Сделка с ректором. Секреты древнего континента (СИ)

– Что такое? – вздохнул Олон, по одному моему виду сообразивший, что что-то не так.
Сначала хотела промолчать, но потом медленно подняла на него взгляд и тихим, едва слышным шепотом призналась:
– Экерт… поцеловал меня.
Думала, Олона мои слова и поступок стража удивят, как и меня, разозлят и дезориентируют на некоторое время, но мистер Дейри лишь с тихим вздохом опустил голову и печально произнёс:
– Он решался слишком долго.
Нахмурившись, совершенно не поняла. Ничего не поняла.
– Что?
Не говоря ни слова, бывший разбойник поднял на меня взгляд и просто долго внимательно смотрел в глаза.
– Я даже не удивлён, – заговорил медленно спустя долгую паузу, – что его к тебе чувства видели все, кроме тебя.
– Что за бред? – воскликнула в негодовании, резко поднимаясь из-за стола и раздражённо отходя к окну.
А Олон, он вдруг заинтересовался:
– И что ты сделала, когда Экерт тебя поцеловал?
Угрюмо промолчала, зло глядя на улицу. Окно было затемнённым с той стороны, то есть с улицы ничего не разглядеть. Зато я прекрасно видела гуляющих между лавочек и магазинчиков людей и нелюдей.
– Ясно, – окончательно расстроился картограф, – бедный мужик.
И ушёл, закрыв за собой дверь и оставив меня с перемешавшимися злостью, обидой и… виной.
Экерт хороший человек. Хмурый, по-военному суровый и в чём-то даже грубый, но очень хороший, и на самом деле очень заботливый и переживающий. А ещё он был одним из тех дорогих и очень важных для меня людей, которых я не хотела терять. И я знала, что и я сама была для него очень важна… просто не предполагала, в каком смысле.
Хорг!
  
Глава шестая
 
Работала я на полу. Мне там привычнее и удобнее, места в разы больше, чем за столом. На двери стояла стандартная защита, я её сама накладывала.
Поэтому сама же ощутила, как в потоках кто-то ковыряется.
Необычное и очень странное ощущение, словно где-то на краю мозга кто-то перебирал холодными пальцами мысли.
Я напряглась. Вскинув голову, посидела, глядя в никуда и прислушиваясь к ощущениям. Поняла, что мне не показалось, и кто-то неизвестный в этот самый момент действительно ковырялся в защите моей мастерской!
Нервно сглотнув, потянулась к золотому тонкому диску переговорного артефакта. Ренар не ушёл, пока не убедился, что я выстроила связь между своим и его артефактом. Нет, до этого момента у меня своего диска не имелось. Теперь вот появился.
А данное архимагу слово не рисковать и в случае хоть чего-то странного звать его заставило достать переговорник из кармана юбки и активировать.
В следующую секунду с оглушительным гулом и ветром, раскидавшим по мастерской все мои бумаги, прямо посреди комнаты раскрутилась тёмно-зелёная воронка магического перехода.
Лорд Армейд не вышел – вылетел из него с заготовленным боевым плетением в ладони и убийственным выражением на суровом лице.
Покосившись на него с опаской, сказала как есть:
– Кто-то ковыряется в защите мастерской.
После чего я поползла собирать разлетевшиеся во все стороны листы бумаги, а Ренар неумолимо и неотвратимо направился сеять смерть.
Честно говоря, наблюдать за этим сомнительным зрелищем у меня не было никакого желания, потому что… у меня тут потоки не соединялись! Причём не соединялись на бумаге, то есть даже в теории магия метаморфов отказывалась резонировать хоть с каким-то из известных мне поисковых заклинаний.
Вот как найти того, кто даже ауру перестраивал?
И я остановилась прямо в процессе ползания. Замерла на четвереньках, вытянув руку вперёд и потрясённо глядя в пространство перед собой.
Три часа я ломала голову и пачкала листы, и даже подумать не могла, что мысль появится вот так внезапно и случайно.
Краем сознания зацепилась за странный шум из лавки, шелест бумаги, грубый мужской голос и гул магии… всё оборвалось ледяным голосом Ренара. Не знаю, что и кому он сказал. Я не слушала, садясь всё там же, на полу, и притягивая к себе карандаш и чистый лист.
Мысль, она была простой: нужно сделать так, чтобы фиксировать, когда в пределах определённой территории исчезнет одна аура и появится другая на том же месте. Потому что ауры метаморф тоже менял! Ауры – то, по чему его можно было вычислить!
 
Нельзя наблюдать за всеми жителями и гостями столицы, это просто невозможно, да и личиной всегда прикрыться можно. Но вот смена ауры – этого так просто не скроешь. Проблема в том, что просто так её и не ощутишь, нужны заклинания, и вот если через заклинания следить, то можно запросто почувствовать.
Беда заключалась в том, что все известные лично мне заклинания прочтения ауры были короткого действия и потребляли много энергии… Мне же требовалось взять одно из таких заклинаний, увеличить время работы, сократить количество поглощаемой энергии, придумать, откуда эту самую энергию брать на время работы…
Много о чём следовало подумать.
Открылась дверь, но увлечённо переписывающая мысли на листок я этого даже не заметила. Приближающихся тихих шагов не слышала тоже. И поняла, что в мастерскую кто-то вошёл, только когда между мной и полом вдруг появился ковёр. Пушистый, очень тёплый, занявший всё пространство помещения.
Писать стало неудобно, мягко, поэтому я оторвалась, подняла голову и растерянно посмотрела на стоящего очень близко Ренара.
Архимаг ответил мне спокойным взглядом.
– Так писать неудобно, – призналась, виновато поджав губы.
Лорд Армейд не расстроился, кивнул понимающе и… ковёр значительно ужался в размерах и теперь находился только подо мной.
– Спасибо, – поблагодарила с улыбкой и запоздало спросила: – что случилось?
Ренар кивнул ещё раз, словно только этого вопроса от меня и ждал, и шевельнул ладонью, вставая боком и открывая мне вид на дверь.
Та распахнулась, внутрь влетел магический кокон. Сияющий и шевелящийся.
Под моим испуганным взглядом часть силовых потоков разошлась, открывая лицо бессознательного паренька, которое показалось смутно знакомым.
– Парень маг, – принялся рассказывать Ренар, продолжая стоять на месте и смотреть на меня, – под чарами внушения пробрался в лавку, усыпил мистера Дейри, запечатал вход и пытался проникнуть в мастерскую.
Я охнула, прижимая ладонь к губам, и хотела было бежать проверять, как там Олон, но Ренар, словно мысли мои прочитав, успокоил:
– С ним всё хорошо. Я хочу, чтобы ты обратила своё внимание на другое.
Ректор дождался, пока я снова испуганно на него посмотрю, и с нажимом проговорил:
– На парне чары внушения. Того, кто их наложил, не отследить.
Странные подозрения зашевелились где-то в душе, но я, отняв ладонь от лица, всё равно с опаской спросила:
– И?
Не покидало ощущение, что Ренар говорил об одном, а имел ввиду совсем иное.
Подозрение подтвердилось, когда архимаг махнул на магический кокон с человеком внутри рукой и заявил:
– Вот так надо делать, когда отправляешь послание тому, кто имеет крайне высокие шансы выйти на тебя и казнить за изготовление запрещённых разработок!
Кисло посмотрела на него снизу вверх.
– Глазки мне не строй, – не смягчился лорд Армейд. – Всего одно заклинание внушения, и какой результат. Ни одной крохотной ниточки, ни одного призрачного шанса выйти на тех, кто стоял за попыткой проникнуть к тебе.
А я вот не поняла:
– Это ты сейчас их хвалишь и меня ругаешь или просто их ругаешь?
Ренар не ответил. Подозреваю, он и сам ответа не знал.
Постояв ещё немного, тяжело вздохнул, движением руки отправил пленённого мага куда-то порталом и пошёл… ко мне на коврик.
За тем, как пугающий весь континент архимаг устраивался рядом со мной на полу, я следила с улыбкой. Он же, демонстративно кряхтя, старательно сохранял хмурый вид.
Уселся. Устроился с удобством, я бы сказала, но сам Ренар выглядел так, ну прямо так…
– И что, удобно тебе на полу работать? – спросил с сомнением, оглядывая мастерскую.