Девятая дочь великого Риши

– Ты вчера сильно устал. Так что все в порядке.
Если он вообще нуждается в моем утешении.
– Это неожиданно. – Чэн встает и озирается, точно пытаясь вспомнить, как он здесь оказался.
– А где здесь вода? – решаю я напомнить о самом необходимом.
– Я… я сейчас найду…
Страж разворачивается и идет к деревьям.
Кажется, я впервые застала его спящим. Но это доказывает лишь одно – он тоже человек.
Поднимаюсь на ноги, потягиваюсь, протираю глаза… и растерянно застываю на месте, не зная, что делать дальше. Раньше меня сразу отправляли умываться; когда я возвращалась, мы ели то, что Чэн успевал приготовить за время моего отсутствия. А теперь… Что делать теперь? Может, хвороста набрать? Я много раз наблюдала, как Чэн приносит его из леса.
Но не потеряюсь ли я, пока буду его искать? Да и нужен ли нам костер сейчас – с утра пораньше? Вроде и не нужен вовсе…
– Кириса, – слышу я голос моего стража и оборачиваюсь на него, – я нашел воду.
– Хорошо, – отвечаю я с легким облегчением и иду, куда указано.
Когда возвращаюсь, передо мной уже привычная картина: разложенная на покрывале еда и ожидающий меня Чэн.
Я принимаюсь за завтрак, однако мысли об отсутствии какой-либо самостоятельности начинают медленно терзать меня. Я не должна быть такой обузой! Мне необходимо научиться хотя бы тому минимуму, который поможет выжить, случись что с Чэном. Когда я сообщаю об этом моему стражу, тот хмыкает и качает головой.
– Что? Это значит «не стоит и пытаться»?
– Это значит: если хотите помогать – будете помогать. Обучу вас тому, что знаю. Хотя и считаю это лишним: я никуда от вас не денусь.
– Но ты будешь со мной не всегда.
– Во дворце вам вряд ли понадобятся навыки выживания в лесу, – усмехается страж.
– И все же… – упрямлюсь я.
– Я вас понял, кириса. Ешьте побыстрее: нам не стоит задерживаться здесь.
– Думаешь, господин Жоу станет нас разыскивать?
– Думаю, господин Жоу не из тех, кто пойдет искать кого-то в лес. А вот госпожа Фуннэ вполне может найти нас, если захочет.
– Тогда нам стоит поторопиться. – Я стараюсь ускорить процесс поглощения пищи. Когда мы сворачиваем вещи и идем к лошади, спрашиваю: – Ты знаешь ее?
– Кого? – не глядя на меня, уточняет Чэн.
– Госпожу Фуннэ.
Я позволяю ему поднять меня наверх. Пришпоривая животное, мой страж роняет:
– Я… слышал о ней.
– Даже так.
– Ее называют госпожа Ярость. Она – легенда среди наемных убийц.
Я вспоминаю женщину, гибкую, как лиана:
– Госпожа Ярость?
– Если это была она, то нам очень повезло, что мы ушли живыми.
– Откуда ты знаешь о ней? И об «обители серых господ»? Ты сказал, что услышал об этом во дворце, – замечаю я, вцепившись в поводья. – Выходит, мои сестры говорили об этом в твоем присутствии.
– Это… было не в летнем дворце, кириса.
– А где тогда? – спрашиваю и тут же замолкаю, вспомнив, в каком именно дворце он был, помимо летнего. – Ты думаешь, Дэй’Лан’Чжу пользовалась их услугами? Услугами серых господ?
– Их услугами пользуются практически все представители власти, – осторожно напоминает Чэн.
Молчу, стараясь осмыслить сказанное. Наверно, этого следовало ожидать – матушка не из тех, кто решает проблемы публично: даже со мной она хотела разобраться тихо.
И почему эти открытия больше не удивляют меня?
– Не думайте об этом, кириса. На вашу жизнь никто не покусится, пока я буду рядом. А во дворце правителя вас защитит имя вашего отца.
– Предыдущую Святую убили…
– Уверен, все намного сложнее, чем вы думаете, – почему-то произносит Чэн, и мне нечего ему на это ответить.
Я многого не знаю. И многого не понимаю. Но очень надеюсь, что в этом пути мой провожатый поможет мне раскрыть глаза…
Неожиданно для него я сворачиваю с зыбкой почвы предположений:
– Скажи, а что такое мастер внешней энергии? И что такое третья ступень бессмертия? Госпожа Фуннэ сказала все это о тебе, но я ее не совсем поняла.
  
Глава 17. Время выплеснуть скопившееся напряжение
  
– У меня нехорошее предчувствие, – произносит Чэн, поглядывая назад.
– Ты не хочешь отвечать? Это какой-то секрет, наверное?
– Это не секрет, кириса.
– Тогда что это обозначает?
– Лишь то, что я упорно тренировался с мечом до пятнадцати лет, – звучит сухой ответ. – Внешняя энергия зарождается от физических усилий, внутренняя – от работы над духом.
– А что за третья ступень бессмертия?
– Это всего лишь уровень владения тем самым мечом. К слову, не самый высокий.
Киваю, решив больше не давить на него: видно, что Чэн не особо рад делиться такими подробностями.
– Кириса, я не хочу вас пугать, но мы не будем останавливаться ближайшие несколько часов.
Хочу обернуться к своему стражу, но лишь сильнее сжимаю поводья. Он думает, что за нами погоня?
– Может, нам стоит обзавестись второй лошадью? – осторожно предлагаю я.
Развивать большую скорость при том, как неудобно мы разместились, просто невозможно. Я вынуждена сидеть впереди, на самом краю седла, потому что короб и ящик для меча на спине Чэна не позволили бы мне сидеть позади него: они занимают слишком много места.
– Я уже думал об этом, но купить лошадь мы сможем только в городе.
– Купить? – уточняю я с улыбкой, желая разрядить напряженную обстановку.
– Или заполучить любым другим способом. В любом случае до ближайшего города еще нужно добраться, а я не стал бы останавливаться в тех, что находятся рядом.
– Я тебя поняла. Потерплю.
Следующие дни становятся худшими в моей жизни. От непривычки я довольно быстро натираю ноги, мышцы которых начали болеть еще в первый день. Но жаловаться Чэну не решаюсь. Спим мы исключительно в лесу и никогда не разводим костер. Я так выматываюсь, что сразу уплываю в сон, а когда просыпаюсь, мой спутник уже на ногах – бодр и свеж. Поэтому я прячу свою слабость и стараюсь поспевать за ним. Но в одну из ночей я неожиданно просыпаюсь от холода… Чэна нигде нет, и я уже начинаю паниковать, когда слышу странные звуки – непривычные, короткие, но ритмичные и не прекращающиеся. Встаю, чтобы посмотреть, что происходит.
В темноте между деревьев с периодичностью в пару секунд возникает какой-то свет, и, лишь приглядевшись, я понимаю, что это блестит под звездами сталь.
– Чэн? – удивленно зову я своего стража.
– Зачем вы проснулись?
Страж тут же подходит ко мне, подхватывает за локоть и ведет обратно к месту нашего ночлега.
– Ты тренируешься!
Хочу добавить – «ночью», но сдерживаюсь.
– Я достаточно силен, кириса, но, как выяснилось, наши противники могут быть сильнее.
– Тебе нужен сон, как и мне, – отзываюсь я, когда меня насильно укладывают на одеяло.
– Вам он нужен больше: это не я хромаю, когда слезаю с лошади.
– Ты заметил… – опускаю голову я.
– Не нужно ничего от меня скрывать, кириса. Если вам необходимо больше отдыха, я вам его предоставлю.
– Но в данный момент мы от кого-то бежим… и не можем позволить себе…
– Кириса, – прерывает меня Чэн, – пожалуйста, спите! Это то, что мы можем себе позволить.
– Только рядом с тобой… – Хорошо, что в темноте не видно, как я смущена. – Без тебя холодно.
– Хорошо, я скоро вернусь, – негромко обещает Чэн и уходит.
Возвращается он с мокрым от воды лицом. Мы быстро укладываемся и засыпаем, не говоря друг другу ни слова.
С тех пор Чэн держится отчужденно. Он меньше разговаривает, больше следит за мной и всеми моими передвижениями, слишком быстро засыпает, позволяя мне согреться от его тела, и каждую ночь как по часам встает и тренируется, полагая, что я этого не замечаю.
Я понимаю, что он напряжен после встречи с госпожой Фуннэ. И понимаю, что он трезво оценивает себя и хочет быть способным защитить нас, если мы столкнемся с по-настоящему сильным противником. Но чего я не понимаю – так это зачем при всем ему отдаляться от меня?