Антология советского детектива-44. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Все начинаем сначала, Федя, — сказал он не совсем оптимистично. — Ты опросил жильцов пятиэтажного дома рядом с издательством, давай, старик, займемся еще двумя домами.
— Они же далеко, что из них увидишь? — уверенно возразил лейтенант.
— Думать надо, Федя, — мягко, но не без иронии ответил майор, — а если кто-то из их обитателей, возвращаясь домой, прошел мимо «Волги»? И случайно запомнил номер?
— И с нетерпением ждет нашего прихода, чтобы назвать его...
— Да, с нетерпением, — подтвердил Хаблак. — А мы вынуждаем человека ждать. Давай, Федя, наш персональный троллейбус уже стоит на улице.
Утром Сергей сразу же отправился в издательство. Лейтенант Зозуля должен заехать в управление, заглянуть к экспертам и присоединиться к майору.
Хаблак зашел к Данько — у того был отдельный кабинет, майор решил воспользоваться этим и расспросить художника о Власюке. Он удобно уселся на стуле, свободно вытянув свои длинные ноги. Данько закурил, пустил дым в потолок, немного подумал и сказал:
— Попробую быть объективным, хотя, честно говоря, не нравится мне Власюк, вот не нравится, и все, а фактов у меня нет. Скрытный какой-то и пижон, знаете, привык смотреть на людей сверху вниз, тоже мне умник. Ну пишешь рассказы и пиши, а он возгордился... Понимаете, — объяснил он, — у него вышла книжечка, обыкновенная первая книжка, ну похвалили, но зачем же нос задирать?
— А рассказы действительно хороши?
— Я в литературе не очень-то... — откровенно признался Данько, — говорят разное.
— Это уже хорошо, если разное.
— Отец у него какая-то шишка в министерстве торговли, — продолжал Данько. — Я бы не афишировал этого, а он видите какие костюмы носит.
Майор вспомнил желтую кожанку Власюка и в знак согласия кивнул.
— Человек, привыкший все иметь без особых трудностей? — спросил он.
Данько отрицательно покачал головой.
— Не совсем так. Власюк — один из наших лучших редакторов, на него нет жалоб, и авторы любят работать с ним. Говорят, что требователен, но справедлив. Несколько самоуверен.
— Это не так уж и плохо.
— Конечно.
— Нелюдимый?
— Неразговорчивый. Знает себе цену и не болтун.
— То, что не болтун, кому-кому, а мне уже известно, — засмеялся Хаблак.
— Считаете, что Власюк причастен к краже?
— Ничего я не считаю, мы собираем факты и только на основе фактов сможем обвинять.
— А чем вам не факт — он единственный выходил из кабинета, когда погас свет?
— Но ведь Власюк утверждает, что вышел, когда Хоролевский еще показывал фильм.
— Он вам нарассказывает... Никто не видел этого.
— Потому что все смотрели на противоположную стену с экраном. Власюк мог выйти незаметно?
— Мог, — неожиданно быстро согласился Данько. — А что это за история с белой «Волгой»?
— Откуда вы знаете?
— Так ведь ваш лейтенант расспрашивал... Не видели ли ее раньше у издательства? Может, подвозила Власюка?..
— Действительно, интересно было бы узнать.
— А вы побеседуйте с девушками из техредакции. У них окна во двор выходят, и девушки там любопытные, все видят и знают.
— Угу, — согласился Хаблак, — расспрошу. А с кем Власюк дружит в издательстве?
— Я же говорил, несколько нелюдимый... Пижон пижоном, однако с девушками не общается, чего нет, того нет. А в издательстве близок только с Ситником. Они в одной редакции, Ситник и Власюк, почему сблизились — не знаю. Олег любит выпить и девушек не пропускает, полная противоположность Власюку. Легкий парень, бывают, знаете, такие... — Данько не договорил, потому что в комнату заглянул светловолосый молодой человек в спортивной куртке. Остановился в дверях, увидев Хаблака. Майору даже показалось, что он чуточку растерялся.
— Дай закурить, Петя, — попросил он.
Данько вытащил из ящика стола пачку сигарет, бросил через всю комнату. Парень протянул длинную руку с большой ладонью, сигаретная пачка будто прилипла к ней. Вытащил зубами сигарету.
— Держи! — и бросил пачку так, что она закрутилась в воздухе и аккуратно легла на стол напротив Данько.
Парень вышел, и Данько пояснил:
— Легок на помине этот Ситник.
Хаблак представил себе, как проворно бросил молодой человек пачку, и вдруг насторожился.
— Ситник был на встрече с Хоролевским? — спросил просто так, для приличия, потому что сразу вспомнил, что этот светловолосый юноша согласно схеме, лежавшей у него в кармане, сидел в кресле в трех шагах от стола со скифской чашей.
— Конечно, был.
— Спортсмен?
— Играл в баскетбол за «Спартак». — Видно, Данько что-то прочитал в глазах майора и спросил: — Он?
— Ну, знаете, если подозревать всех...
— Всех не всех, но кого-то же надо. Можете допросить меня.
— Спасибо за совет. Если возникнет необходимость, обязательно воспользуюсь им. Кстати, вы сидели тогда рядом с Ситником, не так ли?
— Абсолютно точно.
— Когда погас свет, Ситник не вставал?
Данько немного подумал.
— Все может быть, — ответил он. — Знаете, как бывает, когда неожиданно гаснет свет? Сперва минутная растерянность, потом шутки...
— Ситник как-нибудь реагировал на это событие?
— Кажется, нет... Нет, — уверенно подтвердил он.
— Он курит, стало быть, у него были спички...
— У него зажигалка. Американская, «Ронсон», и Олег очень кичится ею. Потом зажег ее.
— После вас?
— Да.
— Но мог же и сразу вытащить зажигалку...
— Мог.
— И не достал?
— Но это ведь ни о чем еще не говорит!
— Ни о чем, — согласился Хаблак. — Вы говорили, что Ситник любит выпить и погулять с девушками?
— Не прочь.
— Женат?
— Нет. Снимает частную квартиру. После университета должен был куда-то ехать, но выкрутился.
— С квартирой ему не светит?
— Трудно сказать, думаю, не очень.
— С точки зрения заместителя председателя месткома?
— По крайней мере, в ближайшее время.
Майор встал.
— А теперь загляну к техредакторам, — сказал он.
— Не обожгись, девчата у нас там!..
В коридоре майора перехватила секретарша директора.
— Вас к телефону, — позвала она.
Звонил Зозуля. Доложил, что на обожженном штепселе, найденном на клумбе, обнаружены отпечатки пальцев Крота.
— Я так и знал, — удовлетворенно ответил Хаблак. — Приезжай и занимайся «Волгой».
— Опять обходить дома? Кажется, мы уже кончили...
— В восьми квартирах никого не застали.
— И сейчас они на работе.
— Проверь.
— Хорошо.
— Найдешь меня в издательстве.
— Найду.
Данько не преувеличивал, рекламируя девчат из техотдела. В большой комнате стояло пять столов, один — пустой, на почетном месте у окна сидел пожилой мужчина — заведующий отделом, за тремя столами — девушки, одна лучше другой. Они, как по команде, с любопытством обернулись.
Хаблак представился. Одна из девушек, сверкнув голыми коленями, — Хаблак подумал, что юбку ей можно было бы и удлинить, — поставила посредине комнаты стул. Предложив майору сесть, перегнулась через стол, оперлась на него локтями и бесцеремонно уставилась на Хаблака.
Ему стало несколько неудобно. Он заерзал на стуле, вероятно, эту его напряженность заметил заведующий отделом, отложил в сторону большой темно-красный гранат, из которого неторопливо высасывал сок, и сказал, укоризненно покачав головой:
— Этакое случилось — и в нашем издательстве! Вы к нам, разумеется, по делу, майор.
— Как интересно! — воскликнула брюнетка, не сводившая глаз с Хаблака. — И вы ищете вора?
— Ищу.
— И скоро найдете?
— Надеюсь.
— Мы никак не можем поверить, что кто-то из наших...
— Хватит, Зоя, — оборвала ее девушка, сидевшая сбоку от Хаблака. — У человека дела, а ты о глупостях.
— Это я о глупостях? Не понимаешь, так помолчи! А у вас, майор, пистолет есть? — вдруг спросила она.
Хаблак засмеялся и похлопал себя по пустым карманам.