Малиновка поёт лишь о любви... (СИ)

- А ваш отец? – спросил король, подбирая камни на берегу и забрасывая их далеко на середину озеро. – Милорд Вальдерик не вызнал, кто он?
- Лорд Баджо Шер, - не сдержала улыбки Дьюлла. – Вы сами любезно это подсказали.
- Лорд Баждо Шер был не очень хорошим человеком, - сказал король, - правда, жил милосердно недолго, и хотя бы своим именем послужил королю и вам. Но я говорю о вашем настоящем отце.
Дьюлла скрестила на груди руки, задумчиво глядя, как по глади озера расходятся круги от очередного упавшего камня.
- Вряд ли мы об этом узнаем, сир, - сказала она. – Рик говорил, что единственный документ, который мог бы приоткрыть эту тайну, сгорел вместе с нашим домом. Но если вы проявили ко мне такую несказанную милость, надо ли думать о старых тайнах? Оставим их в прошлом.
- Вы сейчас говорите не как юная девушка. Я не слышу горечи в ваших словах, не слышу обиды. Вы не держите зла на отца? За то, что он бросил вашу мать?
- Бросил? – Дьюлла тоже подняла камень и швырнула его в воду.
Король проследил полет голыша и присвистнул – камень Дьюллы упал почти там же, где и его.
- Мы не знаем, что там произошло, - сказала девушка. – Так какой смысл обижаться или гневаться? Зачем судить тех, кто уже не сможет оправдаться?
- Вы были счастливы в детстве? – последовал новый удивительный вопрос.
- Да, сир, - немедленно ответила Дьюлла. – Но еще больше счастья я испытала, когда встретила милорда Босвела. А теперь еще и вы обласкали меня – порой мне кажется, что вся моя жизнь – чудесная сказка.
- Вы достойны сказочной жизни, - сказал король пылко.
Дьюлла посмотрела на него искоса, и он погрозил ей пальцем:
- Я же сказал, что вам нечего меня бояться. Вы не верите королевскому слову?
- Главное, чтобы ему верили вы, - сказала Дьюлла, опустив ресницы.
Шутка понравилась, и король от души расхохотался.
Они прошли по песчаной косе, разговаривая о Своне, о детстве Дьюллы, о ее жизни во дворце. Постепенно девушка перестала бояться – похоже, что королю и в самом деле было интересно все, что с ней происходит. Особых слов заслужил Рик.
- Босвел – сама верность во плоти, - сказал его величество, когда Дьюлла снова поблагодарила его за свое имя. – Это – малая услуга за все то, что эта фамилия сделала для короны.
- Рик очень предан вашему величеству.
- Я знаю, - король посмотрел на Дьюллу необычайно тепло. - Но мне жаль бедолагу Вальдетюра, и жаль, что вы не встретились с ним. Он так же выделялся своей красотой среди мужчин, как вы – среди женщин.
- Не в красоте счастье, - заметила Дьюлла.
- И это мне говорит прекраснейшая из женщин! – засмеялся король. –Признайтесь, сейчас вы кокетничаете.
- Вовсе нет, - Дьюлла посмотрела королю в глаза. – Для меня телесная красота ничего не значит, если она не подкреплена красотою душевной. И если выбирать, я предпочту ум, а не красоту.
- Это молодость говорит вашими устами, - вздохнул его величество, отворачиваясь. – Вы еще молоды, и не знаете всю силу красоты.
Песок под ногами стал влажным и вязким. Внезапно Дьюлла провалилась по щиколотку и ахнула от неожиданности, едва не потеряв равновесие. Король оказался достаточно проворным и подхватил ее, не дав упасть.
- Пойдемте-ка обратно, - сказал он, поддерживая девушку. – Я и так похитил слишком много вашего внимания.
- Мне было очень приятно ваше общество, - возразила Дьюлла. - Признайтесь, что сейчас вы просто кокетничаете.
- Дерзкая девчонка! – воскликнул король, и в уголках глаз обозначились смешливые морщинки.
- Пусть его величество простит меня. Это была не дерзость, а глупость…
Резкий окрик заставил их посмотреть на ивы, возле которых оставались лошади.
- О! Это Рик! – обрадовалась Дьюлла.
- В самом деле, - признал король. – Он тоже нас заметил.
Появление Рика заставило сердце Дьюллы забиться быстрее, но уже в следующую секунду она нахмурилась. Кузен бросил коня, даже не привязав, и теперь бежал по берегу навстречу к ним, и лицо у него было мрачнее грозовой тучи.
- Что-то случилось? – переполошилась Дьюлла. – Он сам на себя не похож!
 
- Сейчас узнаем, - король тоже был встревожен.
Несмотря ни на что, Дьюлла не могла не залюбоваться Риком. Он бежал легко и красиво, как не смог бы бежать, наверное, и здоровый человек. Он даже не запыхался, когда поравнялся с ними, и сразу схватил Дьюллу за руку, оттаскивая от короля.
- Что-то случилось? – спросил его величество.
Рик был бледен, как смерть, и заговорил сквозь зубы:
- Напоминаю вам, что Дьюлла – моя сестра.
- Хм… я не забыл об этом.
- Рик, что ты… - начала Дьюлла, но он жестом приказал ей замолчать.
- И мы сейчас же покидаем охоту и ваш замок.
- А! – король начал кое-что понимать и хмыкнул. – Уважаю ваше решение. Но неужели вы лишите это милое создание сегодняшнего праздника? Будет музыка, и танцы, и повара расстарались приготовить…
- Прошу простить, - Рик кивнул и потащил Дьюллу прочь.
- Да подожди же… - попыталась она объясниться.
- Как вы волнуетесь за сестру, Босвел, - сказал им вслед король. – Вы не доверяете своему сюзерену? Девушка не хочет уходить. Оставьте ее.
Рик остановился, но руки Дьюллы не выпустил.
- В деле чести моей сестры, сир, - сказал он, оборачиваясь к королю, - я никому не доверяю. Даже самому себе.
- Ого! Громко сказано. Вы обвиняете меня в покушении на честь?
Дьюлла вскрикнула, но мужчины не обратили на нее никакого внимания. Она пыталась разжать пальцы Рика, обхватившие ее запястье, но он держал ее железной хваткой.
- Что же вы замолчали? – спросил король.
- Рик, не говори сгоряча, - зашептала Дьюлла, которой стало страшно до дрожи в коленях. Она впервые видела кузена таким – лицо его потемнело, глаза горели мрачно, и на короля он глядел безо всякого почтения, пропустив мимо ушей ее мольбы.
- Даже думать об этом не хочу, - сказал он веско. - Но если ваше величество решили сделать из моей сестры альковную игрушку, я этого не позволю, пусть даже придется вас убить.
- Боже! – простонала Дьюлла, закрывая лицо ладонью.
- Вы забываетесь, - сказал король, и сказал это вовсе не шутливо.
- А на что вы рассчитывали? Что я буду смотреть на ваши игры? – не остался в долгу Рик.
- Замолчите, пожалуйста, замолчите оба! – закричала Дьюлла, бросаясь Рику на шею. – Его величество выше всех подозрений! Не обвиняй его! Мы всего лишь беседовали… Моя лошадь убежала, и его величество любезно ее поймал, - она посмотрела на короля, взглядом умоляя поддержать ее. Она умышленно промолчала о лорде Клодвине, потому что чувствовала, что Рик, в его нынешнем состоянии, может найти и доказнить. – Простите резкость моему брату, сир. Он волнуется за меня, вы же будете милосердны и не накажете за любовь?
Король подумал и кивнул, и грозная складка между бровей разгладилась.
- Разрешите нам удалиться? – продолжала Дьюлла. – Благодарю за честь, что вы оказали мне, и за внимание, и за доброту, но сейчас нам с Риком лучше кое-что выяснить.
Король снова кивнул:
- Конечно, леди Шер. А я вернусь к своим людям. Наверняка, меня уж потеряли…
Дьюлла торопливо поклонилась и повела кузена прочь.
- Ты вел себя, как медведь Рик! – набросилась она на него, едва они оказались под сенью рябин, которыми густо порос край оврага, доходившего почти до озера. – Учил меня почтительности, а сам разговаривал с королем, как будто он тебе дровосек из дремучего леса!
- Он обнимал тебя, - процедил Рик сквозь зубы, и глаза у него стали совсем черными.
- Он поддержал меня! Я подвернула ногу, и он поддержал! А ты поторопился увидеть зло там, где его не было! Поверь, не было сказано ни единого оскорбительного слова. Мы говорили о моей матери, он спрашивал, как мне жилось с тобой, а теперь – в замке…
 
- Нельзя так доверять мужчинам, - Рик схватил ее за плечи и встряхнул – не сильно, но Дьюлла поморщилась. – Пойми, - увещевал он, - король – всего лишь мужчина.