Девятая дочь великого Риши

Что-то во мне умерло в этот момент. Почему-то появилось ощущение, что все это уже происходило…
– Я хочу отдохнуть, Фуа.
– Не смей рассказывать кому-либо то, что услышала. Пусть ты и считаешь, что ничего не должна своей семье, но мы – те, кто тебя вырастил, несмотря на твое происхождение. И только благодаря нам ты стала той, кто ты есть.
– Я не стану выливать помои нашего рода на голову правителя, Фуа. Я не настолько бесстыдна, – устало говорю я, обернувшись к ней.
– Я рада слышать это. – Неожиданно сестра подходит и обнимает меня за плечи. – И рада видеть тебя живой, Аи. Наши отношения сложно понять, но я никогда не желала тебе зла. И любила по-своему. Думаю, ты это чувствовала… – Фуа отстраняется и негромко добавляет: – Принц Е Чэн сейчас бесполезен, но однажды его сила может нам пригодиться. Держи его на коротком поводке. Впрочем, ты и без моих советов со всем отлично справляешься.
С этими словами она выходит из моей комнаты, а я испытываю нестерпимое желание смыть с себя всю ту грязь, что сейчас на меня вылили. Но впереди еще один разговор, который должен решить все, – и до него я не вправе расслабляться…
  
Глава 29. Пора взять тебя за руку и успокоиться
 
Мне требуется некоторое время, чтобы успокоиться. Затем я раскрываю двери, но выход из покоев перекрывает придворная дама:
– Уважаемой кирисе что-то нужно?
– Я бы хотела увидеться с отцом, – ровным голосом отвечаю я.
– Великий Риши сейчас очень занят, – сообщает дама, не сходя с места.
– Тогда с братом. – Решив не расстраиваться заранее, я киваю самой себе.
С братом я не виделась, наверное, с раннего детства. Старший сын советника правителя с десяти лет жил в главном дворце и обучался всем необходимым дисциплинам, чтобы впоследствии занять должность отца. Про младшего сына я вообще ничего не помню – возможно, он уже давно женат и живет далеко на границе, чтобы не нервировать главного наследника титула.
– Уважаемый кьюри тоже занят, и увидеться с ним сейчас невозможно, – с вежливой улыбкой отзывается придворная дама.
И продолжает стоять передо мной, не выпуская из комнаты.
Не тороплюсь разворачиваться. Смотрю на нее, размышляя, как поступить: принять условия или взбунтоваться?
– Не желает ли уважаемая кириса омыть тело после долгого пути? – через несколько секунд гнетущей тишины осведомляется женщина. – Вода для нее уже готова.
Она словно догадалась, как я себя чувствую после разговора с сестрой.
Что ж, другого выхода у меня все равно нет. Как нет и другого предлога, чтобы передвигаться по дворцу…
– Хорошо, ведите меня в купальню! – коротко выдыхаю я.
И слуги тотчас принимаются суетиться. Меня едва ли не относят на руках в дворцовую купальню. Там мое тело омывают разными водами, натирают лосьонами и бальзамами. Волосы полощут с диковинными травами – я и не слышала, чтобы такие росли в Поднебесных Землях…
И вот меня, чистую и душистую, наряжают в привычное одеяние из тканей высочайшего качества, взамен бархатного платья, в котором я прибыла во дворец, и, окружив плотным кольцом, ведут обратно в покои.
Все это вызывает у меня смутные подозрения…
Когда я обнаруживаю на столе новый набор блюд, на этот раз уже совершенно особенный, – вместо предыдущего, к которому я даже не притронулась, – то наконец догадываюсь, что происходит…
– Ваша светлость… Прошу прощения, но кириса отдыхает! – слышу я взволнованный голос придворной дамы за дверями и тут же выхожу в коридор.
– Отец, – произношу громко, чтобы меня все увидели, – я вас ждала.
– В сторону! – спокойный голос великого Риши вынуждает прислужницу низко опустить голову и покорно отойти, освобождая проход.
Я была права: не для встречи с отцом меня готовили…
Великий Риши проходит в мои покои. Я сама закрываю за ним дверь, открыто демонстрируя, что мешать нашему общению не стоит, кем бы ни был мой следующий посетитель.
Некоторое время мы с папой стоим в разных концах комнаты и молчим. А затем он задает лишь один вопрос:
 
– Чего ты хочешь, дочь?
Я говорю в ответ негромко, не решаясь даже немного повысить голос:
– Раньше я хорошо знала ответ на этот вопрос. А теперь в смятении.
– Твоим смятением могут воспользоваться те, что имеют здесь силу. Во дворец нельзя приходить без четкого желания – иначе рискуешь уйти, полный чужой воли.
– Ты мудр, отец, – киваю я, глядя в пол. – Так почему же ты не используешь свою мудрость, чтобы остановить те бесчинства, что творит твоя семья?
– Именно потому, что это моя семья, я не могу действовать открыто, – звучит бесстрастный голос.
Так вот оно что…
Стоит ли рассказать ему о том, что делала Суа? Стоит ли поведать о злодеяниях его жены?
Полагаю, все это будет бесполезной тратой его времени…
Великий Риши все знает.
Поразительно, как все мои желания, все мои мысли, все мои причины потеряли смысл во дворце; здесь я словно скинула старую кожу, оказавшись без прошлого, потому что это прошлое не имеет никакого значения теперь.
– Я шла сюда в надежде восстановить справедливость, но выяснила, что была эгоистичным ребенком, не ведающим забот. Однако, раз уж я пришла и получила возможность увидеть тебя, я хочу спросить твоего совета, отец.
Обернувшись, он встречается со мной взглядом:
– Я тебя слушаю.
Так и хочется задать вопрос: что мне делать дальше? Правитель намерен выдать меня замуж за принца Е Сина. Полагаю, наследник придет сегодня в мои покои. Судя по тому, как тщательно намывали мое тело и по тем яствам, что мне подали…
Но я не хочу ставить отца в затруднительное положение, уточняя, стоит ли отдавать себя в жертву дворцовым интригам.
Это будет эгоистично с моей стороны: великий Риши дышит этим воздухом всю свою жизнь.
Вновь бросаю взгляд на стол с продуктами, свойства которых напрямую влияют на определенные процессы в организме…
– Ты хочешь стать женой принца Е Сина? – неожиданно уточняет отец, не глядя на меня.
– Нет, – честно и твердо отвечаю я.
– Тогда беги отсюда.
Поднимаю на него изумленный взгляд.
– Причин пребывания во дворце может быть много, – произносит он, – но всех людей объединяет одно: желание быть в нем. Если в тебе нет этого, то, какой бы сильной симпатией ты ни прониклась к наследнику, ты не выдержишь этой жизни и вскоре зачахнешь.
– Ты благоволишь наследнику? – интересуюсь я, внимательно глядя на отца.
– Он не глуп. И он пытается оставаться порядочным человеком. Здесь это сложно… Но у меня есть надежда, что принц Е Син справится с этим, – размеренно отвечает великий Риши.
Некоторое время мы оба молчим, а затем я спрашиваю:
– Кем была моя мать?
– Хорошей женщиной. К сожалению, ее больше нет с нами, – звучит отстраненный ответ.
– Ее убили? – Вдруг до меня доходит, что означает его молчание. – Дэй’Лан’Чжу?..
– Эта женщина потеряла ориентиры, захлебнувшись властью.
Тихий и безучастный голос отца заставляет мое сердце сжаться. Как, должно быть, он страдал, когда лишился любимой… И как сильно эта травма повлияла на него?.. Был бы он более открытым и общительным, если бы мама осталась жива?..
– А предыдущая Святая?
– Она тоже была убита той женщиной.
«Той женщиной».
Так он теперь называет свою жену.
Не дай Создатель когда-нибудь ощутить то, что ощущает он…
– И что ты собираешься делать?
– Это твой главный вопрос? – с легкой улыбкой уточняет великий Риши, взглянув мне в глаза, и мое сердце вновь сжимается от боли.
Я хотела попросить у него совета для того, чтобы понять, что делать со своей жизнью, а в итоге спрашиваю о нем самом. Ведь по сравнению с тем, что хранит в душе отец, мои проблемы – капризы глупого ребенка.
– Прости за него и не отвечай… – отзываюсь я. – И прости за то, что отвлекла тебя от важных дел своим необдуманным поступком… Я пришла сюда, совершенно не зная жизни, хотя искренне полагала обратное.