телепортов в Иринге, а оттуда я добралась до Паг-Авита. Сразу пошла на кладбище. Смела с надгробья снег и присела рядом.
– Извини, ба, я сегодня без цветов. Жалко их оставлять на таком морозе. Ты бы первая надавала мне по рукам за это…
Я рассказывала бабушке о своей жизни в Галингане и вдруг поняла, что улыбаюсь, что мне хочется говорить и говорить! И вот тогда пришло осознание, что моё сердце больше не здесь, не в Ласанге, что за какие-то несколько месяцев моим домом стал далёкий город, о котором я раньше даже не думала… И я не хочу возвращаться сюда. Эта мысль ошеломила.
В поместье я летела молча, не обращая внимания на встревоженные взгляды Эсмейлда, сидящего за рулём.
Калина тоже взволнованно смотрела на меня.
– Ты не говорила, что полетишь в Паг-Авит.
– Я и не собиралась, – призналась ей. – Просто вспомнила о бабушке и захотела её проведать.
– Мы волновались. Ты так неожиданно сорвалась с места.
– Извини, – мне стало неловко. – Я гуляла, и в голову пришла одна мысль.
– Какая?
– Наверное, тебе будет неприятно это слышать… – я растерянно взмахнула руками. – Мы с Линой у вас в гостях, и нам всё нравится. Но я хочу домой. Не в этот конкретный момент, а через день или два. Понимаешь? Меня здесь – в Ласанге – ничего не держит. Ни семья, ни друзья! Я полетела в свой родной Паг-Авит, но больше не чувствую его таковым! Странным образом мы с Ангелиной прижились в Галингане, он принял нас! За пару месяцев я изучила почти весь город! Когда по работе, а когда просто так облетела все порты и пляжи. Познакомилась со многими людьми и нелюдьми. И мне с ними комфортно. Это не патриотично звучит, но там моя душа на месте.
Калина склонила голову набок.
– Необязательно жить в Ласанге, чтобы быть её патриотом… В конце концов, это твоя жизнь. Я боялась, что тебе станет сложно верить людям. Хорошо, что ты не разочаровалась.
– Как я могу разочароваться, когда рядом со мной ты, лайдир, моя Ира? Вы помогаете просто так, ни на что не рассчитывая. Мне повезло с друзьями!
Кошка хмыкнула.
– Друзья – это хорошо… А как личная жизнь?
И вот тут я опустила глаза.
– Никак.
За эти месяцы я действительно познакомилась со многими людьми: с коллегами, с нашими соседями, с продавцами на местном рынке. Были среди них и мужчины, которые проявляли неподдельный интерес, но я никого не подпускала к себе. Слишком горький урок был в прошлом.
Краем уха слышала, что роман у Воронцова с принцессой продолжается, и многие в Ласанге следили за их отношениями, ожидая объявления о помолвке, но в подробности не вникала: зачем травить душу? Я и так собирала себя по кирпичикам, по кусочкам. И с Никитой мы больше не общались, хотя он звонил пару раз, но разговор не получался. А после переезда в Галинган, я окончательно прекратила общение с «лордиком».
Когда-то давно я сравнила свою жизнь с бегом и барьерами. Артём Воронцов был одним из этих барьеров. И я его не взяла. Упала, с размаху, больно, до крови. Но не смертельно. Главное – подняться и бежать дальше.
Я поднялась.
  
Глава 22
 
Четыре месяца спустя
День выдался суматошный. Сначала позвонили из праздничного агентства и сообщили, что нанятый мною аниматор сломал руку и не успеет восстановиться ко дню рождения Лины. Пришлось срочно искать замену. Выбрав нового ведущего, я полетела в кафе, согласовывать меню. Потом позвонил мой начальник, злой как шершень: возникли проблемы по заказу, с которым я работала. Кляня всё на свете, помчалась в офис (он был ближе, чем дом). Девочка-стажёр Иная, приветливо улыбнувшись, забрала Ангелину.
– Мы присмотрим за ней, – и шёпотом предупредила. – Шеф рвёт и мечет!
– Разберёмся!
И я разбиралась! Семь потов сошло, несмотря на работающие кондиционеры. Пиджак давно полетел на стул. На рабочем столе дружно лежали таможенные кодексы Ханорума и соседней Лехоаты, куда отправился груз. Мой рабочий гилайон раскалился докрасна. Но в итоге все вопросы были благополучно решены. Я рухнула на стул, облегчённо переведя дух. А когда посмотрела на часы, сдавленно выругалась и подхватилась со своего места.
 
– Лина, мы опаздываем!
Схватив дочку за руку, выбежала на улицу. Запрыгнула в такси и протараторила адрес водителю. И только тогда, наконец, повернулась к девочке.
– Вот это денёк!.. Как ты? Не скучала?
– Нет. Я люблю смотреть, как ты работаешь. Но мне не нравится, когда кричит твой начальник.
О да! Шеф у меня попался на редкость крикливый!
– Ты испугалась?
– Немножко. Но потом Иная с Теймом хотели угостить вашего начальника холодным соком или мороженым, чтобы заболело горло и он не мог так орать. И мне стало смешно.
Я проглотила улыбку.
– На самом деле господин Камара хороший.
Но дочь уже переключилась на другое.
– Мамочка, а мы зайдём на пристань?
– Конечно. Только сначала сходим к лекарю, чтобы он обновил заклинание.
Мы до сих пор лечили дальнозоркость. Учитывая быстрый рост девочки, приходилось регулярно проверять зрение и корректировать магическую сетку. Раз в месяц мы наведывались в один из городских лечцентров. Лина, регулярно бывая здесь, уверенно шла по коридору. Она звонко называла буквы и даже пробовала читать слова. Я шла следом и улыбалась, поглядывая на дочь. Она, опередив меня, вскочила в кабинет.
– Здравствуйте, лекарь!.. Ой! Фёдор Николаевич?!
Я оторопело уставилась на Зарецкого.
– Ты?
Маг подхватил Ангелину на руки и подмигнул мне:
– Привет, девочки!
– Ты что здесь делаешь? – я до сих пор не могла прийти в себя.
На всякий случай проверила лоб: нет ли температуры? Мало ли, разволновалась, переутомилась!.. Но мужчина был вполне реальный.
– Я?.. Работаю.
– Как ты здесь оказался?
– Прилетел.
– Как?
– На автолёте. Мог, конечно, Иглой, но захотелось полюбоваться местными пейзажами. Ханорум – красивая страна! А леса какие!
– Всё шутишь? – хмыкнула я и, осенённая внезапной догадкой, сказала: – Ты в Галингане по работе? Да? Командировка?
Маг, смеясь, покачал головой.
– Нет, Даша, я теперь здесь живу.
Под ложечкой засосало.
– То есть как?.. – я хлопала ртом, как рыбка, выброшенная на берег. – А там?.. Твоя работа?.. Клиника?
– А здесь что, не работа? – мужчина пожал плечами. – Даша, в Иринге остались мои ученики. Пора им дать шанс проявить себя!
– То есть, ты всё бросил? Улетел из страны, где был ведущим специалистом в своей области? Оставил место заведующего целым отделением лучшего лечцентра? Бросил семью, друзей, учеников? И вот так налегке рванул в неизвестность?
Маг, судя по нахмуренным бровям, задумался.
– Как-то в твоей подаче звучит не очень. Моя мне нравится больше.
– Озвучь, пожалуйста!
В любом случае, я обрадовалась этой встрече. Одной в чужой стране жить непросто. Да, у меня всё сложилось неплохо. Я выбросила Воронцова из головы, нашла свой дом и была с Линой. Но помимо плюсов, хватало и минусов. Глядя на нашу маленькую семью, что видели окружающие? Слабую магиню, не замужем, с дочкой без дара. Какие выводы напрашивались? Вполне однозначные: я нагуляла ребёнка. Никто не косился и не осуждал меня, но думали именно так. В этом я не сомневалась. И мне, воспитанной в традиционной семье, было чуточку некомфортно от этого. А Федя знал что к чему.
– Так почему ты здесь? – повторила я свой вопрос.
Зарецкий пожал плечами:
– Перемены. Иногда они происходят без нашего согласия. А иногда мы совершаем их сами, когда понимаем, что это необходимо.
 
– Тебе захотелось перемен?
– Да. Порой полезно начать всё заново.
Маг переключил внимание на Лину и, отвлекая девочку разговорами, обновил лечебное заклинание.
– Вот и всё!
Неужели Зарецкий перебрался сюда из-за нас, из-за меня?! Я вглядывалась в серые глаза, ища подсказку, ответ на свой вопрос. Но видела такой же пытливый взгляд. Осторожно улыбнулась мужчине.