То время с тобой (СИ)

— Да.
— Что ты решил насчёт предложения Марвина Дешота?
— Исайя как всегда не умеет держать язык за зубами, — тут же злится Картер, в то время как я пальчиком проделываю путь от его груди к прессу. Мышцы живота напрягаются, и я касаюсь их губами.
— Роуз, — он так смотрит на меня… Я чувствую себя невероятно сексуальной.
— Ну так что?
Картер хмурится, и мне не нравится его реакция. Сажусь, оборачивая вокруг себя простыню.
— Не говори мне, что ты собираешься отказаться!
— Роуз, нам надо решить, что мы будем делать дальше, — он гладит мои ноги, а я напрягаюсь: озвучил то, что я боялась услышать. — Об этом я и хотел с тобой поговорить.
— И что же дальше? — смотрю на него в полутьме.
— Скажи, ты хочешь быть со мной?
— Хочу, но…
— Всегда есть это «но», да? — он снова раздражается.
— Не знаю, что нам делать…
— Я приехал за тобой. Возвращайся в Блу Бэй, Роуз.
— Картер, — я растерянно качаю головой, — я не могу! У меня чемпионат страны в феврале, а ты предлагаешь мне всё бросить…
Он одевает шорты и идёт к окну.
— Чемпионат, сборная, олимпиада, что ещё, Роуз? Так будет до бесконечности? — гневно интересуется он.
— Когда мы начинали встречаться, ты прекрасно знал, что гимнастика много значит для меня. Я так долго к этому шла, Картер, — как можно мягче объясняю я, надеясь, что он поймёт.
— Ладно, — затягивается и выпускает дым.
— И что означает это твоё «ладно»?
— Значит я останусь в Джэксонвилле.
— И как ты себе это представляешь?
— Будем жить здесь, работу найду.
— Жить вместе? — ошарашено переспрашиваю я.
— Естественно, Роуз. В общежитие ты не вернёшься.
Я даже не знаю, что на это ответить.
— Что скажешь? — поворачивается ко мне. — Не молчи, Роуз.
— Не знаю, готова ли я пойти на такой шаг, — честно признаюсь, потому что не вижу смысла обманывать. — Погоди, а как же предложение Дешота? Откажешься и не поедешь в Лос Анджелес?
— Не поеду, — спокойно отвечает он.
Я смотрю на него. Он шутит что ли?
— Как можно отказываться от агента, который готов дать тебе то, о чём ты мечтал? — искренне не понимаю я.
— Есть ведь и другие мечты, Роуз.
— Да ты же не понимаешь! — я вскакиваю с кровати и подхожу к нему. — Лерой, что ты будешь делать в Джэксонвилле? Думаешь, тренера ждут тебя с распростёртыми объятиями? Или может ты решил, что сможешь работать по профессии: барменом, официантом или поваром?
— И что в этом такого? — недовольно интересуется он.
— Долго ты проработал официантом? — напоминаю я ему. — У тебя не тот характер, всё закончится как всегда.
— Есть и другая работа, Роуз. Гайки пойду крутить в авторемонт. Да что угодно, если ты будешь со мной.
— Эйфория закончится быстро, и в итоге, ты просто начнёшь меня ненавидеть. Картер, прошу не дури, — слёзы застилают глаза. — Ты же отличный боксёр.
Он напряжённо молчит.
— Хочу, чтобы ты согласился и поехал в Лос Анджелес. Такой шанс выпадает лишь однажды. Тебя заметили, воспользуйся этим!
— Тогда поехали со мной Роуз, — он берёт меня за руку и смотрит так, что сердце кровью обливается. — Выходи за меня. Клянусь, ты об этом никогда не пожалеешь.
Я едва дышу и не могу поверить в то, что он только что произнёс.
— Картер, сперва ты предложил мне жить с тобой, а теперь и вовсе заговорил о браке? — мой голос дрожит от волнения.
— Почему нет? — удивляется он.
— Мне сегодня исполнилось восемнадцать, — я в смятении пожимаю плечами. — Да какая из меня жена?
Как по мне, это даже звучит нелепо.
— Это ты так объясняешь своё нет? — он снова злится. Выбрасывает окурок и наклоняется ко мне. — Хорошо, а как ТЫ видишь наше будущее?
Этим вопросом он застаёт меня врасплох.
— Я… — теряюсь от его внимательного взгляда.
— Говоришь, что хочешь быть со мной, но насколько я понимаю, ни один из вариантов тебя не устраивает…
— Картер. Я не хочу, чтобы ты оставался здесь. Нельзя вот так прыгать в омут с головой. Ты не можешь бросить колледж и подвести своего тренера.
— И что тогда? Что ты предлагаешь?
— Мы могли бы видеться по возможности, — неуверенно произношу я.
 
— Видеться по возможности? — он хохочет. — Что ты несёшь, мы ведь реально далеко друг от друга!
— Ты не должен оставаться здесь!
— Тогда поехали со мной! — настойчиво просит он. — Ты ведь сама говорила, что хочешь вернуться в Блу Бэй.
Я молчу, и это его бесит.
— У меня начинает складываться ощущение, что ты в принципе не настроена что-либо менять.
— Мне надо подумать. Пожалуйста, не дави на меня! — я тоже не могу сдержать раздражение. — Есть ведь и другие обстоятельства. Моя мама заболела, и я не готова сейчас…
— Снова мама! — он перебивает меня и я вижу, что ему с трудом удаётся держать себя в руках. На пол летит ваза, и с треском разлетается на мелкие осколки. Я вздрагиваю, а Картер начинает куда-то собираться.
— Картер, — я пытаюсь его остановить, но он убирает мои руки от себя. — Куда ты уходишь?
Он обувается, уже одетый в джинсы и джемпер.
— Поехали, отвезу тебя.
Я киваю и начинаю искать свои вещи.
Спустя пятнадцать минут, мы стоим у общежития. Сейчас три часа ночи, и потому на улице так тихо.
— Как ты зайдёшь туда? — недовольно смотрит на окна.
— Пожарная лестница.
Закатывает глаза.
— Картер, — я прижимаюсь к его плечу, но он не спешит меня обнять.
— Во сколько ты завтра освободишься?
— В семь, — сдерживая подступившие слёзы, тихо отвечаю я.
— Завтра в семь ты должна будешь дать ответ, — произносит он серьёзно, и я поднимаю на него взгляд. — Роуз, в третий раз я сюда не поеду.
Мы долго смотрим друг другу в глаза, и оба понимаем, что завтра всё решится.
Я киваю и направляюсь к общежитию…
  
Глава 56
 
Роуз
Лучше бы мы встретились утром. Я как на иголках и места себе не нахожу. После бессонной ночи встаю и тихонько собираюсь в колледж. Незаметно ускользаю из комнаты: не готова сейчас слышать вопросы девчонок.
В холле неожиданно натыкаюсь на тренера. Он предлагает пройтись и провожает меня до остановки. Видел вчера во сколько я вернулась. И с кем, тоже не укрылось от его внимания. Бернс не кричит, не возмущается и в целом ведёт себя довольно непривычно. Тренер предупреждает: если я выиграю чемпионат, придётся поменять тренировочную базу и отправиться в Вашингтон. Сказал, что рассчитывает на меня и считает одной из лучших его учениц. Впервые слышу от него похвалу за те три года, что мы знакомы.
И конечно, будто невзначай, он рассказывает про одну из его спортсменок. Если кратко: историю об упущенных возможностях. В принципе, понятно к чему ведёт, но я всё равно вежливо слушаю и молчу. Если Бернс думает, что я бестолковая наивная дурочка, то ошибается: розовых очков в качестве аксессуара я не имела никогда.
Сажусь в автобус, находясь в какой-то прострации. Вставляю наушники, и шумный фон большого города тут же тонет в звуках музыки. Я прижимаюсь лбом к холодному стеклу и пропускаю свою остановку. Еду до конечной и выхожу под хмурый взгляд водителя.
Сегодня холодно. Серое небо снова затянуто тучами. Иду к реке, что находится неподалёку. Сажусь на скамейку и кутаюсь в тонкую куртку. Рассеянный взгляд скользит по водной глади. В моей душе сейчас полный раздрай, и я не знаю, что с этим делать.
В какой-то момент мой телефон начинает разрываться от входящих звонков: мама, Джулианна, Кэтрин (мать Картера). Я слушаю всех по очереди и пытаюсь представить, что всё это происходит с кем-то другим, а не со мной.
 
Элис кричит. Она знает, что Картер в Джэксонвилле. Видела из окна, как он бросает сумку в багажник и обнимает на прощание мать и сестру.
Мама плачет, бьётся в истерике. Я прошу её успокоиться, ведь на завтра назначена операция, но она не желает меня слушать и начинает снова угрожать. Просит одуматься, твердит, что не ляжет на операционный стол до тех пор, пока не будет уверена в том, что я не наделаю глупостей.