То время с тобой (СИ)
— Роуз, сегодня в зале будешь допоздна? — интересуется папа.
— Думаю, до девяти, если Сорайя разрешит, — предполагаю я.
— Заберу тебя, как раз буду ехать с работы.
Отец целует меня в щёку, и я выбираюсь из машины. Хватаю рюкзак с заднего сиденья и закрываю дверь. Машу ему рукой на прощание и уныло плетусь в школу.
Сегодня мой нелюбимый день — пятница. В расписании ненавистная математика и физика, по которой стопроцентно будет очередной каверзный тест. Как ни крути, у меня совершенно не математический склад ума, и потому так сложно барахтаться во всех этих формулах и замороченных задачках.
Подхожу к школе и замечаю, что студентов на парковке практически нет. Все они шумят в центральном дворе: наверняка кто-то опять выясняет отношения между собой. Слишком уж оживлённо для такого раннего часа.
Захожу в холл, оставляю куртку в шкафчике, беру книги и поднимаюсь на второй этаж. Проходящие мимо девчонки из параллели глупо хихикают, глядя на меня.
За поворотом встречаю Теда и его друзей-футболистов. Они замечают меня и резко замолкают со странными улыбками на лицах. Тед и вовсе не здоровается, опуская глаза в пол. Что ещё за новости? Может со мной что-то не в порядке?
Подхожу к зеркалу и на всякий случай внимательно осматриваю себя с ног до головы. Юбку надела, волосы в порядке, лицо чистое.
Слышу смех за спиной, и вижу толпу девиц во главе с Брендой. Они спешат по коридору, ведущему к стеклянному переходу. Оттуда собственно и доносится весь шум гам. Саманта равнодушно скользит по мне недовольным взглядом и скрывается за углом. С дурным предчувствием я тоже направляюсь туда.
Натыкаюсь на Фостер прямо перед поворотом.
— Роуз? — она останавливается и смотрит на меня так, словно знает то, чего не знаю я.
— Привет, — недовольно здороваюсь я. — Может хоть ты объяснишь почему все так пялятся на меня?
— Лучше сама глянь, — Тэми тянет меня в сторону перехода, соединяющего корпуса школы.
Там всюду студенты, и потому пролезть к окну через толпу собравшихся оказывается довольно непросто.
Какого…
Я подхожу к стеклу и не верю своим глазам. Прямо передо мной внизу на асфальте, огромными графичными буквами написано:
«Детка, ты нужна мне»
Смотрю, читаю, снова смотрю. Точно такую же фразу писал мне один человек накануне, но я склоняюсь к тому, что это всего лишь совпадение.
Слышу, как шепотком проносится фраза «Это Лерой». С чего они взяли…
— Футболисты видели его здесь утром, — рассеивает мои сомнения Дженна, оказавшаяся рядом. — Онил, боюсь, уже вся школа только об этом и трещит.
Звенит звонок, и первая партия школьников нехотя отправляется по кабинетам. Остальные его игнорируют и продолжают возбуждённо шептаться у окна.
— Онил, — раздаётся голос миссис Четтер, нашей директрисы. — Вы имеете отношение к этому? Если да, то мне придётся сообщить вашей матери о нанесении материального ущерба…
— Стоп, стоп, — невозмутимо останавливает её гневную тираду моя подруга. — С чего вы решили, что эта фраза связана с Роуз? Вы видите там фамилию Онил или можете привести какие-то иные факты, подтверждающие её отношение к этому… признанию.
Миссис Четтер молча хлопает глазами за пуленепробиваемыми стёклами своих стареньких очков.
— Студенты нашей школы говорят, что…
— Нет, нет. Как можно верить кому-то на слово? Это же чистой воды клевета и надувательство! — громко возмущается Дженна. — И между прочим, сейчас мы опаздываем на физику, что может крайне негативно сказаться на отметках за промежуточный тест, а это повлечёт за собой…
— Ладно, Смит, достаточно, — отмахивается от неё директор. — Ступайте в класс. Камеры дадут исчерпывающие ответы на все вопросы.
Дженна тащит меня по коридору, и мы спешим добраться до аудитории. Быстро заходим в кабинет, и к счастью, мистера Осопа там ещё нет. Зато оба класса практически в сборе, и только ленивый не сворачивает шею. Они перешёптываются, подмигивают и недовольно поглядывают на меня. Ну, спасибо, Картер! Я прямо мечтала оказаться в эпицентре всего этого!
— Онил, это правда Лерой? — подаёт удивлённый голос Бетти, откусывая длинный бутерброд.
Эта девчонка постоянно что-то ест. Всегда и везде, до занятий, на занятиях и после.
— Она не знает, видели, как удивилась? — отвечает вместо меня Роберт Паркс.
— Так романтично, — пищит Лена Иден.
— С чего бы Картеру оставлять подобное для Онил! — громко возмущается Бренда недовольным тоном.
— Сиди и завидуй молча, — осаживает её Смит и хохочет. — В мужском туалете итак все стены исписаны в твою честь. Переживёшь…
— Заткнись, — ворчит Адамс и заливается краской. Все прекрасно понимают какого характера эти надписи.
В этот момент в классе появляется учитель, и следующие сорок минут все парни и девушки заняты тестом по физике, что не может меня не радовать.
*********Я не знаю, чем именно писал Картер, но запросто смыть надпись на асфальте работникам школы так пока и не удалось… К тому же две камеры, на которые так рассчитывала администрация, оказались временно выведенными из строя. Исайя с гордостью проболтался мне, что без его помощи не обошлось.
Как бы там ни было, но между мной и Картером ничего не изменилось. После своей выходки он не объявляется: не звонит и не пишет целую неделю. Что до меня, то и я не собираюсь с благодарностями вешаться ему на шею.
Конечно солгу, если скажу, что это послание не вызвало у меня положительных эмоций. В какой-то степени мне это льстит, как польстило бы любой другой девчонке, окажись она на моём месте. А судя по недовольным взглядам — желающих хоть отбавляй…
Дома всё тихо и спокойно. Мама уехала в Окленд по работе, и мы с отцом проводим наши вечера, играя в настольные игры и просматривая любимые старые фильмы. И только сейчас я понимаю, как мне не хватало этих посиделок, когда я жила во Флориде.
— Это бесподобно, — хвалит меня папа.
Мы сидим на кухне, и я угощаю его пастой с креветками. Судя по тому, какой он довольный, получилось у меня и правда неплохо.
— А сама?
— Нет, уже поздно, пап, — отказываюсь я. Ставлю на стол вторую порцию для него, а себе делаю свежевыжатый сок.
Мы болтаем о том, как прошёл его день, как раз в тот момент, когда по видеосвязи звонит Лоретта. Надо отдать должное её подруге Грете. Эта продвинутая женщина научила бабушку всему тому, отчего она раньше упорно отмахивалась.
Раздаётся дверной звонок, и папа говорит, что сам посмотрит, кого принесло к нам в столь поздний час. Я ставлю тарелки в посудомоечную машину и попутно спрашиваю Лоретту о здоровье.
— Роуз, — зовёт меня отец, — к тебе пришёл сын Грейс Брукс.
Рид? Я крайне удивлена и потому поспешно прощаюсь с бабушкой. Надеюсь, ничего серьезного не произошло.
Хватаю джинсовую куртку и выхожу на улицу. Рид сидит на корточках у своей машины, должно быть осматривает колесо.
— Привет, — я спускаюсь по лестнице и останавливаюсь на последней ступеньке.
Парень встаёт, подходит ко мне и засовывает руки в карманы. Честно говоря, общаться один на один со сводным братом Дженны мне ещё никогда не приходилось.
— Добрый вечер, Роуз, — здоровается он. И почему-то я сразу начинаю нервничать.
— Что-то случилось? — осторожно интересуюсь я.
Брюнет тяжело вздыхает и озадаченно смотрит на соседский двор. Я растерянно разглядываю его, пытаясь предположить насколько всё плохо.
— Мне надо с тобой поговорить, — серьёзно говорит Рид и задумчиво чешет затылок, словно сам не знает с чего начать.
— Хорошо, — я киваю и сажусь на ступеньки.
— Сегодня мне позвонила Джулианна. Картер не появляется дома и не отвечает на её звонки…
— К сожалению, я не знаю, где он, Рид, — перебиваю я, глядя на дорогу. — Ты тратишь время впустую, уже почти месяц мы не общаемся.
— В том-то и дело, Роуз, — он пинает гравий носком своих белоснежных кроссовок, — я знаю, где он.