Пространственная Удача (СИ)
И сейчас директор паниковал. Он не мог не паниковать, когда все его магические знания, его чувствительность к магии просто… были бесполезны. Менее чувствительные волшебники мало что чувствовали, даже профессора ощущали лишь смутную опасность, словно просто где-то рядом может случиться нечто неприятное, но ничего более. Но он отлично ощущал, что у Хогвартса появилось нечто способное стереть его с лица земли. И нет, это не Обскур. Обскур пусть и силен, темная энергия способна сносить здания, но… он ничто по сравнению с тем, что он ощутил.
Просто нельзя быть готовым к ТАКОМУ.
* * *Заметить изменения в директоре не мог разве что кто-то очень невнимательный… или занятой весельем. Но вот когда прекратилась музыка, все заоирались по сторонам, а профессор Флитвик, декан Когтеврана, карикатурно схватился за сердце.
— Альбус… — напряжение в голосе декана Гриффиндора было нешуточным. — Что случилось? — пусть она и ощущала что-то смутно, но ей далеко до магической чувствительности директора.
— Я… — директор сглотнул и это сильнее всего напугало женщину. Никогда она не видела самого сильного волшебника, того кто на Всемирном Совете Магов имеет очень высокое положение и на кого смотрят со страхом из-за его мощи, с таким выражением лица.
—… нужно увести детей. — тихо, скорее просто губами, прошептал Альбус. В одно мгновение рядом с ним появился его спутник — Фоукс, который запел свою трель, облегчая ношу директора и всех в зале.
— Что происходит? — нахмурился директор Дурмстранга. И вскоре уже даже самые веселящиеся студенты начали замечать напряжение профессоров и директоров школ. Но все же не успела ситуация накаляться как… весь потолок начал словно сверкать яркими красками, создавая приятный глазу вид.
— Ч-что это? — воскликнул один из студентов, смотря прямо в угол потолка откуда вылетел огромный китайский дракон золотого цвета. Некоторые профессора сразу подняли палочки и пустили заклинания вверх… но при соприкосновении заклинаний с драконом, те взрывались словно фейерверк, чем вызвали бурный восторг со стороны студентов… которые не поняли, что профессора ничего такого точно не ожидали и все это не было подготовлено заранее.
— Здорово что вам понравилось. — прозвучал достаточно молодой голос позади профессоров и директоров, те аж резко вскочили и резко повернулись на голос. Это же сделали некоторые студенты, которые были слишком близко к голосу, как и чемпионы турнира, так как они были близки к центру зала. Там в двух метрах от земли парил золотоглазый юноша, который с интересом осматривал… все здесь.
— Миона, милая, отлично выглядишь. — показал он рукой поднятый палец вверх, глядя на Гермиону Грейнджер… на которую сразу уставилось пол зала.
* * *— Ты… ты что устроил⁈ — указала девушка в желтом платье на него пальцем даже не зная, как себя вести в такой ситуации. Её щеки горели от такого внимания и от такого бесстыдства! Этот нахал ещё состроил невинный вид, словно не понимая, о чем идёт речь. Он даже не соизволил обратить внимание на всех взрослых, которые указали на него палочками. Один только директор словно не был уверен, как себя вести.
— Что? Милая, все вышло совершенно случайно… честное злодейское. — улыбнулся он белоснежной улыбкой и, как показалось Гермионе, некоторые Слизеринки облизнулись… — А вообще, что вы все замолчали то? Веселитесь. — махнул он рукой и заиграла музыка… а ещё в этот же момент в него из палочки профессора Снейпа вылетело заклинание «Остолбеней»… но стоило ему коснуться Тони, как оно просто… развеялось. А вот сам профессор мгновенно поскользнулся и упал… ломая себе палочку. После него упал и Игорь Каркаров, директор Дурмстранга.
— Энтони Джозеф Лютор… — проговорила волшебница явно желая начать читать отповедь, как вдруг этот проходимец оказался подле неё с красивой красной розой.
— Это прекрасная роза для прекрасной девушки. — щеки девушки заалели ещё сильнее, а вся её уверенность вмиг испарилась. Волшебница взяла розу в руку и вздохнула её чудесный запах.
Краем глаза девушка увидела директора, который помогал подняться профессору Снейпу и что-то говорил из-за чего все остальные с беспокойством опускали палочки. Студенты же, словно все это был простое шоу, продолжили танцевать. И, конечно, были те, кто пялился на ЕЁ кавалера. Например, эта Дафна Гринграсс из Слизерина… но это ЕЁ кавалер и она это показала взглядом.
* * *Где-то в стороне один рыжий пялился на Энтони с открытым ртом, так и не зная, что сказать. Он даже не заметил, как его «партнерша», с затаенным дыханием тоже пялилась на новоприбывшего. Вообще вера студентов в своих директоров действительно была на высшем уровне, так что заметив доброжелательные улыбки Дамблдора и других, как те сразу подумали, что это часть шоу. Тем более в небе продолжал парить золотой китайский дракон, изливая фейерверки изо рта.
* * *— Прекрасный танец с прекрасной девушкой, что может быть лучше? — улыбнулся я, танцуя со смущенной Гермионой. — Ты хорошо знаешь «Вальс».
— Ты тоже… — буркнула она в ответ.
— Не-а, я как раз-таки танцевать никогда не умел. Но я пожелал сейчас танцевать «Вальс» и реальность откликнулась. — улыбнулся я непонимающей волшебнице. Пока она не поймет, что, достигнув определенного порога силы, твоя Воля будет значить очень многое.
— Тони, что ты здесь устроил? — словно избавившись от морока спросила ведьмочка. — Директор нервно смотрит на тебя, словно он увидел у своей кровати всех темных лордов одновременно!
— Ну… мой просчет. — признался я, а девушка не заметила, что теперь мы шагаем по воздуху и медленно поднимаемся все выше и выше, продолжая танцевать. — Стоило мне появиться в этом мире, как магия этого мира словно… ну, скажем откликнулась. Для меня это тоже был новый опыт и именно из-за этого те, кто достаточно сильны могли почувствовать это.
— Да, я почувствовала… только вот директор побледнел.
— Хм, ты просто поняла чьих это рук дело и уже знакома с моей магией, моим присутствием. Поэтому тебя это особо и не задело, ты просто почувствовал изменения. Сама магия в этом мире не такая, как в других мирах, она… ну, конечно, не живая, но я бы сказал, что очень подвижная, да, давай назовем это так. И когда появился я, то это как в банку колы добавить ментос…
— Пример понятен… то есть ты испугал директора только своим появлением. — не особо радостно хмыкнула красавица. — Почему я не удивлена…
— Да ладно тебе, все получилось не так плохо. Вон все веселятся. — она глянула вниз на учеников… которые указывали на нас пальцами и только сейчас Гермиона это заметила. И сразу же с испугу подпрыгнула… ну я и поймал её, теперь она лежит у меня на руках.
— Тони!
— Что? Я просто сразу хочу показать что ты занятая ведьма. — весьма двусмысленно сказал я.
— Ты! Ты невозможен! — сжав кулачки крикнула она и скрестила руки под грудью, отвернулась от меня. Точнее просто повернула голову в сторону от моего лица.
— Спасибо. — прижал я тело волшебницы ещё плотнее к себе и начал спускаться. Вообще действительно вышло не очень красиво по отношению к профессорам и директорам.
Глава 102
Волшебный разговор
— Знаешь, я все равно рада, что ты пришел. — смущенно сказала Гермиона, когда мы приземлились в центре Зала.
— Ох, я польщен. — взглянул я в её карие глаза, и та сразу опустила взгляд. — Шиноа тоже хотела прийти, но у неё есть другие дела. — пиликнул Чат, и я увидел сообщение, как розоволосая написала, что хотела дать нам «наше время».
— Кто он такой? — спросил один студент другого.
— Не знаю, может тоже из другой школы? — предположил кто-то.
В это время к нам направился сам директор школы чародейства и волшебства. И на удивление он не был каким-то злыднем, строящим козни против всех и вся… издержки мыслей моей первой жизни, я думаю. Достаточно «светлый» старик, который действительно готов пожертвовать собой для защиты студентов. Он бы уже давно атаковал со всей своей мощью, если бы почувствовал хотя бы намек с моей стороны на агрессию, конечно, перед этим обезопасив студентов. В этом ему помог его Феникс, который разделяет с ним связь. Огненная птичка буквально чувствует своим существом, что у меня нет злых намерений, а ещё птица боится. Инстинкты феникса просто в ужасе от моего существа, но даже в таком случае он не бросает своего друга, Альбуса… это заслуживает уважения.