#Стафф

Виктория гуляла с детьми в саду, Роза занималась гардеробом в комнате Юлианы, Максим с двумя охранниками под руководством Альберта таскали ящики с винами из погреба, а Анна вышла во двор, чтобы подмести лепестки, опавшие с цветов, занесенных флористами. За смену она могла так набегаться, что ей не нужен был никакой фитнес. Вот и сейчас, сбегая по ступенькам, девушка начала тяжело дышать. «А что же будет зимой? Так и голову можно разбить», – рассуждала она, не заметив позади себя детей, которые вихрем пронеслись мимо нее, чуть не столкнув со ступенек. Однако эта печальная участь постигла ведро с его содержимым, которое она собирала почти два часа. Сорванцы, увидев полное ведро мусора, специально столкнули его с лестницы. Этот неприятный инцидент заметили Виктория, еле поспевавшая за детьми, и Юлиана с Антониной Юрьевной, вышедшие во двор проследить за работой садовника.
– Вам нужно быть внимательнее, особенно когда поблизости шалят дети. Придется все заново собирать, – с недовольной гримасой заметила Юлиана, в очередной раз поразив Анну.
– Поторапливайтесь. У нас и так слишком мало рабочих рук, – добавила Антонина Юрьевна, проходя мимо девушки.
Анна от злости сжала кулаки, но, преодолев свое возмущение, вновь стала собирать разбросанный мусор. Виктория прошла мимо, не сказав ни слова, а лишь пожав плечами. Глядя на удаляющуюся Викторию, Анна почувствовала волну негодования и побежала вслед за гувернанткой.
– Виктория, подождите! – крикнула ей вдогонку Анна.
Женщина развернулась и вопросительно взглянула на Анну.
– Скажите, а в таких случаях вы делаете замечание своим подопечным? Ну, например, чтобы они уважали чужой труд и так себя не вели? Вроде как в этом заключается ваша обязанность? – не сдержалась Анна.
– Это вы мне? – от таких напористых вопросов Виктория слегка опешила. Она смотрела на Анну и хлопала длинными накладными ресницами, всем своим видом показывая полное недоумение.
– По-моему, здесь больше никого нет, – Анна иронически оглянулась по сторонам.
– А по-моему, вас это не касается! Давать мне рекомендации по поводу моих подопечных – не ваша обязанность! – придя в себя, парировала Виктория.
– Видимо, вы плохо выполняете свои обязанности, – напоследок кинула ей Анна и ушла, оставив гувернантку в праведном гневе, от которого та пылала еще целый день.
* * *
Через пару часов началась настоящая суматоха. Приехали два дополнительно нанятых официанта, гардеробщик, камердинер, флорист и посудомойка. Основная часть суматохи пришлась на зал, в котором должен был проходить ужин. Альберт руководил домашним стаффом так, как если бы это была подготовка к незамедлительным военным действиям. Он лично достал из погреба необходимые напитки, проверил столовое серебро, поставил карточки для рассадки гостей и меню напротив каждого места, проследил за расстановкой стульев и сервировкой стола, которая вымотала всех девушек. Никогда прежде не готовившаяся к званым ужинам такого рода, Анна толком и не умела сервировать столы. Девушка внимательно слушала Ксению и овладевала искусством сервировки на практике.
– Приборы располагаются от тарелки на расстоянии, равном ногтю большого пальца, и должны лежать ровно, – объясняла Ксения.
Гуля, более опытная в этом деле, так как ранее тоже работала на VIP, четко и быстро сервировала свой участок стола.
– Фужеры ставят по диагонали, справа от наибольшего ножа, в порядке, в котором они будут использованы, – продолжала Ксения.
– Кстати, а кто такие Егор и Ангелина? О них говорили за столом, – шепотом поинтересовалась у Ксении Анна.
– Это дети Константина Викторовича от первого брака.
– А-а-а-а, – только и вымолвила Анна, на какое-то время забыв о своих обязанностях и погрузившись в раздумья.
– Девушки, поторапливайтесь, – периодически подгоняла их Валентина, поглядывая на часы, пока Альберт разбирался с поставщиками.
– Твоя зона левая. Начни сервировать ее, – указала Ксения.
Анна стала аккуратно сервировать стол, вспоминая все, что видела и что ей говорили Альберт, Ксения и Гуля. Она уже заканчивала сервировку, когда ее позвала Валентина, и девушка отправилась на кухню, не заметив крутившуюся неподалеку Викторию.
 
Чинно выстроившись в ряд в зале для приема, домашний стафф слушал расхаживающего взад и вперед Альберта.
– Кто сервировал левую дальнюю сторону стола? – батлер указал в нужном направлении, и все разом повернули туда головы.
Анна вышла вперед.
– Я, – робко призналась девушка.
Альберт остановился и уставился на нее.
– Абашева, вы меня удивляете! Вы сами упоминаете о деталях! Если я говорю, что вилка должна находиться в 1 см от тарелки, значит, она должна находиться в 1 см от тарелки! Если я говорю, что стул должен стоять под углом 90 градусов к столу, значит, он должен всегда стоять под углом 90 градусов к столу! Если я говорю, что края скатерти должны свешиваться со стола на 35 см, то они должны свешиваться на 35 см – не больше и не меньше! Почему вы не слушаете меня?
Анна растерялась, не понимая причины его внезапного гнева.
– Господин Смит, что я сделала не так?
– Все за мной.
Анна, Гуля, Роза и Ксения пошли вслед за Альбертом.
Дойдя до нужной зоны, батлер ткнул пальцем на участок, где приборы действительно были разложены далековато от тарелок, намного дальше 1 см.
– Тарелки с приборами, госпожа Абашева, всегда должны стоять строго в ряд, строго по сантиметрам, в одну линейку, без погрешностей.
– Я не понимаю, в чем дело. Я все поставила правильно и четко, правда! – воскликнула девушка.
– Я тоже видела, как Анна сервировала. Все было правильно! – попыталась заступиться за подругу Ксения.
– Я не давал вам слово, – батлер с раздражением посмотрел на Ксению. – Много лет назад я работал на кухне в ресторане со звездой Мишлен. Как-то шеф поручил мне нарезать спаржу по диагонали ломтиками толщиной 2 сантиметра. Поначалу я нарезал правильно, но в какой-то момент по невнимательности сделал 3 сантиметра. Когда понял, исправлять не стал. «Подумаешь, – решил я, – один сантиметр!» Так я несколько раз нарезал лишние сантиметры, и знаете, что было потом?
Стафф молчал, предугадывая.
– В какой-то момент я осознал, что несколько дней подряд шеф дает мне нарезать только спаржу. Я поднял на него глаза и замер, а он посмотрел на меня и сказал: «Всю спаржу, которую ты мне передавал, я выкидывал. Я ждал несколько дней, надеясь, что ты осознаешь, как важен этот сантиметр… Теперь ты уволен, Смит!»
Он уволил меня из-за погрешности в один сантиметр, – продолжал свой рассказ батлер. – Так как вы думаете, Абашева, что сделал бы этот шеф-повар на моем месте сейчас?
– Он дал бы мне несколько дней.
Батлер, расхаживающий по залу, неожиданно остановился. Тень улыбки мелькнула на его суровом лице.
– Больше никаких погрешностей, Абашева! Отныне ваш девиз «Четко. Точно. Всегда».
– Как скажете, – склонив голову, ответила Анна, хотя в глубине души роптала на несправедливый выговор. Она была уверена, что все сделала правильно.
– Гостевые комнаты прибраны, подсвечники и светильники почищены, бар наполнен, камердинеры, сомелье и официанты готовы. Так… так… так… Униформу надеваем за час до приезда гостей… – Альберт замолчал и вновь погрузился в раздумья, пытаясь вспомнить, что он забыл учесть.
Подойдя к столу и открыв свои записи, батлер снова принялся внимательно их просматривать.
Тем временем домашний стафф продолжал хранить молчание, ожидая дальнейших распоряжений.
– Организовать мойку машин некоторых гостей… Проверить устрицы… Люба, вы с Михаилом проверяли устрицы? – Батлер оторвался от просмотра своих записей и взглянул на помощницу Михаила.
– Да. Они очень свежие.
– Не бывает очень свежих, – заметил батлер и вновь уткнулся в бумаги. – Надеюсь, вы все изучили правила подачи напитков?
Стафф кивнул.
– Абашева, что мы подаем после говядины?