#Стафф

– Арина… где ты там?
– Да? – Анна мигом метнулась к ней в комнату.
Маша лежала с опухшим лицом, по которому была размазана косметика, и еле шевелила бледными губами.
– Вы проснулись? Мне пора уходить, – с порога заявила Анна.
Маша сонно потянулась и с удивлением посмотрела на горничную.
– Как? Уже? Ты разве не останешься сегодня?
– Нет. Через неделю у двойняшек день рождения. Нужно готовиться.
– А-а-а-а… – разочарованно протянула Маша. – Что же я буду делать?
– Думаю, что справитесь. Я все убрала.
– Ладно. Дай лекарство – голова раскалывается, – Маша пальцем указала на лекарство. – Потом сделаешь мне массаж.
Анна еле сдержалась. Массаж не входил в круг ее обязанностей. Однако девушка подавила бунтарский порыв, подошла к Маше и протянула ей стакан воды вместе с таблеткой. Зазвонил телефон, Маша взяла трубку, а Анна тем временем приступила к массажу.
– Алло? Да, привет! О-о-о-о! Правда? И я приглашена? Здорово! И Орлов будет? Ах… ха-ха-ха! Конечно, конечно! – в голосе Маши послышались игривые нотки.
При упоминании Орлова Анна замерла, прислушиваясь к каждому слову.
– Да ладно? Орлов никогда не появляется на публике с женщиной! Даже не мечтай! Он заядлый холостяк! У-у-у-ф-ф-ф… Надеюсь, доживу до того времени, когда увижу его с женщиной. Хотя сама до сих пор не теряю надежды! Все, чмоки, до встречи! – Маша положила трубку и блаженно растянулась на кровати.
Анна погрузилась в свои думы и даже не заметила, как ее временная хозяйка снова уснула…
* * *
Витя, огромный верзила, внушающий опасение не только своими габаритами, но и лицом из серии «лихие 90-е», периодически поглядывал в зеркало, наблюдая за Анной, расположившейся на заднем сиденье автомобиля. Маша нехотя одолжила своего водителя, отправляя его в качестве алаверды, так как обещала Юлиане несколько коробок дорогих вещиц для планируемого аукциона. Уставшая до предела Анна с наслаждением откинулась на спинку сиденья, благодаря всех святых за такое везенье, – если бы не коробки для Юлианы, то пришлось бы просто ползти в сторону электрички.
Витя включил музыку и стал тихо напевать что-то себе под нос.
– Как вам живется на Рублевке? Хозяева норм? – неожиданно нарушив тишину, спросил он.
– Да, вполне, – Анна не собиралась делиться с верзилой и сливать инфу, тем более что он мог все передать своей хозяйке. Мало ли какие у него могли быть с ней отношения? Среди любовниц и жен богатых людей было модно заводить связь с охранниками, водителями, садовниками, фитнес-тренерами. А учитывая, что любовник Маши был порядком ее старше, «молодое мясо» вызывало определенный аппетит, которого у нее было в достаточном количестве.
– Хм… Вам повезло… А у меня до работы у Маши вообще был сумасшедший шеф!
«А называет-то он ее весьма фамильярно», – обратила внимание Анна.
– Он заставлял всю охрану и водителей надевать белые носки и трусы. Иногда доходило до маразма – чуть ли не в штаны нам залазил, чтобы проверить. До сих пор не могу понять прикола. Одна из горничных говорила, что он педант до мозга костей. Может, дело было в этом? Кто знает. Это же тоже своего рода болезнь.
– А почему ушли? Уволили из-за синих трусов? – ехидно улыбнулась Анна. Откровенность Вити ее забавляла.
– Если бы… Его женушка глаз на меня положила, вот он и взбеленился. Сам-то уже не в состоянии был пистолет держать, – тут Витя разразился диким хохотом, гордясь своим умозаключением. – А женушка у него была что надо, – продолжал детина. – Ладненькая такая, фигуристая, аппетитная, – дикий смех сменился непристойным хихиканьем, и Анна отвернулась к окну. Витя тем временем продолжал: – Не то чтобы я как-то спровоцировал ее – она сама липнуть стала. Ну а я что? Я же мужик, в конце концов! – Витя поправил зеркало, чтобы лучше видеть произведенный его словами эффект, но его ожидало разочарование: Анна была поглощена созерцанием мелькающих за окном зданий.
Поняв, что его рассказы не возымели должного эффекта, мужчина продолжил напевать себе под нос песенки. Тем временем автомобиль заехал на территорию Рублевки, и Анна обратила внимание на строившийся коттедж. Подъехав ближе, Витя остановился.
 
– Подожди. Я сейчас шланг попрошу у ребят. Кажется, птичку задавил, – с этими словами Витя вышел из машины, а Анна с ужасом рассматривала представшую перед ее взором картину: рядом со строящимся коттеджем жили рабочие-таджики. Практически у дороги. Это был не дом, не хижина, не хибара и даже не палатка. Это было сооружение «из того, что было» – рваные тряпки, бутылки, гнилые доски, листья. Скотный двор по сравнению с их лачугой представлял собой царские хоромы. Ели они из грязной посуды. Девушка разглядела роллтоны, дошираки, макароны и много-много хлеба.
«Я думала, такое может быть только в фильмах, ну, или в странах четвертого мира, которых и на карте-то не найдешь! Разве кто-то заслуживает такой жизни?» – поразилась увиденному Анна.
Пока Витя отмывал свои колеса, из коттеджа вышел мужчина лет пятидесяти. В костюме и с охраной. Завидев непрошеного гостя, он подошел ближе.
– Эй, это еще что такое? Вы кто такой? – мужчина с грозным видом направился в сторону Вити. За ним следовала охрана.
– Простите, я у ребят попросил шланг. На птичку наехал, хочу колесо вымыть.
У Анны было опущено окно, и она все слышала и видела. Мужчина посмотрел на припаркованный у дороги дорогой автомобиль и на Анну, сидящую на заднем сиденье.
– А, понятно… Тогда пожалуйста, – мужчина хотел было уйти, но голос Анны заставил его развернуться.
– Простите! – не выдержав, Анна вышла из машины и направилась к хозяину коттеджа.
– Да? – мужчина удивленно посмотрел на девушку, недоумевая, что ей могло от него понадобиться.
– Эти рабочие строят вам коттедж? – Анна кивнула в сторону таджиков.
– Да, – удивление сменилось недоумением.
– И они живут вот в этом? – Анна кивнула в сторону их псевдодома.
– Не понял… – мужчина начал терять терпение, не подозревая, куда она клонит.
Витя потянул Анну за руку. Анна откинула руку Вити и вновь посмотрела на мужчину. У нее как будто открылось второе дыхание. Усталость как рукой сняло. Она жаждала высказать то, что ее угнетало в данный момент и в данном конкретном случае.
– Там нельзя жить! Никто не заслуживает такого! Они же вам дом строят! Каторжный труд! Скотина комфортнее живет!
– Девушка, это не ваше дело! – мужчина побагровел от ярости, а таджики сгруппировались в кучку и, вытаращив глаза, смотрели на Анну.
– Вы правы! Это не мое дело. Но знаете что? Если бы меня спросили, видела ли я на этой стройке животное, я знаю, что бы ответила! – Анна развернулась и зашагала прочь к машине, оставив ошарашенного хозяина коттеджа с разинутым ртом.
Витя поспешил вслед за девушкой, пока мужчина пытался оправиться от услышанного. Опасаясь мести хозяина коттеджа, Витя дал по газам, и машина практически улетела от дышащего гневом дракона.
– А ты рисковала! – недовольно буркнул Витя, когда машина скрылась из поля зрения хозяина коттеджа.
Анна промолчала. У нее не было ни сил, ни желания оправдываться за свой выпад. Первый раз в жизни она так прямо и с таким жаром встала на сторону справедливости. Возможно, это была усталость, смешанная с возмущением последних месяцев, а возможно, это было началом ее бунта, способного превратиться в восстание и увлечь за собой массы, чтобы наконец добиться отмены «крепостного права» современности.
  
XII
 
Привычная работа у Вадимовых была для Анны более комфортна, если это слово вообще применимо к ситуации стаффовского подчинения. Однако знакомый уклад был, безусловно, более понятным и четким, чем сюсюканье с избалованной и инфантильной куклой Машей.
– Как хорошо, когда хозяев нет дома! Аж дышать легче! – радостно щебетала Ксения, протирая окна с внешней стороны дома вместе с Анной. – Кот из дома – мыши в пляс!