Зависимы сейчас (ЛП)

Они оба нахмурили брови, словно я лишилась ума. Ладно, получается, я веду себя иррационально. Ничего нового.
Райк поднимает руку.
— Извините, но хоть кого-то в этой комнате заботит моя безопасность?
Ло игнорирует своего брата и, схватив меня за руку, тянет к дивану. Наши ноги соприкасаются, но эта близость меня не успокаивает. С тех пор как я увидела те сообщения, паника лишила меня возможности оставаться собранной и здравомыслящей.
Я не хочу так себя вести. Но либо так, либо привычный мне способ преодоления сильных переживаний — мастурбация, которая мне сейчас противопоказана.
Стук каблуков Роуз доносится из коридора.
— Коннор должен быть здесь с минуты на минуту.
Она садится на бледно-желтый диванчик, скрестив лодыжки. На ней чёрная юбка плиссе и шелковая блузка с высоким воротником, благодаря которым она выглядит намного элегантнее, чем кто-либо другой в комнате.
— Отлично, тогда у тебя будет новая жертва для допроса, — говорит Райк, глядя на меня с легким презрением.
Но в случае с Райком Мэдоузом, есть вероятность, что за этим взглядом прячется толика любви. По крайней мере, я надеюсь, что мы добились некоторого прогресса, пока Ло был на реабилитации. Конечно, у нас выдались трудные три месяца, но Ло всегда был нашей точкой соприкосновения.
Но если он стоит за каким-то большим заговором и собирается разрушить жизнь Ло — и, следовательно, мою, — я никогда его не прощу.
Ло проводит рукой по моей дергающейся ноге, пытаясь успокоить мои нервы.
— Я совсем разберусь, Лил, — мягко говорит он.
Райк украдкой бросает на него мрачный взгляд и я понимаю, что к моему допросу это не имеет отношения. Я знаю этот взгляд. Так ты смотришь на человека, когда у вас есть общая тайна.
Я ахаю.
— Ты что-то сделал без меня?
Ло качает головой.
— Нет.
Он не смотрит мне в глаза.
Я бью его по груди.
— Ты лживый врунишка, а мы должны быть честными друг с другом.
— Нууу, — медленно заговорил Ло, — если мы продолжим получать сообщения, то скорее всего можно будет вычеркнуть Аарона Уэллса из нашего списка подозреваемых.
— Скорее всего? — спрашивает Роуз. — Не похоже, что ты добился прогресса.
— Я сделал то, что считал необходимым. И не собираюсь брать свои слова назад, — резко ответил Ло.
Когда я слышу имя Аарона Уэллса, все внутри меня леденеет.
— Что ты сделал?
Я совершенно точно не хочу видеть Аарона когда-либо еще в своей жизни.
Роуз пробормотала себе что-то под нос и мне показалось, что она сказала «бесчинствовал».
— Мы просто поговорили, — ответил Ло.
Я оборачиваюсь и смотрю на Райка в надежде, что он подтвердит слова Ло. Очевидно, он был частью этого заговора, что только заставляет меня нервничать еще больше.
— Да, мы просто поговорили, — произнёс Райк. — Все сообщения Аарона были удалены, что было подозрительно.
Ло кивает в знак согласия, а затем наклоняется ближе и целует меня в щеку.
— Хорошо? — прошептал он.
Я не думаю, что это подходящее слово и устремляю отрешенный взгляд на ковер.
— Что насчет Райка? — спрашивает Роуз.
Она держит маленькую чайную чашку в своих напряжённых пальцах. Незадолго до этого, Роуз предложила мне выпить, но я отказалась. Не уверена, что мой организм сможет что-то ещё сегодня переварить. Я уже раздуваюсь от страха.
— Опять вы за своё.
 — Ты знаешь о сексуальной зависимости Лили. Ты мог кому-нибудь проболтаться.
Райк свирепо уставился на Роуз.
— Как и ты.
 — Не ёрничай. Она моя сестра. Я не предам ее.
— А она девушка моего брата, — огрызается он в ответ. — Почему бы тебе не сосредоточить свое внимание на парне, который легко мог поделиться этой информацией за гребанную цену?
— Даже не смей, — Роуз предупреждающе указала на него пальцем.
— Почему нет? Коннор нарисовался в ваших жизнях примерно в то же время, что и я. Он узнал о ее сексуальной зависимости в то же самое время, что и мы. В этой истории он больше выиграет, чем потеряет.
— Он потеряет меня, — парирует Роуз.
Я никогда не хотела верить, что Коннор может так со мной поступить. Я даже не могу размышлять об этом дольше секунды. Он слишком мил (по-своему). Но Райк…
 
Ло пристально смотрит на своего брата какое-то время и говорит:
— Может быть, Роуз права.
— Что? — Райк наклоняется вперед. — Ты же не серьезно.
— Может, ты и мой сводный брат, но ты по прежнему лжец. Я думаю, мы выяснили это в день нашей встречи.
— Да ладно тебе.
— Давай-ка отмотаем события на несколько месяцев назад. Ты вошел в мою жизнь, сказал мне, что ты какой-то студент, который хочет сделать фальшивый проект о наследниках мультимиллирдных компаний…
— Лили придумала эту ложь, — перебил его Райк.
Я раскрыла от изумления рот. Здорово же он меня подставил! Но я уже призналась во всем Ло, так что стыд больше не сьедает меня изнутри.
Ло закатил глаза.
— Неважно. Ты все это время знал, что я твой брат, и все же ты ни разу не сказал об этом никому из нас.
 — Да ты, блин, издеваешься надо мной, — говорит Райк.
Они, должно быть, много раз ссорились по этому поводу, пока Ло был в реабилитационном центре. Мне не разрешалось навещать его, но эти странные правила почему-то не распространялись на Райка. Я не совсем понимаю как развивались их отношения, когда мы с Ло были вдали друг от друга, но очевидно, что озлобленность между этими двумя только усугубилась.
Ло издает нервный смешок.
— Я незаконнорожденная сволочь. Своим появлением на свет я разрушил брак твоих родителей. Ты должен ненавидеть меня. Я бы возненавидел себя, — он делает небольшой вдох. — И тогда я бы придумал жестокий план отмщения. Уничтожил бы меня шаг за шагом. Начиная с Лили. Так что прости, если мне трудно доверять тебе на сто десять процентов.
Я не могу определить, злится Райк или расстроен заявлением Ло, но я понимаю, что это выходит за рамки моего глупого обвинения. Слова Ло наполнены глубокой болью.
— В самом деле? Даже после всего, что я сделал, пока ты был в реабилитационном центре? — спрашивает Райк.
— Ты имеешь в виду, что держал свой член подальше от моей девушки? Да, спасибо.
Мои глаза чуть не вылезли из орбит. Я бы отпрянула от Ло, если бы его рука не была так крепко прижата к моему бедру. Что-то не так. Я это чувствую. Мы по-разному справляемся со стрессом. Я трахаюсь, а он пьет. Теперь, когда мы не можем сделать ни того, ни другого, мы оба пытаемся научиться справляться с этим здоровым образом. Ключевое слово здесь — пытаемся.
— Ты же знаешь, что это не так, — опровергает его слова Райк.
— Конечно.
От одного этого слова Райк выглядит более разъяренным, чем от всего, что было сказано до и я понимаю — это конец. Сейчас у Райка опустятся руки и он уйдёт. Ло напрягается рядом со мной, вероятно, ожидая того же. Мы отталкиваем людей. Это то, в чем мы хороши.
 — Если бы я хотел причинить тебе боль, придумав какой-то сложный заговор, я бы уже трахнул Лили. И я чертовски уверен, что не стал бы утруждать себя твоей компанией.
Я хочу доверять Райку, главным образом потому, что он — единственный член семьи, который поддерживает Ло, но как Ло уже упомянул — Райк хороший лжец. Он даже одурачил меня.
Ло сверкнул своей горькой улыбкой, которую он обычно сопровождал стаканом бурбона. Я не могу понять, о чем он думает.
Прежде чем я успеваю шепнуть ему на ухо и спросить, открывается входная дверь, и тишина наваливается тяжестью. Мокасины Коннора ударились о паркет и шум усилил напряжение, повисшее в комнате.
Он появляется из фойе, его густые волнистые каштановые волосы идеально уложены, как будто он готов в любой момент выступить с речью в Конгрессе. Он засовывает мобильный телефон в карман своих черных брюк, его белая рубашка на пуговицах заправлена за пояс. Издалека он осматривает напряжённую позу Райка, который по-прежнему сидит в кресле в стиле королевы Анны и смертельную хватку Ло на подлокотнике дивана.