Ярче, чем солнце
Он вошел к ней в палату еще до того, как туда принесли ребенка. Она была бледна, но ее волосы разметались по белой подушке живой сияющей волной, а в глазах появился особый, привлекательный, но незнакомый Дилану свет.
— Ты приехал! — прошептала Нелл. — Как… как ты изменился!
Он выглядел значительно лучше. Можно было надеяться, что после повторной поездки во Францию его лицо станет почти таким, каким было прежде.
— Я хотел сделать тебе сюрприз. А ты сделала сюрприз мне!
Нелл невольно сжалась.
— Это мальчик.
— Это — ребенок, — твердо произнес он. — Наш ребенок.
На ее глазах появились слезы, а на губах — улыбка.
— Какой он?
— Красивый. А главное — здоровый. Скоро тебе его принесут. Кстати, меня спросили об имени.
— Я не знаю. Я надеялась, что родится девочка.
— Я подумал, может быть, Ред?
— Он рыжий?!
— Нет. Но его мама — да.
— Хорошо. Тогда пусть будет Ред. Аннели знает?
— Я сообщу ей, как только окажусь дома.
— Ты прямо с поезда?
— Да. Как ты себя чувствуешь?
— Со мной все хорошо.
Дилан наклонился и поцеловал Нелл в губы: с привычной нежностью и все же не так, как прежде, когда он боялся, что, быть может, ей неприятны его прикосновения.
— Я люблю тебя, — сказал он и добавил: — Прости, я не мог произнести этого раньше. Из-за моего лица. Я думал, эти слова привяжут нас друг к другу крепче… чем надо.
Глаза Нелл затуманились слезами.
— Я их ждала! И я… тоже не могла сказать тебе этого.
Она не стала уточнять, почему, но он понял: Нелл терзалась тем, что беременна от другого.
— Теперь можешь?
— Да. Я люблю тебя, Дилан! Полюбила… не знаю, с каких пор, но это случилось. Не внезапно, нет, не так, как влюбляешься впервые, но… по-настоящему и, надеюсь, навсегда!
Он погладил ее по руке.
— Я знаю. И верю. Тебе не надо волноваться. Завтра я приду к тебе вместе с Аннели.
Когда Дилан ушел, а ей принесли ее сына, Нелл сразу увидела: Кермит. Его зеленые пронзительные глаза и черные волосы, овал лица, даже линия подбородка! Она поразилась тому, как черты взрослого человека могут отражаться в ребенке.
У Дилана светлые волосы, а она — рыжая. Этот мальчик не похож ни на одного из них. Рано или поздно кто-нибудь непременно заметит и произнесет это вслух. А еще найдутся люди, которые припомнят, что она встречалась с Кермитом. Как избежать слухов и сплетен? Многие без того завидуют ей, что она, простая бедная девушка, подцепила богатого мужа. Крепко прижав к себе ребенка, Нелл мучительно размышляла о том, как сделать так, чтобы ничто не угрожало ее счастью.
Родить Дилану его сына? Но сможет ли он тогда любить Реда? Дилан был понимающим и терпеливым, но у сердца свои законы, и оно не подчиняется приказам. Над ним не властны ни разум, ни долг.
Улучив минуту, Нелл спросила врача:
— Я смогу еще рожать? Мы с мужем мечтаем иметь большую семью.
(На самом деле они никогда не обсуждали этого.)
— Конечно, сможете, миссис Макдафф. Но лучше не раньше, чем через три года.
Неделю спустя она вернулась домой. Дилан сразу сказал, что для ребенка нужно взять няню, чтобы Нелл имела возможность отдыхать.
— Если хочешь, пригласи кого-нибудь из своих подруг, — предложил он, но Нелл не собиралась и близко подпускать к Реду тех, кто знал о ней и Кермите.
Сиена, похоже, ни о чем не догадывалась, хотя вполне могла и уловить сходство ребенка с бывшим возлюбленным Нелл, и подсчитать сроки. А возможно, догадывалась, но молчала. Она неплохо устроилась в этом доме и не собиралась рисковать местом.
Аннели — юная тетя — была в восторге от Реда. Она знала правду, но не собиралась открывать ее ни одной живой душе. Она обожала Дилана, с которым они стали настоящими друзьями, и ей никогда не нравился Кермит. Девочка полагала, что было бы куда лучше, если б последний никогда не появлялся в жизни ее старшей сестры.
Глава семнадцатая
В тесном номере маленького отеля Миранда поспешно избавлялась от фальшивого живота. Ей до смерти надоела эта комедия, она не чаяла покончить с притворством и наконец вздохнуть свободно. Сейчас она приехала в Торонто, чтобы забрать ребенка из приюта.
Думая о предстоящем событии, Миранда не испытывала никаких чувств. Все это имело чисто практическое значение. Любой брак — это компромисс, своего рода сделка, и она выполняла ее условия.
Она была не из тех, кто станет плакать о том, чего никогда не сможет иметь. Она постарается это получить.
За эти долгие, почти бесконечные месяцы Миранда убедилась, что поступает правильно. В своих посланиях Кермит постоянно писал о ребенке. Казалось, он продумал его жизнь на годы вперед. И это был сын, всегда только сын.
Последнее раздражало Миранду. Ведь если бы она и впрямь была беременна, у нее вполне могла родиться дочь!
Она вошла в здание приюта — скромно и вместе с тем со вкусом одетая молодая женщина с напудренным лицом, тщательно накрашенными алыми губами, выщипанными в тонкие дуги бровями и неброско, но выразительно подведенными глазами. Водопад волос, некогда скрывавший плечи, сменила модная стрижка. Под мышкой был зажат замшевый ридикюль.
Миранда проследовала по коридору, разглядывая то рельефный орнамент на потолке, то паркетный пол, в котором не хватало брусков. Если она и волновалась, то только о том, как добраться с ребенком до Галифакса.
Вот и кабинет мисс Роу, с которой она общалась последние месяцы. Ей не нравилась эта женщина с крючковатым носом, пристальным взглядом бесцветных глаз и твердо сжатыми губами, но Миранда была вынуждена любезничать с ней.
— Здравствуйте, миссис Далтон. Вижу, вы прибыли вовремя. Малыша сейчас принесут.
Почему-то Миранда думала, что детей будет много и ей позволят выбирать, как на рынке.
— Когда будут готовы бумаги? Я хочу поскорее вернуться в Галифакс, — немного нервно отозвалась она.
— Мы все сделаем быстро. Вы успеете уехать дневным поездом.
Вошла сестра в белом высоком чепце — она держала на руках ребенка.
Пытаясь разглядеть новорожденного, Миранда невольно вытянула шею.
— Мы выполнили все ваши условия, миссис Далтон, все, кроме одного, — сухо произнесла мисс Роу. — Это девочка.
Девочка! Слово прозвучало, словно гром среди ясного неба. Кермит не допускал и мысли о девочке!
Миранда отпрянула, и на ее безупречном лице появилось жесткое выражение.
— Но почему? Мы договаривались о мальчике! Мой муж хочет сына и только сына!
— Так получилось. Три пары, которые стояли в очереди перед вами, забрали трех младенцев мужского пола. Другие мальчики, оставшиеся в приюте, значительно старше того возраста, какой вас интересует. Потому мы предлагаем вам взять девочку.
— Вы отдали детей другим людям, потому что те смогли больше заплатить! — взвилась Миранда.
Глаза мисс Роу сузились, превратившись в две узкие щелки.
— Послушайте! Дети не товар, равно как не существует детей первого и второго сорта. И они не появляются на свет по заказу. Или вы забираете этого ребенка, или вам придется подождать.
— Как долго?
— Поскольку вы оказываетесь в конце списка, то, полагаю, несколько месяцев.
Миранда была сражена. Девять месяцев обмана, притворства на пределе сил — и все напрасно! Ей казалось, что тут имеет место борьба двух воль, в которой мисс Роу без сомнения выйдет победительницей. Эта ханжа и старая дева ненавидела ее, молодую, красивую, ухоженную, имеющую мужа, и решила отомстить любым доступным способом.
— Кто родители ребенка?
— Они были вполне благополучными людьми, но, к несчастью, погибли в автокатастрофе. Малышка родилась в рубашке: ее выбросило из машины, и она уцелела. Близких родственников не нашлось, и девочка попала в приют. Она родилась всего неделю назад — как раз то, что вам нужно.
— У нее есть имя?
— По документам она Мойра, но вы можете назвать ее, как захотите, это ваше право.