Поющая для Луны (СИ)

Большего мы сделать не могли, дара у нас не было, да и опасно было сейчас делится с Селеной именно магической силой. Иначе бы её бабушка давно бы это исправила. Даже не смотря на то, что в отличие от внучки-целительницы, сама Лолиара была некроманткой. Когда я спросил, не навредит ли подобное смешение сил Селене, та смеялась до слёз. Ту ночную беседу я буду помнить очень долго. Так стыдно за самого себя, мне не было ни разу в жизни.
- Моя мама всегда говорила, что целительство, всего лишь один из видов некромантии. - Вспомнила Лолиара с улыбкой. - Но, я так понимаю, что вы оба, за все это время даже не задумались о том, а кто она - ваша жена? Что ж. Будем приобщать вас к мудрости и пониманию насильно.
- Мне нет нужды задумываться о том, кто моя жена! - Ответил я. - Она лучшее, что видел этот мир, и как вы правильно сказали, "наша жена"!
Лолиара расположилась в кресле Селены у стола, и с улыбкой рассматривала меня, играя при этом маленьким ножом, который жена использовала для срезания печатей с вестников.
- О! Узнаю упрямство Изумрудных. От твоего прадеда лез на стенку весь совет кланов в свое время.- Лолиара как-то неожиданно напряглась, и улыбка исчезла с её лица. - Первые десять часов от начала лихорадки самые страшные, собственно они и решают, будет ли перейдена грань. Поэтому спать этой ночью нам всем не придётся, так что потратим время с пользой.
- Может тогда, вы нам объясните, что делать и какие отвары ей вливать и когда, и пойдете спать?- Предложил Барс.
- А в случае, если начнут рваться связи души с телом, пентаграмму призыва ты чертить будешь? - Бывшая правительница смотрела на Дайгира с насмешливым снисхождением. - Давайте сразу казну подсчитаем, как говорится. При всём моем уважении ко всем живущим в общем, а к барсам и Изумрудным в частности, моя собственная кровь мне важнее. Я искренне переживаю обо всех этих страшных вестях о похищениях, рабских рынках, нападениях. Но если бы это всё не несло угрозу тем, кто присягнул Лангранам, я ограничилась бы сочувствием и словесным осуждением. Возможно, это звучит жестоко и цинично, но свои всегда ценнее, чем чужие. А Селена, единственный ребёнок моей старшей дочери! И то, что я нашла её в таком состоянии, мне отнюдь настроения не улучшает.
- Если бы мы могли это исправить... - Начал я.
- Не надо было этого создавать! - Перебила меня Лолиара, это у них, похоже, тоже семейная черта.- Мне совершенно не нравится, что девочка загнала саму себя, бесконечно помогая мужьям. И что вы эту помощь преспокойно принимали! Раз за разом подводя её к закономерному итогу. Я, конечно, изувечу вас обоих, если конечно успею вклиниться между сыном, внуком и собственными мужьями, но сейчас вы оба нужны, чтобы удержать Селену.
- Я не буду с вами драться! - Резко ответил я. - Вы женщина, и женщина в почтенном возрасте!
- Да уж не на кулаках в круг с тобой выходить собралась, - рассмеялась она. - Мне достаточно дать чуток сил твоему прадеду, с которым я лично была знакома, и просто понаблюдать, как от тебя чешуя в разные стороны полетит. Вард Изумрудный за твои капризы и отношение к самочке переломал бы тебе то, что в принципе сломать не получится. Довести Лангран до грани, это же умудриться ещё надо!
- Отлично. Вызывайте! Потом, хоть прадеда, хоть Зубейра Тень, хоть саму Ссаарду! - Вспылил я, чувствуя её насмешку, но не улавливая в чем конкретно. – Но потом! А сейчас, не могли бы вы объяснить мне, тупому нагу, что происходит с моей женой? Что ещё за магическая лихорадка? Это проклятье?
- Ты смотри, как разошёлся! А Марину Лангран ради тебя не побеспокоить, нет? Она-то всегда знала, на что применить, как ты сказал, тупых нагов. - Лолиара отпила отвара прежде чем продолжила. - Иногда я думаю, что чувства к мужчине, что порой просыпаются в сердце, и есть самое страшное проклятье.
- Магической лихорадкой называют несколько дней перед смертью сильного мага, если он вычерпав резерв, начал расходовать жизненные силы. - Глухо пояснил Дайгир. - Маг хоть и находится в беспамятстве, но переживает всё: жар, озноб, судороги...
 
- Что... - Мне показалось, что за мгновение земля и небо поменялись местами несколько раз. - Ты знаешь это и молчал? Не предупредил, чем опасно истощение сил для Селены?
В этот момент только еле слышный стон жены удержал меня от убийства оборотня. И последующие слова Лолиары.
- Верно, но лишь отчасти. Когда маг, исчерпывает резерв и идёт на то, чтобы задействовать силы жизни, потом получает равноценный откат. Он платит цену. Это закон равновесия, ничто не берётся из ниоткуда! - Некромантка была серьёзна и сосредоточенна. - И тогда, если нет связей, что способны удержать душу, или если они недостаточно прочны, маг уходит. Теряет свою жизнь. Когда Селене было тринадцать, и у нее начались скачки силы, предвещая появление ещё одного дара, к изначально имеющемуся целительству, мы решили, что ребёнка нужно загрузить занятиями и обязанностями, чтобы и было, куда излишек сил девать, и времени поменьше оставалось на проказы. Но не учли, что благие намерения, не всегда приводят к хорошему в итоге. А когда нас навестили оборотни со всем своим двором, и некоторые придворные начали навязывать девочке знакомство со своими отпрысками, боясь, что до отбора в случае Селены, снова не дойдёт, девочка сорвалась.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Представив на минуту, как вокруг маленькой Селены крутились эти лицемерные придворные подпевалы, чуть не зарычал от злости на зависть барсу, которого от, видимо, схожих мыслей тоже перекосило.
- Представьте, ребёнок выбегает из бального зала, открывает дверь в соседнюю комнату и исчезает, не переступая порога. - Продолжала тем временем Лолиара. - Как позднее выяснилось, Селена так хотела избавиться от всех вокруг и от тех обязанностей, которыми мы ее загрузили, что у неё проснулось наследие Кайла Леройда, портальная магия. Даже опытный маг, даже просто проходящий через портал, теряет свои силы, а тут подросток, у которого только проснулась магия.
- И она сразу начала исцелять меня и возрождать моего зверя. - Сказал Барс.
- И на этом не ограничилась. Когда подоспели отряды наших войск она еле стояла на ногах. Отправить её обратно порталом мы не решились. - Некромантка сделала небольшую паузу, и после продолжила. - Селена всегда была упряма, а когда старшие ещё и испытывали чувство вины перед ней, что спровоцировали подобное событие, она легко добилась нападения на укрепления работорговцев. Мы не знали о том, что она уже выложилась на лечение пары, поэтому обеспечив безопасность, не озаботились проследить, чтобы она не увидела лишнего и не полезла помогать. А она ещё и расспрашивала... Мы допрашивали главаря, когда в помещение, где мы были, ворвалась Селена. Тот урод, в ответ на её вопрос о парне-оборотне, рассмеялся, и в подробностях расписал, как он лично буквально час назад наказывал нескольких строптивых рабов. А также предложил покопаться в золе и пепле, может и опознает. Договорить он тогда не смог. Наша светлая девочка, с целительским даром, подвесила главаря на силовых нитях, и, сохраняя собственной силой его в сознании, заживо содрала с него кожу. От увиденного остальные чуть ли не наперегонки кинулись рассказывать всё, что знали. К сожалению...
- Тогда был аукцион, продавали сотнями... - вспомнил Дайгир.
- Да, и Селена чувствовала, что тот парень, то есть ты, жив. Но это было последнее, что она нам тогда сказала. Это был первый раз, когда она скатилась в это состояние. Селена провела на грани неделю. - От слов Лангран у меня волосы зашевелились. Особенно от фразы "в первый раз".- А когда она очнулась, то мы поняли, что упрямство наследницы было сильно недооценено. Преподаватели университета вскоре уже боялись попадаться ей на глаза, любое знание она выжимала до капли. А в пятнадцать был первый рейд. Мы решили отпустить её под присмотром гвардейцев перевала, опасаясь, что иначе она просто уйдет одна. Мало того, что она принимала участие в сражении, благо мои мужья были уверены в её способностях бойца, всё-таки тренировали они её сами, так ещё и в загоны для рабов она ворвалась в числе первых. После боя, где она использовала и клинки, и магию, она на полную выложилась, спасая освобождённых. Не разбирая, свои ли это подданные или чужие, мужчины или женщины. Когда Норд спохватился, что слишком надолго упустил племянницу из виду, то ворвавшись в очередной барак, увидел, как с трудом удерживаясь в сознании, она заживляла раны на спине одной из девушек. Это был её последний пациент. Обратно в замок, Норд принес Селену уже в беспамятстве. Пока она боролась за возвращение с полей Морины, мы решили, что это был не только первый, но и последний раз, когда она участвовала в подобном. И как только она пришла в себя, сообщили ей свое решение.