Круги на Воде (СИ)
Впрочем, казалось, что и корабельного наполнения системы Флавум было вполне достаточно. Крейсер показывать было нельзя, но здесь было три далеко не старых корвета, ганшипы. Врата висели! По всем расчетам выходило, что «Фанеон» успеет присоединиться к остальным, даже взлетая с планеты. Да и кому могло прийти в голову, что сюда кто-то прилетит воевать именно вот так, внезапно! Все серьезные силы держались под наблюдением, нужные люди смотрели на местах. Были информаторы везде, среди наемников, среди военных, среди таможенников. Везде! Однако, противник и очень сильный здесь!
— Господин! Вызов! — доложил штурман.
— Отклонить, — сухо бросил Альва. — Остальным. Выставить заслон.
— Вторая эскадра противника идет курсом на сближение! — доложил штурман.
— Разумеется, — процедил Альва. — Для чего они еще прибыли?..
… Симеону Рабулею даже не нужно было узнавать, что приказал Татамо. Диспозиция было очевидной. Одна крупная единица противника, несколько ганшипов на пути основной части флота. Рабулей буквально на второй минуте, после появления в системе, еще даже до поступления распоряжений от Татамо, отдал приказ на перехват крейсера… который тут же развернулся и стал убегать.
И у него бы это могло и получиться, скорости примерно схожие, а вот топливные танки у крейсера куда более вместительные. Но эскадра Рабулеев появилась в системе крайне неудобно для крейсера, ему нужно было обогнуть планету, чтобы выйти на простор, а, значит, либо потерять время (если огибать планету так, чтобы она оказалась между ними и эскадрой Рабулеев), либо приблизиться к догоняющим. Крейсер выбрал второе… И, тем самым, предоставил возможность его догнать на пересекающихся курсах.
Уйти в прыжок, пока это было возможно, ему не дали акри. Да, Аэраны, конечно, не могли нанести никакого ущерба крейсеру, но они были рядом и не давали задействовать прыжковый двигатель. Массы тяжелых акри хватало, чтобы крейсер не мог их просто утянуть в прыжок вместе с собой (на самом деле, там другая система, но для военных было такое объяснение — прим.автора). И, смотря на это, а также на то, что в месте боя у врат и чуть дальше в пустоте висели три ЦЕЛЫХ корвета, Рабулей начал понимать, с кем они связались. И что рассказы сына были совсем не преувеличением. Корветы противника не проявляли никаких намерений, то есть, они были захвачены. Результат, если говорить честно, просто ошеломительный! Плюс, несколько ганшипов, в том числе из эскадры Ферокса, прямо сейчас барражировали около каравана транспортов-хандимакс. И вряд ли на этих транспортах везли… Да даже если на этих транспортах везли тупо руду, это уже оправдывало всю эту затею.
А еще Симеон Рабулей видел две (ДВЕ!) большие грузовые станции, висящие у планеты. Три корвета, станции, караван… Рабулеи влетели в дела, где такую фамилию, как они, приносят в жертву, даже не задумываясь. Более того, раздавливают походя. И это двойственное ощущение, большой удачи и столь же большой опасности… Оно действовало, словно боевой коктейль. Симеон Рабулей поймал себя на том, что нервно постукивает по подлокотникам капитанского кресла.
— До контакта двадцать два клика! — доложил Хьюго Форкас.
Голос сорокалетнего мужчины, отца троих детей, который с шестнадцати лет ходит в походы, слегка подрагивал. И Симеон понимал его. Все сейчас видят, что фамилия делает что-то очень… Объемное. Даже могучее.
— Перестроиться! — сухо приказал Рабулей. — Ганшипы вперед…
… Флот преодолел выставленный противником заслон, даже не особо задержавшись. Ганшипы заслона не могли выдать серьезный вес залпа, а вот Дзёхофу, Киуошо и корвет Ферокса Рабулея, как раз очень даже могли. В промежутках между залпами корветов не давали расслабиться ганшипы. Этот этап боя прошел как раз совершенно классически. Совмещенные залпы, когда все корабли долбят какой-то один корабль, выбивание в первую очередь самых слабых и поврежденных. Акри же, добравшись до крейсера, закрутили Карусель, не давай крейсеру оторваться и уйти в прыжок. А сбоку за крейсером с азартом гналась эскадра Рабулеев.
Именно они первыми и вступили в бой, сменяя израсходовавших топливо акри. И пока остальные корабли добирались до последнего бойца флота системы, Рабулеи устроили эффектную перестрелку. Разумеется, даже два корвета и четыре ганшипа крейсеру не особо противник. Если бы только они были, крейсер бы не стал никуда сбегать. А просто бы развернулся и расстрелял всех. Двенадцать орудий ГК, это и есть как несколько ударных корветов. И это только в поворотных башнях двенадцать. А еще есть несколько орудий большого калибра курсовых.
Но сейчас исполину сильно не повезло. Эскадра Рабулеев, словно гончие, лишь не давали зверю убежать. На маневры крейсера они оперативно реагировали, не давая противнику повернуться к ним носом и задействовать всю мощь орудий. Но отбегали так, что могли быстро вернуться. А вскоре до крейсера добрались охотники.
Пять корветов — это уже и для крейсера много. Плюс и ганшипы не забывали всаживать плазменные заряды в щиты крейсера. И сколь бы емкой не была батарея, через двадцать с лишним минут непрерывного обстрела истощиться и она.
Но и атакующим не было сладко. Крейсер тоже стрелял. И попадал. Вот вывалился из строя один из двух ганшипов клана Хайфоро. Второй корвет эскадры Рабулеев встал перед флагманом, у которого истощился щит.
Плазменные заряды непрерывно пересекали пространство между кораблями и, когда они попадали в щиты кораблей, по тем пробегали радужные разводы. Но если преследователи могли делать маневры и уворачиваться от зарядов, то по туше крейсере промазать было крайне сложно.
В конце концов, очередные слепяще-белые шары зарядов ГК не встретили на своем пути щит крейсера. На корпусе исполина расцвели цветки разрывов. И тут же преследующая эскадра пошла на сближение, непрерывно стреляя, выбивая орудия ГК, орудия непосредственно обороны. А три ганшипа, до поры прикрывающиеся корпусами больших собратьев, чтобы сохранить заряд батарей для щитов, рванули вперед…
… — Остановите ваших абордажников, — на голоэкране в такт. зале Киуошо, Татамо Хименей смотрел на усталое породистое лицо капитана крейсера.
И даже сдаваясь, он говорил так, словно делал одолжение.
— Я давал вам возможность избежать боя, — спокойно ответил адмирал Татамо.
— Давайте не будем ничем меряться, — поморщился тибритец. — Никому не нужны лишние жертвы. Мы деактивировали орудия и щиты. Мы сдаемся. Вы победили… На этот раз…
* * *Двенадцать часов спустя. Корвет «Киуошо». Ангар акри
Бледно-голубой свет двойной звезды проникал в ангар через открытые ворота ангара, в проемах которых слегка мерцали силовые барьеры. Денис, стоя спиной к воротам, смотрел на лица людей, лежащих в ряд на полу ангара. Шестьдесят два человека. Абордажники, члены команд. Пилот. Вместо некоторых лишь их вещи.
Ёсинори Татеяма. Помниться, он все никак не мог привыкнуть к огнестрелу. Мураё Мунето. Денис ему лично поправлял шлем, когда начались те тренировки, на Гунтае.
Нобу не отрываясь смотрит на своих. Ему еще тяжелее, он знал их с детства. Ракато Саюри. Сакато Таккай. Угуро Сюмин, Хубаро Стай.
Сикога Мая. Пилот. Рядом с ней стоит напарница, невидящим взглядом смотря на своего ведущего. На лице Маи пустотный ожог. Шлем ее авака треснул, но убило ее до этого. Прямое попадание в кабину. Поэтому тело девушки и прикрыто, потому что ниже груди месиво.
Единственный выживший из команды БДК-02. Парень стоит неловко, он тоже легко не отделался. И смотрит на четверых своих бывших сослуживцев. Они все были добровольцами, они знали, на что шли. Но легче от этого не становится.
Мужчины и женщины. Они пошли за своим главой. И он привел к смерти. Да, Денис прекрасно понимал головой, что жертвы на этом пути неизбежны. И они уже были. Погибали абордажники, пилоты, члены команд. Но…