Сделка с ректором. Секреты древнего континента (СИ)

– Выстави стражей на улицу, – тем же сосредоточенным тоном велел Армейд.
Хм, а мне казалось, они одного положения, а выходит, Ренар выше?
– Выставил всех, эти из отряда Саэллара, а он уходить отказался наотрез. Интересно, почему?
И взгляд, намекающий такой, медленно на меня опустил.
Не чувствуя страха рядом с архимагом, потому что куда ближе был архимаг другой, успокаивающий и прогоняющий весь страх одним своим присутствием, я невозмутимо ответила на колкость:
– Потому что глава столичной стражи.
Лорд Агарон громко хмыкнул, тем самым выражая всё, что по этому поводу думал. Я же, не став слушать, чего он там ответит, тоже повернулась и на столы посмотрела.
Да только взгляд неожиданно зацепился за деревянный стеллаж, на верхней полке которого стоял глиняный горшок, а в нём – белая фиалка. Цветок этот используют во время изготовления амулетов с успокаивающими и стрессоустойчивыми свойствами. Сама я такого не делала, но когда-то давно читала о подобном в одной из тех книг, что Эверн из городской библиотеки принёс.
Как давно это было, словно совсем в другой жизни.
– Ренар, – позвала негромко, отгораживаясь от непрошеных грустных мыслей, – тут колдовать можно?
Проследив за направлением моего взгляда, архимаг просто уточнил:
– Нужен цветок?
Кивнула, зная, что увидит.
Секунду ничего не происходило, а затем одновременно вспыхнул ярко-синим коконом цветок и загорелся тёмно-зелёными письменами широкий круг, в центре которого стояли мы трое – я и два архимага, действующих одновременно. Ренар проверял на безопасность летящее к нам растение, лорд Агарон защитный контур возвёл, только я не очень поняла, это чтобы присутствующих в случае чего спасти или нас?
А дальше уже не до размышлений было – ко мне в руки медленно опустился глиняный горшочек.
Я его подхватила со всей осторожностью, и не заметив, как руку из ладони Ренара забрала, а он беспрепятственно отпустил.
То, как на пол на колени опускалась, я не просто заметила, я это весьма осознанно сделала, горшочек у ног своих разместила, руками с двух сторон обняла, как чашку горячего чая в холодный вечер, когда пытаешься согреться.
Меня не отвлекали, за что я была очень благодарна, но где-то глубоко в душе, потому что сейчас желательно не отвлекаться было.
Не отрывая взгляда от бархатистых листочков и крохотных, хрупких на вид белоснежных цветочков, я зашептала то, чему учили ещё на втором курсе:
– Нире магаис эликатуко заитут, лагунди эракутс иэ за даку шур битирэ.
Сверкающими нежно-зелёными светлячками направилась к фиалке моя магия, плавно срывающаяся с кончиков пальцев. В неспешном, таинственном танце закружились огоньки вокруг растения, чьи листочки, стебельки и цветочки наполнились светом.
Протянув руку в сторону, я коснулась холодного каменного пола, на котором сидела, и прошептала:
– Ураэттори.
Стихийный маг задействовал бы внутренний резерв и создал воду из ничего, я же к земле обратилась и потянула наверх влагу, что находилась в почве. Капля за каплей, создав небольшую лужицу и разместив в ней два пальца. Будь я одна, не стала бы этого делать, но со мной здесь два архимага, и им происходящее лучше видеть, потому как это всё же архимаги, они и сильнее, и умнее, и внимательнее. Точно заметят то, на что я и внимания не обращу.
Ускорился хоровод магии, усилилось свечение цветка, и вот, наконец, появилось марево, затянувшее в себя так резко, что, не будь я к этому готова, закричала бы обязательно.
И увидела я всю-всю жизнь цветочка невольного. То, что вырастили его прямо здесь из семечка, магией щедро напитав, а не на рынке там купили или ещё где. То, что цветения его срезали, используя для создания по меньшей мере двадцати амулетов-артефактов, и мне вот очень интересно, это кого ж так успокоить пытались? Очень интересно. Но всё, что удалось увидеть, это мелькнувший на мгновение, уже готовый, идеально отполированный кристалл из чёрного камня, в глубине которого будто красное пламя застыло таинственными всполохами. До ужаса красивое украшение, вот вид его волосы на затылке и пошевелил, мурашками по плечам вниз скользнув.
 
И это был последний амулет, который изготавливали с помощью белой фиалки. Сразу после этого растение на деревянную полку и убрали. И вот стояла она, безучастная, но всё-всё видела, слышала, ощущала.
Я же увидела артефактора… худое, хищное лицо с тонкими чертами и острым взглядом. Я уже видела его, оно мелькнуло в зеркале, когда этот мужчина взламывал мои амулеты.
Внутри что-то кольнуло. Что-то странное, не поддающееся опознанию…
Слова заклинания, и со всего здания начали слетаться и вставать близко друг к другу столы, за ними наполненные всем на свете шкафы. И мужчина принялся всё той же магией вытаскивать тремя ручейками содержимое своих шкафов. Но не скидывал бездумно, как я сначала решила, напротив, выкладывал предметы неторопливо, кропотливо, со знанием… Затем, разведя руки в стороны, что-то шептал, наполняя образовавшийся символ энергией. И в момент, когда он почти закончил, послышался шум, грохот распахнутых ворот, крики и приказы сдаться.
Артефактор, не ожидавший нападения, отшвырнул костяной кинжал на пол, одним движением руки сломал выкладываемый узор, превратив вещи на столе уже действительно в кучу хлама, и вскинул руки, призывая портал. Он в тот момент просто не знал, что Ренар Армейд и его люди перекрыли все пути бегства. Не знал, но осознал мгновенно, и в опустившихся руках засверкали нити боевых плетений, а мужчина бросился в бой.
Смотреть дальше я не стала. И так ясно, что была битва, затем побег мага вглубь здания, а после никем не ожидаемый удар. Смотреть на это я не собиралась.
Медленно убрала ладонь от горшочка, распуская нити заклинания, затем, не убирая второй руки, вернула всю позаимствованную воду в землю, мысленно с почтением поблагодарив за помощь, и не сразу сумела вернуться в реальность.
Помог злой голос Ренара:
– …вызываем?
И стало очевидно, что начало разговора я пропустила.
– Сгоняю за кровью артефактора, – решил лорд Агарон с угрожающей насмешкой и исчез во вспышке портала.
Несколько заторможенная после видений, я попыталась поднять голову и посмотреть на Ренара, но он был быстрее, наклонился, бережно обнял и плавным рывком поднял на ноги. Увы, последние были слабыми и дрожащими и держать меня отказывались, но архимаг с радостью взял на себя роль моей поддержки.
– Домой? – спросил заботливо.
– Сейчас пройдёт, – заверила я, положив голову ему на грудь, прикрыв глаза и слушая громкое размеренное биение сердца. – О чём вы говорили с лордом Агароном?
Ренар помолчал несколько мгновений и негромко ответил:
– Он выкладывал знак Кшарх. Его напитывают кровью, чтобы выстроить межпространственную связь.
– Почему не использовать артефакт? – не поняла совсем.
Мне уже лучше стало, голова не кружилась и сонливость ушла, но я всё равно в любимых объятьях стоять осталась.
– По многим причинам, – со знанием отозвался Ренар. – В мире есть территории, блокирующие воздействие артефактов, и есть маги, впитывающие их энергию и дезактивирующие тем самым.
Я помолчала, обдумывая услышанное, и спросила:
– А вы знаете, с кем артефактор собирался связаться?
И не знаю как, но об ответе догадалась даже раньше, чем помолчавший архимаг сказал:
– Не знаем.
– Но намерены узнать? – мой вопрос очень утвердительно прозвучал.
Отодвинувшись, посмотрела в его невозмутимо-уверенное лицо и… перестала переживать.
– Ну, ладно, – сдалась без боя, вновь к его груди приникая и голову с комфортом устраивая.
И вот после этого лорд Армейд напрягся. Я бы может и не увидела, но стояла впритык и обеими руками его обнимала, так что точно ощутила.
А после он очень осторожно спросил:
– И что это сейчас было?
Ответила как есть, глаз не открывая:
– Это я вспомнила, что если о ком и надо переживать, то о твоих врагах, потому что шансов выжить у них, откровенно говоря, нет, но ещё чего не хватало, чтобы я переживала о тех, кто хочет тебя убить, так что…