Антология советского детектива-44. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

- И зачем он попер сюда? - удивился Саная. - Если на Золотой берег, лучше ехать дальше по шоссе, потом - направо. Здесь же не дорога, а сплошные повороты... 
Они пропустили впереди себя другую оперативную машину и отстали на полкилометра, чтобы не вызвать подозрения у Климунды. Минули поворот к Мюсерскому ущелью, поднялись еще выше в горы и вдруг выскочили на открытое место. Казалось, шоссе обрывается прямо в море, безграничное сине-золотистое море. А сбоку на крутых зеленых склонах прилепились домики, чуть дальше сползавшие к морю, стоявшие в зелени садов у самого берега глубокой бухты. 
Это и был Золотой берег... 
Климунда вышел из такси на краю села. Оперативная машина проехала еще метров сто и свернула на крутую боковую улочку. А в село уже въезжала белая "Волга". Шульга видел, как Климунда толкнул ногой калитку усадьбы у самого берега. 
Майор остановился за деревьями и ждал, что будет дальше. 
Климунда, взяв на веранде полотенце, начал спускаться по выдолбленным в земле ступенькам к морю. 
На пляже стояла маленькая палатка, рядом, в саду, - большая, оранжевая. Людей было немного. Надо было действовать немедленно. Майор сделал знак оперативникам, приехавшим в "Волге", обыскать комнату, а сам с Санаей и еще с одним милиционером спустился вслед за Климундой. 
Тот уже был в море. Плавал далеко, рассекая воду, как дельфин. К берегу возвращался медленно, наслаждаясь водой и солнцем. Вылез, снял купальную шапочку, растерся пушистым полотенцем. 
Два грузина, а с ними еще один, в дешевенькой полосатой рубашке, шли по пляжу у самой кромки прибоя. Они оживленно разговаривали о чем-то, и Климунда уступил дорогу. Вдруг почувствовал, что его схватили за руки. Еще ничего не понимая, рванулся, но эти двое держали крепко. 
- Спокойно, - произнес ровным тоном Шульга, - спокойно, Спиридон Климунда, без эксцессов. Твоя песенка уже спета. 
Преступника, голого, в мокрых плавках, повели к милицейской машине. 
...Иваницкий съел дешевенький обед в рабочей столовой, сел в автобус, который шел в Гагру. Спустился по лестнице у вокзала и направился в камеру хранения. Получил огромный чемодан, должно быть тяжелый, потому что вызвал носильщика. Тот погрузил чемодан на тележку и покатил к выходу. Иваницкий двинулся за ним. 
- Минуточку, Омельян Иванович! - неожиданно прозвучало у него за спиной. 
Оглянулся и, увидев Козюренко, побелел как полотно, непроизвольно прижав дипломат к груди. Но тут же овладел собой, заставил себя даже улыбнуться. 
- Добрый день, - ответил он. - Вот так встреча! Отдыхать приехали? 
- Не совсем... - Козюренко дал знак оперативнику, и тот задержал носильщика. - Чемодан ваш, Омельян Иванович? 
Иваницкий уже все понял. 
- Нет, не мой... - пробормотал он, охваченный ужасом. - Это меня попросили... 
Он не знал, что сказать, а следователь насмешливо смотрел на него. Протянул руку. 
- Ключи, - приказал он, - ключи, которые вы взяли у Климунды. 
- Я не знаю никакого Климунды! - закричал Иваницкий. 
- Не надо шуметь, Омельян Иванович! - жестко сказал Козюренко. Сделал знак оперативнику, тот взял Иваницкого за локоть. 
- Идемте! - приказал он. 
- Но ведь... - запнулся Иваницкий. - Вот ключи, прошу вас. Я только обещал продать иконы... Да, только продать, а это не преступление... 
- Хватит, Иваницкий, вы же умный человек и, надеюсь, поняли все. 
Козюренко двинулся к выходу. Иваницкий, опустив голову, поплелся за ним. 
  
Самбук Ростислав
 
Скифская чаша
 
 
Роман и повести известного украинского писателя Ростислава Самбука основываются на материалах расследования крупных уголовных преступлений. Ярко и убедительно показывает писатель работу людей, которые с риском для жизни борются с нарушителями социалистической законности.
 
  
ВЗРЫВ
  
  
1
 
Близилось отправление самолета в Одессу. Объявили посадку, и пассажиры, сдав багаж и зарегистрировав билеты, толпились в небольшом узком помещении перед выходом на летное ноле.
Девушка в ладно подогнанной аэрофлотовской форме, лавируя между пассажирами, направлялась к дверям. Шла она слегка запрокинув голову, гордо и как-то отчужденно, будто и не улыбалась только что, регистрируя билеты: женщинам приветливо, с едва ощутимым превосходством, а мужчинам кокетливо и чуть вызывающе.
Парень в пестрой рубашке и полинявших джинсах попытался остановить девушку, но та не удостоила его даже взглядом, а он в восхищении бросил приятелю через плечо:
— Чертовка, стоит познакомиться.
Тот ответил рассудительно:
— Пустой номер. Через час будем в Одессе.
— Скоро вернемся...
— За месяц забудешь. На одесских пляжах знаешь сколько таких!
— Жаль пропускать... — Парень подтянул джинсы и поправил рубашку. У него был вид человека, не сомневающегося, что ему должно принадлежать все.
Пожилая женщина, стоящая перед молодыми людьми, недовольно обернулась, видно, хотела сказать что-то осуждающее, но только хмыкнула сердито.
— Осторожно, бабуля... — нагло хохотнул парень в джинсах, он явно хотел поддеть ее, однако женщина лишь вздохнула глубоко и сделала вид, что не заметила обидных слов.
Лысоватый человек, розовощекий и курносый, воровато скосил глаза на крутые девичьи бедра, он не осмелился глянуть выше, но даже этот робкий взгляд не остался без внимания его сухощавой, плоскогрудой и суровой супруги. Она крепко сжала локоть мужа и прошипела угрожающе:
— Куда пялишься?
— Я — ничего... — Он испуганно шмыгнул носом и заверил угодливо: — Ты же знаешь, кроме тебя, для меня никого не существует.
— Вот и смотри на меня, — отрезала супруга, и муж, демонстрируя свою преданность, поспешил повернуться спиной к девушке.
Седая женщина с модной прической, в шерстяном костюме английского покроя и блузке с высоким воротником смерила девушку в форме внимательным холодным взглядом и, обратившись к соседке, тоже в летах, но полной и краснолицей, процедила сквозь зубы так, что трудно было понять, какой смысл вкладывает в слова:
— Красивая девица, не так ли?
Толстуха презрительно наморщила нос.
 
— А-а... — махнула рукой, — все мы в таком возрасте были красивыми. Однако не кичились этим.
Седая изучающе глянула на соседку, ироническая улыбка коснулась ее уст. Видно, она ни на секунду не поверила несколько смелому и чересчур категорическому утверждению полной женщины, но не возразила, лишь покачала головой и ответила как-то жалобно:
— Молодость так самоуверенна и так скоротечна. Кто из нас не верил в ее бесконечность?..
— Когда работаешь, да еще дети на руках, некогда о глупостях думать, — не совсем вежливо заметила краснолицая.
Женщина в строгом костюме, вероятно, не согласилась, но спорить не стала.
Девушка в форме исчезла в дверях, не подозревая, какое смятение посеяла в душах пассажиров. Возвратившись тотчас, остановилась на пороге и объявила:
— Граждане пассажиры! В связи с изменившимися метеоусловиями в Одессе вылет переносится на час позже. Прошу пройти в зал ожидания.
Толпа зашумела тревожно и возмущенно, девушка выдержала паузу и объяснила коротко и как-то совсем по-домашнему: