Дорогой, я случайно! (СИ)

Он делает шаг ко мне, оттесняя меня вглубь комнаты.
- И кто же он? Этот герой? – спрашивает язвительно. Но по складке между бровей понятно, что ему совсем не весело сейчас. Ох, лучше бы мне промолчать. Но рядом с этим мужчиной мои мозги всегда туго соображают.
- Не твое дело! – рявкаю смело.
- Ах, не мое?! – Егор резко хватает меня за талию и вжимает в свое тело. Такой знакомый запах заполняет легкие, заставляет остатки разума превратиться в розовое облако. Голова закружилась, а колени подкосились. Цепляюсь за его рубашку, чтобы не упасть. – Совсем страх потеряла, мелкая?
- Ты так вкусно пахнешь, - прошептала томно. Он что-то невнятно прорычал и впился в губы поцелуем, жадно орудуя во рту языком. Такой привычный вкус, которого мне так не хватало все эти дни.
- Наказать бы тебя за твои фокусы, - шепчет хрипло, разрывая поцелуй.
- Я думала, ты встречаешься с Алиной и со мной одновременно, - оправдываюсь я.
- В следующий раз просто спроси. У меня С Алиной ничего не было. Подумаешь, одно свидание. И то не самое удачное, - он говорит, и одновременно покрывает поцелуями мою шею.
Одно свидание?
- Какое свидание? – спрашиваю, осознав внезапно полученную информацию. Резко толкаю его руками в грудь, освобождаясь от объятий.
- Детка, не бери в голову, ничего серьезного, - он снова пытается прижать меня к себе, а я с силой отталкиваю его и делаю шаг назад.
- Не бери в голову? – Ору я на него. – Хорошо. Давай я схожу на свидание с Олегом, а ты не бери в голову.
Егор отшатывается, как от пощечины, глаза его метают громы и молнии.
- Еще чего?! – он надвигается на меня, я отступаю. И так, пока я спиной не упираюсь в стену.
Мужчина опирается о стену руками по бокам от моей головы.
- Значит, на свидание собралась? - шипит он мне в лицо угрожающе.
- Да, а что? – с вызовом.
- Не зли меня, малыш, хуже будет. – Его взгляд наливается кровью, а я, наоборот, словно после бокала вина, мне все нипочем.
- Хочу и буду! – топаю ногой и попадаю пяткой ему по пальцам. Он рычит от боли.
Упс! Я ж случайно…
- Ну все, мелкая, доигралась, - хрипит он. А потом в одно движение закидывает меня себе на плечо и несет в спальню.
- Отпусти! – бью его кулаком по спине. И тут же мне прилетает шлепок по попе, от которого я вскрикиваю. Висеть так унизительно, а от его шлепков по попе еще унизительнее. – Пусти, сейчас же! – Еще одна попытка освободиться, которая не увенчалась успехом.
Егор приносит меня в спальню и швыряет на кровать, с которой я тут же вскакиваю. Спрыгиваю с другой стороны, теперь кровать разделяет нас, как преграда.
- Не смей прикасаться ко мне, неандерталец! – Кричу ему, угрожая кулачком.
Он делает движение в сторону, чтобы схватить меня, но ему это не удается. Матерится себе под нос, и снова пытается меня поймать. Ха-ха, попробуй! Еще одна попытка, и он ударяется ногой о ножку прикроватной тумбы.
- Так тебе и надо, грубиян! – Кричу победно, заглушая его хриплый мат.
Наверное, со стороны все это выглядит смешно – немаленькой комплекции мужчина никак не может изловить мелкую пигалицу. Егор бросает на меня убийственный взгляд, от которого холодеют ладошки. Ой, мамочки. Убьет.
- Хана тебе, мелкая, - шипит он сквозь зубы. Прыгает через кровать, и ловит меня в капкан сильных рук. – Доигралась, птичка?
Ой, все. Уже можно кричать «спасите»?
Отчего-то вспомнила рассказы о том, что звать на помощь в темном переулке бесполезно. Если напали, кричи «пожар!», тогда все сбегутся, а насильник сбежит.
- Пожар! – заорала, что есть мочи.
Егор опешил и ослабил хватку. Всего на мгновение, но этого хватило. Я отскочила от него, а потом бегом, назад в гостиную. Мне бы только до двери добраться, а там уже я весь дом своими криками на уши подниму. Я почти достигла цели, уже даже за ручку двери успела ухватиться, когда сильные лапищи схватили меня за талию и резко развернули. Я только успела увидеть перекошенное от раздражения и злости лицо мужчины, а потом он резко дернул за лямки ночнушки, разрывая изысканное изделие, как тряпку какую-то. Истерзанная ткань слетела на пол, и мужчина тут же впился губами в мою грудь, терзая сосок зубами. По телу пронеслись разряды возбуждения, как электрические импульсы, расходясь от низа живота по коже, ударяя в голову, выключая мозг.
 
- Ещё! - простонала томно, и он прижал меня к себе сильнее. Потянул вниз кружевные трусики, с треском их разрывая.
Подхватил под ягодицы, укладывая меня на пол, наваливаясь сверху. Холодная поверхность обожгла разгоряченную кожу, на миг отрезвляя. Я попыталась возмутиться такой наглости, но мужчина быстро закрыл мне рот поцелуем. Он быстро расстегнул штаны и вошел на всю длину сразу. По телу прокатилась волна удовольствия, а в глазах на миг потемнело от ощущений. Поддавшись порыву, я схватила его руками за ягодицы, не давая ему отодвинуться. Он и не пытается отстраниться, начинает двигаться, сразу наращивая темп, быстро доводя меня до разрядки. Я выгибаюсь от оргазма под ним, продолжая сжимать его ягодицы, не давая ему отстраниться.
- Что ты делаешь? – шепчет он хрипло. – Я же кончу сейчас, отпусти.
От его голоса по телу пробегает волна мурашек, и я только впиваюсь в него ноготками.
- Оля, пусти, - хрипит он мне в лицо. И только сейчас до меня доходит смысл слов, я разжимаю пальцы. Он тут же выходит и кончает мне на живот.
- Ты с ума меня сведешь, - шепчет рвано, стараясь восстановить сбившееся дыхание.
Я смотрю на его раскрасневшееся лицо, на распухшую венку на лбу и капельки пота, стекающие по вискам. Сейчас это лицо кажется самым родным на свете.
- Давай больше не будем ссориться, - мой голос звучит томно и расслабленно.
- Давай больше без твоих фокусов? – спрашивает он ласково.
Глава 24. Егор.
Аккуратно сползаю с нее и падаю на спину рядом, прямо на пол, пытаюсь восстановить дыхание и привычный сердечный ритм. С этой рыжей крепкое сердце надо. И нервы еще нужны железобетонные. А то умом тронуться можно. Никогда не знаешь, чего от нее ждать в следующий момент.
Оля приподнимается на локтях, потом садится, пытается встать, а я провожу рукой по ее спине, перебирая пальцами позвонки. Такая нежная кожа. И на ощупь приятная, и на вкус сладкая.
- Что ты натворил? – восклицает она неожиданно, заставляя меня замереть в недоумении.
И что я мог натворить? Это я-то? Да, по сравнению с ней, я – просто безобидный кролик.
- Что такое? – спрашиваю, снова поглаживая ей спину.
- Как ты мог? – спрашивает, подхватывая пальцами какую-то красную тряпку. Ах, ну да, это ж на ней было, когда я пришел.
- Не сдержался, - говорю, улыбаясь. Но по ее лицу понятно, что ей не смешно.
- Не сдержался?! – рычит она резко.
- Ну, новую кипим, не парься. Неужели, мы будем ссориться из-за какой-то тряпки?
- Это не какая-то тряпка, - разъясняет мне, как полоумному. – Это же лимитированная коллекция.
Будто я знаю, что такое лимитированная коллекция.
- Таких больше нет, - почти хнычет она. Вон, уже и слезы в глазах заблестели. А я внезапно почувствовал себя страшным монстром, который забрал у ребенка любимую игрушку.
- Ты в любом белье красивая, - пытаюсь как-то смягчить удар. А она, блть, хнычет. Сейчас заплачет? О, нет, только не это!
- Не хочу любое, это хочу, - как маленькая девочка, ей-Богу. Смешная такая. Ну, подумаешь, шмотки какие-то.
- Хорошо, купим это. – Пытаюсь обнять ее, но она вырывается. Ну, что такое опять?
- Нет, таких больше нет, - снова хнычет. Да что ж такое-то?
- Я найду. – Блть, только не плачь, детка, не могу на твои слезы смотреть.
- Не найдееешь, - хнычет Оля.
Смотрю на заплаканные глаза и в груди что-то больно сжимается. Такая маленькая, и такая несчастная. И все из-за меня? Надо срочно исправлять!
- Давай свою шмотку, - говорю, поднимаясь с пола и застегивая брюки.
Оля протягивает мне красный шелк. Ткань приятно скользит между пальцев, напоминая мне о том, что было совсем недавно и как красиво эта самая ткань струилась по ее изгибам.