Невеста с янтарными глазами (СИ)

— Погоди, я сейчас немного не поняла, — пробормотала я и потрясла головой, прогоняя туман нервного наваждения. — Как они могли пытаться тебе навредить? Ты же наследник этой семьи, а они, точно так же, как и я сама, просто рабыни, которых твой папаша покупает за спасибо. Вредить маленькому существу… У них совсем мозгов не было? Ладно, сейчас не о том. Скажи, что ты вообще тут забыл и почему ходишь в одной пижаме? Тоже собирался поесть, пока никто не видит, и заблудился? Я еще плохо ориентируюсь в замке? Ты тоже?
— Нет, я шел к папе, — покачал головой малыш, — он опять с Ламесой и не вспомнил обо мне. Но я рад, что она не стала моей мамой. Ты намного красивее ее. Она уродливая. Постоянно бьет меня и пытается отравить, но яд на меня плохо действует, еще после второй мамы.
— А почему твой папа позволяет ей так поступать? — у меня дар речи пропал. — Моя бы воля, я бы эту драную овцу сама бы придушила и на тот свет отправила. Он о тебе, что, совсем не заботится?
— Он забыл рассказать мне на ночь сказку, я без нее уснуть не могу, — пожаловался мне ангелочек. — А про свою фаворитку он не верит. Говорит, я все выдумываю, чтобы он все время проводил со мной.
— Какой же кретин у тебя папаша! И как его боги таким сокровищем наградили-то, за какие заслуги? — горестно вздохнула я и протянула ему обе руки. — Пошли в твою комнату, я на правах твоей очередной мамы расскажу тебе очень интересную сказку. Мне ее моя бабушка-эльфийка рассказывала в те минуты, когда меня мучили кошмары.
— А ты точно не попытаешься мне навредить? — отшатнулся он от меня на несколько шагов.
— Клянусь магией и кровью рода, — кивнула я и показала ему вспышку клятвы.
— Тогда пошли, — засмеялся он.
Малыш ласково и светло мне улыбнулся, а после схватил за руку и потащил в свою комнату. Идти оказалось не так далеко, как я думала изначально. Я даже испугаться толком не успела, как мы оказались в нужном месте. Слава богу, по дороге к ней никто на нашем пути не встретился. Хотя тут, скорее всего, сыграло роль то, что ангелочек вел меня не по главным коридорам, освещенным факелами, а по запасным. Чертов лабиринт, как я его уже ненавидела всей душой. В какой-то момент мы свернули в неприметную дырку в стене и, пройдя по темному узкому коридору, оказались уже в его комнате. Оставалось надеяться, что об этом ходе знали лишь избранные.
Спальня, в которую мы пришли, практически ничем не отличалась от моей. Ну разве что расцветкой. А так один в один. На стенах висели утепленные гобелены, в центре напротив окна стояла огромная кровать с ворохом темно-синих одеял и шкур для тепла. В углу сиротливо ютился стол, заваленный книгами, но, самое главное, игрушками. Хоть тут на сердце потеплело, то драное нечто, которое ребенок таскал с собой, не было результатом наплевательского отношения к мальчику. Просто потрепанная зверушка для маленького дракона явно что-то значила.
Осмотрев пространство, я с сожалением все же догадалась, что не было тут так радужно и счастливо, как я было подумала. Подарки громоздились везде, звери всех цветов и форм, кубики из какого-то полупрозрачного, дымчатого камня, деревянные мечи и луки, даже что-то летающее заметила. Но во всем этом я не чувствовала души, это были просто дары, чтобы откупиться от ребенка и заткнуть ему рот. Протянув малышу руку, я предложила залезть на кровать и уже там в объятии теплых одеял окунуться в великолепный мир историй. Заодно, когда это сокровище уснет, я смогла бы проверить, какой гад пытается убить его через сны, навешала бы с три короба люлей и утром, пока все спали, вернулась бы к себе в спальню. Уверена, Никалент даже не узнал бы о моем пребывании в комнате наследника.
— Иди сюда, чего встала на пороге, хочу сказку, — вырывая меня из размышлений, строго приказал наследник северных земель.
Я тепло и ласково ему улыбнулась. В самом деле, не обижаться же на ребенка за его командный тон. Если у него дурной пример для подражания, то с этим ничего уже не поделать. Потом сама попытаюсь донести до него, что если со всеми общаться нормально, то тебя будут слушаться и без чувства страха и ненависти. Усевшись у него в ногах, прямо поверх теплого покрывала, я встряхнула руками, приводя нити магии в подвижное состояние. Драгоценный ангелочек смотрел на меня с удивлением и любопытством, но ничего не говорил, ожидая сказку.
 
— Готов? — мягко спросила я у него и, дождавшись кивка, сотворила первые грани иллюзии. — В одном далеком королевстве, в огненной башне жила прекрасная принцесса, чей взор был сказочнее драгоценностей, голос нежнее птичьего щебета, а характер острее самого острого кинжала. Была она так прекрасна, что все рыцари, принцы и короли хотели ее покорить. Но были у принцессы два монстра в обличиях людей. Один звал ее Розочкой, другой Жемчужинкой, за удивительный мягкий перелив розовых прядей. И все было бы хорошо, если бы у принцессы не было бы злого брата, который хотел изжить ее со свету, дабы не поклонялся перед ней народ, зовя святой. И вот однажды в разгар удушливого лета…
Медленно отпуская магию, я как обычно сплетала нити иллюзорного мира, создавая тем самым красочную историю, которую малыш мог видеть прямо в своей спальне. Чувствовала себя так привычно и правильно, словно вновь вернулась в гильдию, и мы просто рассказываем, как в очередной раз закончилась наша миссия. Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь соскучусь по этому нехитрому занятию. Маленький зритель завороженно продолжал наблюдать за моей волшбой. Он, затаив дыхание, ловил каждое мое слово и пытался угадать, что же произойдет с героями дальше.
Он с таким восторгом слушал мой рассказ, что даже сердце заходилось от щемящей нежности и тоски. Мальчик так сильно напоминал мне мою малолетнюю сестренку, что повеяло домом и семьей. В процессе рассказа я незаметно перебралась к Хантелю под одеяло и плотнее прижалась к теплому драконьему боку. От долгого сидения ноги сильно замерзли и спина отваливалась. Так что под конец сказки мы с ним уснули практически в обнимку. Я привычно улеглась на бок, подогнув под себя край подушки, а малыш доверчиво прижался ко мне, цепко схватив за край ночного халата, и уткнулся носом мне в шею, сладко сопя.
Но перед тем, как окончательно вырубиться, мой сонный мозг успел послать мне сигнал о том, что у нас тут, между прочим, миссия. Я еще раз натянула нити реальности из созданной мною иллюзии и выставила тонкую защитную стену. Теперь сказка, рассказанная мною, будет служить ограничителем для того урода, который пытался убить маленького ангелочка. Остается надеяться, что детский разум сам залатает дыры в иллюзии, добавит свои подробности и адаптирует его в реальность. Опытный убийца с полпинка пробил бы такую защиту сознания, но мне большего и не надо было. Главное, чтобы он засветился, а там я уж сама с ним разберусь, только выловлю.
Вот только, засыпая под боком у сопящего комочка с белокурыми кудряшками, я позабыла про вторую часть моего гениального плана. Вернуться в собственную комнату и не вызывать ни у кого подозрений. Именно так я планировала поступить изначально, но, как обычно, все пошло вообще не по запланированному сценарию. Впрочем, ничего удивительного. Хочешь насмешить высшие силы, задайся целью. Но в этот раз действительно вышло по-идиотски. Я самым наглым образом проспала побудку и не открыла глаз с рассветом.
— Что вы тут устроили? — над моим ухом раздался оглушительный рев, который развеял всю паутину сна.
Приоткрыв один глаз, я внимательно посмотрела на белокурую макушку рядом с собой. Маленький дракончик завозился, пытаясь то ли спрятаться у меня на груди, то ли целиком заползти под меня, видимо, чтобы не слышать криков своего дражайшего родителя и не прерывать сладкое сновидение сказки. Я аккуратно, чтобы не придавить ребенка, повернулась на спину и покосилась на нависшего над нашим ложем Никалента. Тот только ядом не плевался от злости. Зевнув во весь рот, я остужено села и прикрыла ребенка еще одной шкурой, лишь бы не замерз. Скосив глаза на прижавшегося к моему бедру Хантеля, умиленно улыбнулась и даже почти раскаялась в содеянном.