Красавица без сердца (СИ)
— Вы не понимаете, — выпятил грудь Антон, и стал похож на самовлюбленного павлина. — Для мужчины секс — это ерунда. Это вы там себе чего-то придумываете, фантазируете. А у нас все просто. Чтобы спать, не обязательно любить.
Я устало опустилась в кресло, снова посмотрев на часы. Так, прошло уже десять минут, значит, в запасе у меня еще минут пятнадцать.
— Альбину убили, — без предисловий сказала я. Антон побелел, как призрак и выпучил глаза. — И ты — главный подозреваемый.
— Что? Да я… Я никогда бы! Зачем мне ее убивать?
Я пожала плечами.
— Вариантов много. Она хотела тебя бросить, или ты ее, вы поругались, подрались… Или ты ее шантажировал, или она узнала о твоей связи с Радочкой… Кстати, твои женщины знали, что они не единственные?
Антон покраснел.
— Нет. Никто друг о друге не знал.
— Прелестно, — кивнула я, нервно качая ногой. Черт, что же с ним делать? Антон тем временем в панике метался по гостиной и грыз ногти, иногда бросая на меня страдальческие взгляды и бормоча:
— Я бы пальцем ее не тронул! Мне это зачем? У нас нормальные отношения были. Договоренность. Никаких претензий… Стойте!
Он всполошился и более уверенно посмотрел на меня.
— Когда Альбину убили? Вы знаете?
— Знаю, — я назвала ему время и день. Антон просиял, как начищенная монетка.
— Так это… Получается, я тогда же на работе был. Друг попросил его подменить.
— Кем друг трудится? — поинтересовалась я.
Работа и Антон? Что-то новенькое. Но в следующую секунду я поняла, что удивляться не стоило, потому что Антон горделиво сообщил:
— Он в стрип-баре работает барменом. Они с часу дня открыты, — пояснил Антон. — Там и камеры есть. Можете проверить.
— Обязательно.
Я поднялась и задумчиво сообщила:
— Вот как мы сделаем. Я запру тебя здесь. Выбраться через соседей ты не сможешь, замок тоже не взломаешь. Будешь сидеть и ждать моего возвращения.
— А вы куда?
— Куда надо, — обрубила я его. — Короче, сиди здесь, посмотри телевизор, в холодильнике есть еда. Я вернусь, и мы решим, что делать дальше. Заодно и алиби твое проверим.
Антон начал активно возражать, но я нахмурилась и спросила:
— Тебе ведь все равно идти некуда? Или мне Ивану Поликарповичу позвонить?
Парень заметно приуныл и покорно сел на диван.
— И обувь сними, — велела я, выходя из гостиной. — И полы протри, наследил здесь!
Быстренько приняв душ, я нацепила первое попавшееся платье, туфли, сбрызнулась духами и закрутила волосы в пучок. На большее времени не оставалось. Строго-настрого приказав Антону вести себя тихо, я выскользнула в подъезд.
Клим, прислонившийся к стене, при виде меня улыбнулся.
— Ты потрясающе выглядишь.
— Не надо врать, — поморщилась я, поскольку прекрасно знала, что синяки под глазами и усталый вид отнюдь не украшает женщину. Но немножечко зарделась от смущения. — Идем уже, дед скоро начнет звонить.
— Конечно.
Клим церемонно подал мне руку, ведя к лифту. Я засеменила рядом, поскольку передвигаться быстрее на этих убийственных каблуках было невозможно, и, оказавшись в машине, с облегчением выдохнула.
В доме у деда горели все окна, а возле дверей нас торжественно встречала Людмила. Я торопливо приобняла ее, представив их с Климом друг другу, и вошла внутрь. Дед ждал в гостиной, сидя во главе стола. С правой стороны скромно сидела Катька, рядом с ней — Андрей в невероятно желтой рубашке и синем галстуке. Оба выглядели печальными, и подавленно смотрели на стол, заставленный яствами.
— Лиза, — дед поднялся, раскинув руки в разные стороны. — Опаздываешь.
— Пробки, — солгала я, обнимая его, и отошла в сторону. — Дедуль, вот, познакомься. Клим. А это — мой дедушка, Семен Яковлевич.
— Добрый вечер, — улыбнулся Клим, протягивая ладонь для рукопожатия.
Дед растерянно протянул свою руку и, оглянувшись на меня, спросил:
— А где Николай?
Я уселась за стол напротив Катьки, и, лукаво улыбнувшись, ответила:
— А вот Клим тебе сейчас и расскажет.
Глава 57
Дед вопросительно уставился на Клима, который, признаться, несколько растерялся.
Я, ухмыльнувшись, отщипнула виноградину с громадной грозди и запихнула ее в рот, с интересом наблюдая за разворачивающейся картиной.
— Может быть, присядем? — пришел в себя Клим.
— Да, конечно, — спохватился дед. — Вот, рядом с Лизой.
Усевшись во главе стола, дед откашлялся и снова устремил испытующий взгляд на моего спутника. Андрей робко поправил очки, а Катька прикусила губу, стараясь не рассмеяться.
— В первую очередь хочу сказать, Семен Яковлевич, что я очарован вашей внучкой. Мы познакомились в необычных обстоятельствах…
— Это в каких же? — живо спросил дед.
— У меня сломалась машина, и я встал на обочине. А Лиза с Катериной как раз возвращались от вас, — улыбнулся Клим. — И любезно согласились подбросить меня до города.
— Кхм, — дед, тысячу раз говоривший мне никогда не подбирать одиноких молодых мужчин на дороге, насупился. Я повинно опустила голову, а Катька добавила:
— Только мы сначала его за упыря приняли.
— Не, они же только возле болот, — влез в разговор Андрей, затем посмотрел на деда и замолчал.
— Это никак не объясняет того, почему я не вижу Николая, — заметил дед.
— Собственно, я и есть Николай, — пояснил Клим. — В некотором роде. Сейчас объясню…
Чем дольше он говорил, тем сильнее хмурился дед. Разумеется, Клим несколько приукрасил истину, добавив, что «хотел помочь такой прекрасной девушке», «опасался за мое здоровье и безопасность», и «собирался восстановить справедливость».
— А солгал-то почему? Ну, рассказал бы все как есть, ежели тебе так моя внучка приглянулась.
Дед, как и я, вранье на дух не переносил, и теперь неодобрительно смотрел на Клима. Я тоже уставилась на него, с нетерпением ожидая ответа.
— Испугался, — честно признался Клим, — что она меня куда подальше пошлет. Не хотел такой шанс упускать.
Дед крякнул, задумался, потом наставительно изрек:
— Ну, раз дело такое… Ладно. А Кольку, стервеца, я все равно сыщу и уши ему надеру. Значит, внучка моя тебе приглянулась. Это хорошо. Если Лизу все устраивает, то меня и подавно. Только ты уж уважь старого человека, расскажи о себе. Все ж интересно послушать, кому внучку отдаю.
Катька с Андреем, на протяжении всего монолога Клима слушавшие его с раскрытыми ртами, довольно переглянулись и заулыбались, а я не верила своим ушам. Вот так просто? И дед даже не прочтет часовую лекцию о вреде лжи? Не будет отчитывать меня за то, что познакомилась с парнем на дороге? Не фыркнет, спросив, как родителей Клима угораздило выбрать ему такое имя?
— Видать, сильно ты деду надоела, раз он тебя быстрее сплавить хочет, — шепнула мне Катька.
Я пнула ее под столом, но случайно попала в Андрея. Тот подпрыгнул, пискнув от возмущения.
— Что такое? — неодобрительно нахмурился дед, которого отвлекли от беседы с Климом. — Чего ты пищишь?
— О, я…В-вспомнил кое-что, — заикаясь, проговорил Андрей.
Лицо деда потемнело.
— А что с речью?
— Андрей заикается, когда волнуется, — пояснила Катька.
— Так не волнуйся, — милостиво разрешил дед, подыскавший себе новую жертву. — В армии служил?
— Н-нет.
— Это почему еще?
— Н-негоден…
Я сочувственно вздохнула. Ну, не повезло Андрею, что сказать. Катька беспомощно посмотрела на меня тем самым сестринским взглядом, и я, проклиная свою доброту, вмешалась в разговор:
— Дед, да ладно тебе. Сейчас многие не служат.
— И ты посмотри, какие люди по улицам ходят, — завелся дед. — Чистое безобразие! Мужчина должен оставаться мужчиной, так, Клим?
— Я служил, — заверил его Клим. Я прожевала лист салата, испепеляя его взглядом. Предатель.
— Вот и пирог, — в гостиную вплыла спасительница Людмила, держа огромное блюдо. Катька с облегчением вскочила, и бросилась к ней, собираясь помочь. Дед засуетился, освобождая место на столе, а я встала, быстренько предупредив: