Глазами предков (СИ)

— И в приоритете, конечно же, Светозар.
— Разумеется. Мне импонирует, что мы понимаем друг друга.
— А может мне пока поболеть месяц, другой?
— Сильно сомневаюсь, что у вас получится. Шило из вашей задницы никто не убрал. В общем живите полноценной жизнью. На днях получите титул, но мы оставим вам пятидесятый уровень. Начало шестого ранга тоже неплохо.
— А у Бориса какой?
— Вас тоже интересуют единицы? Ох, молодёжь. Чуть больше чем у вас.
— То есть полный шестьдесят второй?
— Шестьдесят третий, но он броня, а вы главный калибр «линкора». Да, и забыл добавить, с этого дня все возникшие вопросы будет решать Афанасий Николаевич Разумовский.
— А можно мне проверить, как закаляется сталь?
— И попрошу не обижать ценнейшего сотрудника тайной канцелярии.
— А может, вернёте Добрыню? А то меня утомили эти «ну-с».
— Он занят. Едет в заграничную командировку, а у Ржевского слишком низкий официальный ранг, вот и остался человек без подопечного.
— А, большая политика! И надолго он укатил?
— Вам, молодой человек, по статусу не положено знать о государственных делах. Выпока не заслужили доверия. Собирайтесь, вас отвезут.
* * *
Начальник тайной канцелярии вышел из палаты и строго взглянул на Бориса Ржевского.
— Глаз с него не спускай. Этот хитрец слишком опасен, — затем Мирослав Ефремович посмотрел на Разумовского. — А вам, Афанасий Николаевич, должно быть стыдно. Как можно принять иллюзию за огненный шар?!
— Но наслушавшись о его способностях…
— Хватит об этом. Не вздумайте конфликтовать с Уваровым, а то...
— Но он дерзкий юнец, — проворчал советник по особым поручениям.
— В игре замешан ректор академии и не нам судить, дерзкий он или нет. Вы думаете, мне нечем заняться, кроме как проводить переговоры с наглым хитрецом? Получено высочайшее соизволение оказать негласную поддержку тандему «неучей». Ректор с нас три шкуры спустит, если провороним нападение на внука. Поэтому соберитесь, господа. Нельзя ударить в грязь лицом. Нам не простят подобной ошибки.
— Мирослав Ефремович, а если этот неразумный отрок опять потянет Светозара куда-нибудь с самую гущу событий, мне их задержать или посодействовать? — поинтересовался Ржевский.
— Майор, живите по принципу, если не можешь отменить гулянку, следует её возглавить. Контролируйте каждый их шаг. Постарайтесь добиться того, чтобы они не разделялись. В крайнем случае, оставляйте одного из них на Смирнова. Он в курсе и окажет вам содействие.
— А если по плану очередной авантюры им придётся идти порознь, за кем мне следовать? — уточнил Борис.
— Приоритет Светозар, но лучше держать их вместе.
— Мирослав Ефремович, может, оставим Уварова без охраны? — предложил Разумовский. — Парень, вроде немаленький, сам справится.
— А потом за вас возьмётся ректор академии. Он, как увидел страницы книги, сразу заявил, что этот неуч нужен для разбора текстов.
— Ну-с, пусть и забирает, коль он ему так нужен.
— Я тоже так сказал, но Лучезар ответил: «Пока рано». И что самое отвратительное, меня не ввели в курс дела, — проворчал начальник тайной канцелярии. — Так, господа, пора заняться выполнением непосредственных обязанностей. Майор, не оплошайте. Только на вас надеюсь.
Неожиданно зазвонил телефон и Мирослав ответил:
— Лучезар Мстиславович, мы как раз о вас говорили. Неужели?! Хотите навестить пациента? С чего такая честь? Ах, вопросы по книжке. Нет, пока в госпитале. Да, подъезжайте, его задержат, — Мирослав посмотрел на Ржевского и пояснил: — Пусть дождётся ректора, а там по обстоятельствам.
Борис встал у двери и никого не впускал. Вскоре по коридору прошёл Лучезар Муромский и седовласый декан воздушного факультета Шиловский Станислав Алексеевич — худощавый мужчина лет шестидесяти. Они поздоровались и прошли в палату. Вскоре ректор выглянул и спросил:
— Голубчик, а где неуч? Мне сказали, что он лежит.
— Только что находился там, — флегматично ответил Ржевский.
— Ну, так покажите мне его, — с ехидцей попросил Лучезар.
 
Ржевский вошёл в палату и увидел разобранную постель, открытое окно, но Уварова так и не заметил. Впервые за долгое время он нахмурился и сказал:
— Прошу прощения, Лучезар Мстиславович, кажется, я оплошал.
— Удивительная халатность. Как можно скрыться с охраняемого объекта и остаться незамеченным? Нонсенс! — воскликнул декан, а ректор усмехнулся и произнёс:
— Стасик, Уваров, конечно, неуч, но иллюзии у него хорошие. Развейся!
  
Глава 28
 
Вообще-то подслушивать неприлично, но если находишься в подвешенном состоянии и надо узнать, что тебе грозит, можно закрыть глаза на мелкое жульничество. К тому же сегодня меня почти обвинили в шпионаже и связях с антисоциальным элементом по имени Алекс. А ведь это только цветочки. Если копнут поглубже, Тимофея Уварова закроют на всю оставшуюся жизнь и выбросят ключи от камеры. Впрочем, паниковать рано.
Проблема в том, что я слегка заигрался в героя. Раньше мне приходилось изображать тихого и скромного чародея Благовеста или гадалку Надежду. Радоваться тем копейкам, полученным во время, не совсем законных с точки зрения этики, сеансов оболванивания клиентов. А сейчас, обретя кое-какие возможности и возвысившись над многими дворянами, из глубины души вылез самоуверенный мечтатель, возомнивший себя шишкой на ровном месте. К сожалению, люди не любят выскочек и хотят их осадить.
Если за меня возьмётся ректор академии, от меня не останется мокрого места. Именно информацию о приходе вредного Лучезара мне удалось подслушать. Вот честное слово, не хотелось с ним встречаться. Он же видел листы книги и не слезет с меня, пока не узнает правду. А рассказывать о портале слишком неразумно. Меня же лишат возможности стать сильнее и получать дивиденды с торговли между мирами. Алекс обещал платить золотом, а если нет поместья с порталом, значит, я останусь на бобах.
И что самое интересное, если медитировать и тренироваться до посинения в любом месте, кроме моей полянки, до ранга «старец» буду развиваться лет тридцать. Это совсем неинтересно. Мне хочется прямо сейчас стать знаменитым и могущественным, чтобы со мной считались и позволили взять в жёны царевну Снежану…
Неожиданно я замер, так как подивился мысли, мелькнувшей на краткое мгновение. Получалось, что мне хочется жениться на капризной и своевольной принцессе? Бред какой-то. Зачем нужна такая фифа? Она же взбалмошная и эгоцентричная особа. К тому же за попытку соблазнения с меня спустят шкуру. Тот же ректор размажет тонким слоем по почве, ибо мне не по статусу находиться рядом с дочерью царя. Вот если бы у меня имелся титул светлейшего князя или герцога, тогда шансы могли увеличиться.
Обдумывание будущего пришлось прервать из-за появления в коридоре Лучезара. Его голос звучал бодро и оптимистично, чувствовалось, у ректора отличное настроение. По рассказам Светозара, именно в такие моменты его дедушка любил заниматься воспитанием неучей при помощи разряда молнии чуть ниже поясницы. А мне электрические процедуры противопоказаны. Моя тонкая душевная организация не вынесет насмешек от более сильного и влиятельного человека. Обязательно захочется ответить, а жрец на пике седьмого ранга, это не какой-нибудь «богатырь». Лучезар просто махнёт ручкой, и останутся от меня рожки да ножки. Так что желательно не попадаться ему на глаза. Может просто сбежать?
Подошёл к окну, раскрыл створку и выглянул вниз. Третий этаж, но высота метров двенадцать. Любой воин четвёртого ранга сможет без проблем пережить подобный прыжок. А мне вообще просто, стоит только применить заклинание «полёт орла» и я с комфортом спланирую на землю. Но вот далеко ли убегу с раной в спине? Думаю, не очень. Вот если изобразить побег, а самому спрятаться у всех на виду, тогда это станет походить на шутку, мол, вот он я, а вы не заметили.
Быстро встал в угол и при помощи иллюзии наколдовал пустую стену. Уж не знаю, как получилось, но посетители прошли мимо меня. Худощавый седовласый мужчина переглянулся с ректором, выглянул наружу и возмущённо запыхтел, как чайник. Лучезар вызвал Бориса и тот впервые на моей памяти проявил эмоции досады. Зато дедушка Светозара продолжал сиять, как начищенный самовар, а потом сказал нечто пафосное и развеял иллюзию.