Блуждающие по мирам. Бессмертные (СИ)

Учитель перекинул через плечо мешок с травами, посадил на руку змею, а меня заставил нести корзину с цветами. Это были диковинные цветы лимонного цвета, которые источали кисло-сладкий аромат. Догадываюсь, кому они предназначены.
— Как зовут твою девушку? — поинтересовалась я.
— Леильфа. Она принцесса — главенствующая в деревне эльфов.
Мы пробиралась через лес, и я заметила необычное явление: непролазные дебри перед Громом расступались.
— Она НПС?
— Да. Но она не такая, как все неписи. Леильфа необычайно умна и красива. У нее нет строго ограниченного словарного запаса, эта девушка может поддержать любую тему для разговора. Она вполне заслуживает быть не принцессой, а королевой. Мне пришлось добиваться ее несколько месяцев, прежде чем она ответила мне взаимностью. Кстати, она в курсе про бессмертие игроков, при ней можно спокойно говорить на эту тему. В отличие от других НПС она тоже может умирать и возрождаться, прекрасно это осознавая, — Гром улыбнулся и замолчал.
Эльфийскую деревню я увидела издали. Мне, конечно, не терпелось увидеть обитательниц этого поселения. Улицы у них чистые, зеленые, с многочисленными цветами и деревьями. Тишину нарушал лишь звонкий детский смех. Когда Гром сказал, что его девушка принцесса, то я тут же представила себе статную красавицу в длинном платье, с утонченными манерами. И каково же было мое удивление, когда он вручил корзинку с цветами эльфке, которая выглядела не так, как я себе вообразила.
Принцесса была одета в черные шорты и майку на лямках. Все ее тело, и даже лицо покрывали татуировки каких-то неизведанных мне символов. Длинные волосы льняного цвета были закручены жгутом. В уши с острыми кончиками вдеты маленькие серебряные кольца, штук по пять-шесть на каждом. На бедре колчан со стрелами, за спиной висит лук. Но, не смотря на ее эпатажный вид, было в ней что-то поистине королевское.
— Привет, Леильфа! — сказал Гром, окончательно рассеяв мои сомнения. — Познакомься, это Лиоана — моя способная ученица.
— Привет. Зря меня он нахваливает, не далее как сегодня утром я отравила саму себя.
— А я однажды зарезала себя ножом, — подхватила тему эльфка. — Хотела разделать семгу, а она оказалась живучая, махнула хвостиком и я воткнула нож прямо себе в грудь.
У нее кукольное личико и крепкое тело, и тату совершенно не портили ее, а наоборот придавали ей оригинальности. Она мила и очаровательна, даже не верится, что НПС. И я вовсе не сержусь на Учителя за то, что он предпочёл ее мне.
Но у меня есть серьёзные претензии к тому человеку, кто выбирал мою внешность!
— А мне пет оказал медвежью услугу, — поделился Гром, — вместо зайца принес в зубах ручную гранату. Нас обоих разорвало на маленькие кусочки. С тех пор я собакам предпочитаю змей.
Мы веселились, припоминая истории своих глупых смертей, потом перекинулись на конфузы друзей, а тема все не исчерпывала себя. Подозреваю, что тема смерти — излюбленная тема для беседы среди игроков. Гром сказал, что в реале существует премия Дарвина, которая присуждается горемыкам, умудрившимся умереть самым нелепым образом. И каждый из нас вполне себе мог претендовать на эту премию.
Мы бродили по Сосновой площади, названой в честь сосен, которые росли здесь по всему периметру. Сосны то и дело сбрасывали на землю шишки, будто веселились и заигрывали с нами. Гром купил красное мороженое — излюбленное лакомство эльфов, и вручил нам с Леильфой. Эльфка аккуратно слизывала подтаявшее мороженое, словно боясь запачкаться. Гром сделал резкое движение, и нос принцессы окрасился в красный цвет, став похожим на клоунский. Леильфа нисколько не обиделась на шутку, засмеялась и ткнула рожком в губы Грома. У него тотчас появились красные усики над губой.
Леильфа и Гром смотрели друг на друга такими жадными глазами, что мне сделалось неловко. Я сказала, что мне хочется прогуляться по деревне в одиночестве. Гром послал мне благодарственный взгляд, взял свою подружку под руку и увел ее в дом. Гизеию он оставил на пороге, видимо в качестве охраны. Змея тут же свернулась в кольцо и уснула — охранник из нее такой себе.
 
Я бродила по деревенским улочкам, наблюдая за размеренной жизнью эльфов. Интересно от кого они рожают детей? Ответ нашелся сам собой: от сыновей магического леса Ашизана. Эльфы жили в одинаковых домах, выкрашенных белой краской, словно символизирующих мирное население. Крыши этих домов были желтыми.
От скуки я принялась искать все желтые пятна в округе: желтые цветки, дерево лимона с крупными плодами, желтые занавески, кот с желтыми глазами, желтая одежда у красивой эльфки. Вот что бывает, если сосредоточиться на чем-то одном — везде это увидишь. Меня умиротворяла атмосфера деревеньки: здесь было тепло, как в конце мая, пахло цветами и медом.
Я спустилась к реке по каменистым ступеням, которых насчитала 98 штук. На берег, покрытый мелкой галькой, опустился плотный туман. Здесь гораздо прохладнее, чем наверху. Река была сине-голубой, и в ней отражались деревья с противоположного берега. В воде плескалась форель, словно дразнила меня — то появившись, то надолго исчезнув.
Было поразительно тихо, будто все живое затаилось в преддверии каких-то важных событий. Я окунула ноги в воду, которая неожиданно оказалась ледяной. Выбежав из речки, я села на камни и растерла озябшие ступни. Угораздило же меня влезть в холодную воду! Не хватало еще подцепить простуду или инфекцию, которую в этом мире никто не отменял. Нужно будет при случае намекнуть Императору, чтобы он стер с сервера все болезни. Кто его знает, может, прислушается к скромным просьбам холопов?
Раздался громкий всплеск воды. Я вскинула голову. Опять форель резвится? Но нет, это была не рыба. Из воды поднялся парень с голым торсом и поманил меня к себе пальцем. Я отрицательно качнула головой и нахмурилась. И тогда он запел. Никогда ранее я не слышала такого нежного голоса. Слов не различала, да и не нужны они мне были.
Я чувствовала, что он поет о своей горькой доле. Он пел, вглядывался в мое лицо пронзительно-голубыми глазами и звал к себе. Подплывал все ближе и ближе, не прекращая своего восхитительного пения. И вот он уже совсем близко. Сделав несколько шагов вперед, я протянула ему руку, и в нее тут же вцепилась синяя рука с длинными когтями.
Прекрасный парень растворился в тумане и вместо него показался безобразный пузатый водяной. Злобно шипя, он тянул меня за руку в воду. Вместо бороды и волос у него были черные водоросли, в которых кишели пиявки. От него воняло тухлой рыбой.
— Поцелуй меня! Поцелуй! И станешь моей навеки, — потребовал зычным голосом водяной.
— Да пошел ты!
Меня замутило. Вид речного чудовища вызывал омерзение. Между нами завязалась нешуточная борьба: водяной тащил меня в воду, а я всеми силами пыталась его оттолкнуть.
— Поцелуй меня, моя невеста! — не унимался старик и тянул свои землистого цвета губы к моему лицу.
Моя нога зацепилась за корягу, и это дало мне возможность оставаться на месте некоторое время. Я знала, что если войду с ним в воду, то больше оттуда не выйду. Во всяком случае, в человечьем обличье. Русалкой стану или, может, рыбой. А оно мне надо? У меня совсем другие планы на жизнь. Одна пиявка оторвалась от его бороды и шлепнулась мне на руку. Я стряхнула ее. Гадость какая!
— Да пошел ты на хрен! Ты в зеркало себя видел?!
Я выставила вперед пальцы рогаткой и ткнула ими в глаза речного духа. Водяной испустил сердитый вопль и отпустил меня. На моей руке остались красные отметины от его острых грязных ногтей.
Однако выйти из воды я не успела, он с утроенным рвением набросился на меня и принялся топить. Из-за нашего барахтанья на воде образовалась белая пена. Для ослепленного неприятель слишком хорошо ориентировался и смог затащить меня в воду по пояс. Кажется, я пропала! Он дьявольски и совершенно не по-стариковски силен.
— Поцелуй! Поцелуй! И я сделаю тебя Королевой реки! — твердил он.
— Отпусти меня, уродец.