Путь Крови (СИ)

Обычными стрелами, а не теми чудовищами, которыми садили по мне весь прошлый месяц Кровавые.
Даже когда одну из них сумели стрельнуть в щель между щитами-тум, прямо в башку стражнику, он удержался на ногах. Смешно, нам, адептам, такая стрела оставит только синяк. Правда, я знал, что основное веселье у нас впереди и если мне что и было интересно, так это предупредит ли меня кто-то о нём или нет?
Предупредили. Больше того, этим добряком оказался сам Домар-Язва, чем меня потряс.
На бегу он обернулся, поймал меня на миг взглядом, а потом буркнул:
— Эй, Лиал.
— Чего?
— Вся эта бодяга с тупым бегом будет длиться час, может, два, затем появится Закий и начнёт метать в нас «агдже» навесом. Прикрывать должен ближайший к месту падения.
— Понял.
Домар продолжил бурчать на бегу:
— Это всегда длится по-разному, а затем мы лоб в лоб столкнёмся с отрядом другой башни и тут уже не зевай. На наших воинов даже не гляди, типа испугались или отступили, а мы должны лоб в лоб смести чужаков, давая им время. Можно использовать всё, что умеешь, главное, не калечить и не убить. Один удар и не в голову. Используй плеть, понял?
— Понял.
Домар замолчал, зато заговорил Питак:
— И да, Лиал, ты оказался прав. Это будет сразу два отряда.
Я снова улыбнулся. Я знаю, Питак, я знаю. Как знаю, что вы чаще выигрываете, чем проигрываете. Но тут скорее заслуга Закия, который гораздо строже к нам, чем остальные учителя к своим ученикам.
Отряд чужаков появился гораздо раньше, чем через час. И снова это не стало для меня неожиданностью. С моими-то тенями? Я знал и их число, и то, что справа, под углом к ним, к нам одновременно приближается учитель Закий, ловко срезая путь.
Едва из-за дерева полыхнул первый «агдже», Домар заорал:
— Реольцы!
Как по мне, заорал без огонька, как давно наскучившую обязанность. Через вдох, когда сгусток огня расплескался по щиту Питака, а из кустов рванули фигуры наших соучеников из других башен, всё резко изменилось.
Думаю, из-за этого самого крика к нему и рванули сразу пятеро. Командир же. Один впереди, прикрываясь щитами-тум с двух рук, остальные на полшага позади. Дружно, ловко. Миг и они разошлись из-за защиты, влепили в Домара сразу два пламени-агдже и две огненные плети.
Домар отпрыгнул, задел Урая, ушёл от всего, кроме правой плети, а затем мне стало не до того, чтобы глазеть по сторонам.
— Господин!
Да вижу.
Агдже я принял на щит, чуть присев. Крутнулся на месте, одновременно складывая печать левой рукой:
— Херристра питар.
Попал. Ниже чужого «тум», точно по бедру. Крепкий, широкоплечий парень, кубарем покатился по земле. Я тут же сменил печать, не давая подскочить его товарищам:
— Исит ватум.
Шипы получились лишь по пояс, да и ширина этой засеки вышла всего в десять шагов. Нужно больше тренироваться, Лиал, нужно больше тренироваться и учиться отмерять огонь души.
И да, я отлично помнил, что чужаков нужно смести лоб в лоб. А Ариос мне даже рассказывал в подробностях, как это выглядело.
Точно так же, как и сейчас — стражники, которых мы защищали до этого, замерли, словно истуканы, а мои парни рванули с воплями вперёд. Лоб в лоб.
Шаг влево, уходя от удара огненной плети. Этот отряд, что, другим техникам не учили? Ну, держите ответку.
— Агдже. Агдже питар.
Стегнуть плетью влево, пригнуться, стегнуть вправо, прикрыться от чужого «агдже». Остальные противники отскочили слишком далеко, больше их не достать так просто. Сменить печать на левой руке.
— Рафага.
Порыв ветра подхватил сор, листву, пыль из-под ног и швырнул вперёд, на ту сторону шипастой преграды, которая уже истаивала бесследно.
Я пригнулся, держа левую ладонь поднятой и снова вливая в неё жар души, рванул вперёд, ещё раз проговаривая активатор:
— Ра…
— Господин!
…и едва успел сбить шаг, заваливаясь набок и уходя от «агдже» который без активатора запустил в меня первый, сбитый с ног крепыш.
Я оскалился. Это было нарушение, я знал, раз попали — лежи и не отсвечивай, ты считаешься мёртвым. А ты, значит, не согласен?
 
— Агдже питар.
Огненная плеть перечеркнула парня наискось, вспарывая и второе бедро, и бок, и одну из рук.
Ветер, который я хотел использовать как прикрытие, стих, роняя листву и пыль, открывая меня для ударов.
М-да, придётся использовать ещё одну заготовку. Только нужно подгадать момент.
— Агдже!
Сейчас!
Два комка пламени встретились.
Как я и думал, расплескались во все стороны огнём, ещё и жахнув при этом. Случилось это ближе ко мне, но я-то ждал этого, я-то поднял «тум» ещё на первом шаге, поэтому вылетел из огня, словно драугр, которого в деревне никто не ждал. Мелко, конечно, но до короля Оскуридо я пока со своими двухсоставными техниками не дотягиваю. И даже с трёхсоставными не дотягиваю.
Задавили. Парни обычно давили своих противников и без меня, а со мной, со мной это вышло ещё быстрей и легче.
Закий, который приглядывал за нашей дракой, прислонившись к дереву, одобрительно сообщил:
— А неплохо. Наконец-то, хоть один из вас показал хоть что-то достойное.
Питак тут же возмутился:
— Нечестно! Вы всегда приказывали нападать в ответ, чтобы оттеснить их от воинов за нашими спинами, а Лиал всё сделал совсем не так!
— Безумный, я ведь не говорил про Лиала…
— Да всё и так понятно, учитель, чего вы тут…
Питак всё же справился с собой, всё же он не настолько безумен, чтобы ругать учителя. Зато тут же вылезла вторая часть его натуры. Справедливость.
— В конце Лиал так и вовсе бежал назад. Вы всегда наказывали за отступление.
— Как же его наказывать, если он двоих заманил своим бегством? Лиал, что скажешь?
— Скажу, что даже не представляю, за что меня наказывать, вы ведь не объявляли мне правил.
Закий ухмыльнулся:
— Наглый, а я, оказывается, по тебе скучал, — ухмылка сияла на его лице лишь миг, затем он скривился и рявкнул. — Вортус! Да заткни ты глотки своим неженкам, задрали орать, чтобы они ночью забыли, куда со снятыми штанами бежать нужно.
Второй учитель, о котором я знал только благодаря теням, предложил из-за кустов:
— Так давай сначала подлечим, а затем ты умничать будешь.
— Подлечим? — Закий изумился, а через миг хмыкнул. — А, твоя башня впервые с моими столкнулась. Нет, Вортус, ты своих можешь лечить, а мои сейчас только добавки получат. Тебе я бы тоже советовал отвесить нарушителям. Язва!
— Здесь, — хмуро буркнул тот и, глядя исподлобья, похромал к учителю.
Тот оглядел его и с вновь появившейся улыбкой спросил:
— Ты что же, уродец, когда в тебя полетел огонь, увернулся? За твоей спиной же воины стояли. Простолюдины, слабые. Они ни «агдже» выдержать не могут, ни увернуться от него.
Домар всё так же хмуро буркнул:
— Пусть тренируются больше, им под сорок лет, а всё ещё младшие воины.
Закий хмыкнул:
— С одной стороны, справедливо, с другой, они-то надеялись на тебя, да и прыгнул ты, словно неуклюжий боров, едва товарища не сшиб. Плохо это, плохо, Язва.
Домар ещё сильней втянул голову в плечи, шумно выдохнул и замер, а через миг Закий стеганул его воздушной плетью. Домар выдержал это, даже не охнув, хотя я отлично видел кровавый след на штанах ханбока.
— Урай!
Тот молча сменил Домара перед учителем.
— А ты, второй тупоумный, ты зачем в голову целил? Убрать голову — проще нет ничего, достаточно дёрнуться от испуга, когда тебе в рожу огонь летит. В грудь, в грудь целить нужно, это не так страшно и цель больше. В ноги, на край в землю под ногами, чтобы пламя рвануло. Вы, пустоголовые, хоть запоминаете, что я вам говорю?
Урай молчал, и учитель, хмыкнув, перетянул и его, заставив его хромать прочь.
— Наглый!
Я на миг растерялся, а затем ухмыльнулся и повторил только что слышанное от Домара:
— Здесь.
Рванул вперёд, перепрыгнув стонущего на земле чужака из другой башни, и на ходу полностью снимая с себя защиту тьмы. Неловко выйдет, если учитель решит перетянуть меня и не сумеет коснуться ханбока. Очень неловко. Думаю, сейчас мне стрелы в сердце или глаз можно не опасаться.