Дверь в Иной мир (сборник)

— Гор Хан! Наджус Hyp! — воскликнул я, в то время как энергетическая «стрела», вылетев из гущи кубов, промелькнула всего в нескольких дюймах от нашего крейсера. Я не сдержал вопля ярости, увидев, что сверху на нас обрушился град энергетических разрядов. Когда пилоты закончили маневры уклонения, я заметил, насколько сильно поредел наш строй. Большую часть судов Межзвездного Патруля оттеснили к входу во внутреннюю сферу «комы». С нами же осталась лишь дюжина крейсеров, которые отчаянно отбивались от наседающего противника. Корабль Джарта Тула сражался бок о бок с нами. Потом, когда осталось всего пять крейсеров, противники сосредоточили весь огонь на нас. Сквозь грохот битвы я услышал вырывающийся из динамика голос Джарта Тула:
— Надо уходить отсюда! Кхел Кен, уводи свой корабль, пока мы еще удерживаем туннель. Оставшиеся крейсеры прикроют ваш отход.
Несмотря на жажду битвы, я понял, что он прав, и единственный способ спастись, чтобы потом нанести ответный удар, — это бежать из недр кометы.
— Разворачиваемся, немедленно уходим! — приказал я.
Тут же пять сопровождавших наш корабль крейсеров
рванулись вперед, разбрасывая во все стороны черные лучи, которые, хоть и уничтожили десяток вражеских кораблей, не смогли остановить всей армады кубов. В первый момент они казались парализованными внезапной атакой остатков нашего флота, а потом набросились на нас с удвоенной силой. Флагманский крейсер, не теряя времени, метнулся к внутренней оболочке «комы». Кольцо вращающихся миров осталось позади, но…
Но что это? Рой крошечных сверкающих кубов рванулся нам наперерез, блокируя выход из «комы». Сгрудившись, они перекрыли туннель, неподвижно зависнув в эфире, не давая нам сбежать. Сотни кубов преграждали нам путь, а сзади надвигалась армада из нескольких тысяч.
— Они отрезали пути отступления! — с гневом сжал кулаки я. — Выход перекрыт, и теперь мы в ловушке!
Глава 3
В следующее мгновение наши корабли тоже замедлили движение, а потом повисли напротив выхода из внутренней сферы «комы». Впереди ждала смерть, позади — тоже, хотя, с тех пор, как достигли кометы, мы уже несколько раз были на волосок от нее. Сотни кораблей преграждали нам путь к спасению, тысячи надвигались сзади, и похоже было, что челюсти смерти вот-вот сомкнутся на нашем горле. На мгновение я ощутил, что нахожусь в полной растерянности. Но вдруг мой взгляд скользнул назад, к кольцу черных миров, мимо которых мы пролетели, даже не взглянув. Искорка надежды вспыхнула в сердце. Я повернулся к селектору связи.
— Давайте к этим планетам! Есть шанс, что мы сможем сесть на одну из них и затеряться хотя бы на время. Потом, когда они снимут охрану, попробуем выскользнуть.
Пять крейсеров — все, что осталось от тысячи судов Межзвездного Патруля, — совершив неожиданный для противника маневр, устремились к выстроившимся в круг черным планетам. Когда мы приблизились к одной из них, я разглядел все те же города, шахты, механизмы. Но города не занимали всю поверхность, как у центрального мира. Большую часть планеты покрывали горы и бесплодные темные долины. Мы направились в одну такую долину, залитую необычным белым светом, который, казалось, не имел определенного источника. На ее краю обнаружился разлом, и мы дружно нырнули туда. Кубы двинулись было за нами, но затем вернулись и остались кружить на орбите, словно пытаясь понять: куда это мы подевались?
Теперь наша жизнь всецело зависела от того, найдем мы укрытие в глубине пропасти или нет. В первый момент мне показалось, что все безнадежно. В белом мерцающем свете это место выглядело очень зловеще. Здесь не было ничего, кроме узких каменных полок, на которые наши корабли не смогли бы сесть, и грубых, острых, зазубренных скал. А потом я заметил длинную горизонтальную трещину в одной из стен — природную пещеру, достаточно большую, чтобы в ней могли поместиться все наши корабли. Когда мы подлетели ближе, я решил, что она даже просторнее, чем мне сначала показалось.
— Вон туда, в ту трещину! — приказал я.
 
Тотчас же крейсер Джарта Тула полетел в нужную сторону, скользнул между зазубренными краями, напоминавшими пасть гигантского хищника, и скрылся в пещере. Другой крейсер последовал за ним, а потом, один за другим, и все остальные. Множество кораблей противника тем временем скользили над планетой, высматривая нас. Но ни один из них почему-то не догадался направиться к пропасти. Наши корабли неподвижно зависли в воздухе.
Чтобы их не заметили, я приказал сесть, а затем выключить генераторы и все огни. Люки с шипением открылись; это означало, что давление снаружи чуть больше, чем внутри.
Я поспешно вышел наружу и сразу столкнулся с капитанами остальных крейсеров. Все вместе мы подошли к краю трещины, а потом, присев на корточки и укрывшись за зазубренными скалами, стали наблюдать за кораблями противника, которые как раз спустились в ущелье. Какое-то время они висели прямо напротив трещины, потом, несколько раз выстрелив вниз, в белесую тьму, двинулись вдоль ущелья и вскоре исчезли из поля зрения. Только мы вздохнули свободно, как они снова появились и, повисев еще некоторое время в воздухе, опустились на полку на полсотни футов ниже нас.
Мы напряженно наблюдали за происходящим. Отсюда можно было ясно различить, что на кубах открылись двери и появились существа, обитавшие на этих странных планетах внутри кометы. При виде них даже я не смог подавить вздох удивления. Это были… жидкие существа. Их тела больше всего напоминали лужи густой черной жидкости, в каждой плавали два круглых белых блюдца-глаза. Мы видели, как они вытекли из своих кубических кораблей, озираясь, видимо, высматривая нас. Некоторые держали в руках какие-то странные предметы — то ли приборы, то ли оружие. Затем странные существа поступили самым невероятным образом: они словно слились вместе в единый черный бассейн, мгновение оставались в таком состоянии, после чего снова разделились и растеклись по кубам.
— Побеседовали! — предположил находившийся рядом со мной Джарт Тул. — Скорее всего, это их способ общения и обмена информацией.
Я решил, что пилот-амфибия скорее всего прав, и непроизвольно вздрогнул, вспомнив картину, свидетелями которой мы только что были. Люки кубов закрылись, и они стали один за другим подниматься вверх, покидая ущелье. Неожиданно один завис, а потом двинулся в нашу сторону. Мы без всякой команды разом отпрянули назад и затаились, стараясь даже не дышать. Но, провисев несколько секунд на одном месте, куб отправился следом за своими товарищами. Я тут же повернулся к стоявшему рядом Джарту Тулу.
— Единственный наш шанс — это как можно быстрее выбраться из кометы и дождаться прибытия флота из пяти тысяч патрульных крейсеров. Но мы не можем оставить в плену экипажи Гора Хана и Наджуса Нура.
Огромная амфибия задумчиво покачала головой.
— Мы могли бы вернуться к центральной планете и поискать их, — рассудительно заметил он. — Но при свете мы не сможем оставаться незамеченными.
— Ты хочешь сказать, что надо подождать, пока они не выключат свет и внутри кометы не наступит ночь? — поинтересовался я.
— Так было бы правильнее, — ответил Джарт Тул. — Судя по всему, кометчики используют электрическую энергию «комы», чтобы производить этот свет, ее же они используют и в своем оружии. Но в любом случае они должны «отключать» свет, чтобы разделить активный и пассивный жизненные периоды.
— Если так, то мы в самом деле сможем вернуться и попытаться выручить наших друзей, — констатировал я, и лейтенант кивнул.
— В любом случае нам лучше выждать подольше, чтобы жидкие перестали искать нас в этом районе, иначе попадем прямо к ним в руки.
Несмотря на все свое нетерпение, я понимал мудрость предложения Джарта Тула и старался сохранять спокойствие. Час проходил за часом, а мы все еще находились в пещере у стены пропасти. Встав у края разлома, мы видели узкую багровую полоску неба — поверхность «комы». Время от времени ее пересекали группы кубов, все еще ищущие нас. Я продолжал думать о попавших в плен и о сложном положении, в котором мы оказались. Времени на то, чтобы развернуть комету, оставалось все меньше и меньше. Если нам не удастся выбраться из сферы «комы» и вовремя предупредить остальной флот, мы не сможем повернуть комету, последствия чего будут более чем катастрофическими… Но я не мог сбежать, не узнав о судьбе пленных друзей.