Сделка с ректором. Секреты древнего континента (СИ)

– Отправители разные, – палец секретаря указал на столбик, где было лишь несколько длинных номеров, в остальных местах стояли прочерки, – большая часть из них заплатила за то, чтобы остаться неизвестными.
Покачав головой, была вынуждена признать, что ничего не понимаю.
– Что это означает? – тихо спросила у работника банка, бездумно вглядываясь в цифры. – Откуда эти деньги?
– А вот этого, леди Эвард, мы, боюсь, не узнаем, – ничуть не опечалено подытожил лорд Далай, складывая свои листы обратно и закрывая папку. – Имя того, кто открыл счёт на ваше имя, также засекречено, мне оно известно лишь потому, что я лично помогал лорду Саэллару в этом деле. Вся информация тщательнейшим образом засекречена. Даже если вы подадите официальный запрос, вряд ли сможете узнать хоть что-то. Мой совет: поговорите лично с главой городской стражи.
Ну да, имя Экерта знали многие, известное всё же в городе лицо.
– Благодарю вас, лорд Далай, – говоря, что вопросов к нему больше нет, произнёс поднявшийся Ренар и протянул секретарю руку.
– Всегда рад помочь, лорд Армейд, – ответил тот на рукопожатие и ушёл, перед этим оставив мне вежливое: – Всего доброго, леди Эвард.
Не ответила… не смогла, погрузившись в напряжённые размышления.
Я… догадывалась, что это за деньги. И когда за секретарём закрылась дверь, повернулась к Ренару, севшему обратно и с улыбкой на меня глядящему, и слабо прошептала:
– Это Инфарнель…
– Твоя доля за создание запрещённых артефактов, да, я догадался, – весело подтвердил архимаг, – просто хотел посмотреть на твоё лицо, когда ты об этом узнаешь. Ты что, два года в банк не заглядывала и состоянием своих финансов не интересовалась?
Проигнорировав лёгкое осуждение в его голосе, потрясённо пробормотала:
– Я получала зарплату картографа раз в месяц и на руки, мне не было нужды заглядывать в банк…
– У тебя нет накоплений? – нахмурился Ренар.
К чему вопрос, если он, очевидно, знал всё о моих делах с банком, даже о тех, в которых непосредственно я участия не принимала? Но сказывалось удивление, и я растерянно ответила:
– Я копила…
Недоумение в любимых глазах мгновенно сменилось пониманием, а следом за ним и осуждением.
– В шкафу в стопке одежды?! – скорее утвердительно, чем вопросительно прорычал мужчина.
И я взгляд смущенно опустила, но тут же вскинула вновь, за ним и подбородок и гордо заявила:
– Из моего шкафа ничего никогда не крали, может ли таким похвастаться хоть один банк?
Усмехнувшись, архимаг сокрушённо покачал головой и встал из-за стола, решив ничего не отвечать. Вместо этого спросил:
– Голодна?
Не очень, но возможность ещё немного побыть с Ренаром меня очень радовала, и потому я утвердительно кивнула.
Протянутая ладонь, вспышка портала.
* * *
Накрытые иллюзией невзрачной пары и отделённые от остальных пологом тишины, мы сидели практически в центре очень светлого зала ресторана. Круглые столик с белоснежной кружевной скатертью был подготовлен на двух персон, в тарелке передо мной так и манил невероятно ароматный морской суп, перед Ренаром стоял горшочек с мясом и грибами, между нами букетик нежно-розовых благоухающих пионов.
Красота и спокойствие.
Если бы не физически ощущаемое напряжение архимага.
Сначала я решила, что мне просто показалось, и обедала, задавая различные вопросы. Так удалось узнать, что официально мои родители арестованы, а неофициально всё это время проживают под усиленной охраной в загородном доме лорда Армейда. С главой Лунного клана тоже удалось разобраться, и спустя всего шесть часов непрерывной работы два последних архимага мира смогли уничтожить сковывающее метаморфа уже не один год заклинание подавления воли – тот самый «Нахи-вир габэ», которому подвергли маму с папой больше десяти лет назад… с моих родителей заклинание тоже сняли.
Я пыталась узнать ещё хоть что-нибудь, но Ренар, поглядывая на наручные часы, принялся отвечать коротко и неопределённо. Словно находился мыслями далеко-далеко отсюда.
И я не вытерпела.
Отложив ложку, решительно отодвинула от себя остатки супа, серьёзно посмотрела на даже не заметившего манёвр Ренара и прямо спросила:
 
– Что происходит?
Он, едва заметно вздрогнув, поднял на меня взгляд, вырываясь из напряжённых размышлений, и качнул головой, мол всё в порядке.
– Ренар, – позвала я серьёзно и просто попросила, – не молчи. Пожалуйста, расскажи мне, что происходит?
Потому что что-то точно происходило, иначе он не выглядел бы так, словно вот-вот подорвётся с места и убежит в неизвестном для меня направлении, но, определённо, в гущу событий.
Ренар не хотел отвечать. Я видела это по его глазам, по упрямо сжатым губам, по лежащим на столе и хорошо мне видимым ладонями, которые архимаг невольно сжал в кулаки.
Но и он смотрел мне в глаза, долго и пристально, чтобы в конечном итоге выдохнуть, смиряясь, и с отчётливой неохотой открыть рот и… и вдруг замер!
Несколько мгновений напряжённо вглядывался в стол перед собой, затем облегченно выдохнул, расслабленно откинулся на спинку стула и улыбнулся мне, очень радостно, практически счастливо.
– Что? – я от нетерпения и любопытства подалась ближе.
Лорд Армейд потянулся, подхватил открытую бутылку вина, наполнил оба наших бокала, подхватил свой, отсалютовал мне и весело объявил:
– Мы только что взяли Альвхейду.
И махом осушил всё до дна.
Потрясённая, я не заметила, как потянулась и выпила всё вино до капли.
Хмель мгновенно ударил в голову, прошёлся волной тепла по телу и осел в голове лёгкой дымкой.
– Что? – переспросила сипло.
– Мы только что взяли Альвхейду, – широко улыбающийся Ренар вновь наполнил оба бокала, взял свой и сжалился надо мной, принявшись рассказывать. – От метаморфов поступила информация о готовящемся нападении на академию, целью которого была, угадай-ка…
– Я, – выдохнула едва слышно, во все глаза глядя на любимого.
– Умница, – его улыбка стала куда теплее, – на иллюзию гуляющих нас она не повелась, ясное дело, но мы на это и не ставили. Расчёт был в ином, и Альвхейда, сегодня в очередной раз увидев якобы нас в парке, решила, что всё идёт по её плану и мы ни о чём не догадываемся. В готовящейся операции она решила участвовать сама, никак не ожидая, что через секунду после её появления возле ворот академии замкнётся антимагический контур. Вторым удивлением стала ожидающая её армия Ингареда, скинувшая иллюзию и обнародовавшая факт своего, собственно, ожидания. Ну и решающий удар нанесли метаморфы, когда на приказ действовать от загнанной в ловушку Альвхейды всем отрядом развернулись и нацелили оружия на ту, кто свято верила в их преданность. Так что мы её взяли, малыш. Можно выдыхать.
И лорд Ренар Армейд выпил вновь, а я сидела и не могла сделать ни вдоха, потрясённая, растерянная и испуганная. У меня в голове просто не укладывалось…
– Как? – единственное, что удалось выдохнуть.
– Ну, Лия, – Ренар свёл брови у переносицы, укоризненно посмотрел на меня, – что за вопрос? Только что же объяснил, как.
Так-то оно так, но:
– Она же древняя, Ренар, – прошептала, говорить громко не было сил, – ей три сотни лет, в ней столько магии…
– А что толку от магии, когда ты в магически изолированном пространстве? – справедливо рассудил архимаг… лучший, умнейший, сильнейший.
А ведь Ренар не только магией безупречно владеет, но и мечом… вот он, даже оказавшись в магически изолированном пространстве, точно не пропадёт и беспомощным не будет. Он и без магии одолеет кого угодно.
Альвхейда – колдунья, поглощающая чужую магию. За три столетия она её впитала столько, что прочно уверовала в своё могущество, а выходит – было достаточно лишь перекрыть доступ к магии, и опаснейшая колдунья превратилась в беззащитную женщину.
Верно говорят: все гениальное – просто. И там, где одна ставила на силу, второй победил хитростью.
У меня просто не было слов для всего этого.