Глазами предков (СИ)

— Заскакивай врагу за спину, хватай глотку в замок и жми на сонную артерию, пока противник не уснёт.
— А покров?
— Ты чем слушал? Если давить медленно, защита не сработает. Кстати, ты умеешь сворачивать шеи? Рванул за подбородок и всё. Так быстрее.
— Но это же убийство.
— Ты воин, а не кисейная барышня. Хотя ладно, просто их усыпляй. Диверсант из тебя аховый. Всё, поехали!
Проникновение в усадьбу прошло без осложнений. Светозару не пришлось никого отключать или убивать, потому что телохранители общались с охранниками стоя во дворе около двух внедорожников. Уваров обошёл дом, и они проникли на балкон второго этажа, так как увидели, что там открыта дверь. Оказавшись в просторной спальне, внук ректора как-то мимоходом заметил возле кровати новенькую детскую люльку, однако младенца нигде нет. Далее Тимофей выглянул в коридор и затащил в комнату какую-то служанку. Девушка взвизгнула, но он зажал ей рот и спросил:
— Хозяин дома? — она кивнула. — С гостями? — очередное подтверждение. — Хозяйку повели в подвал? — служанка задрожала и, кажется, описалась. Уваров хлопнул её по щекам и прошипел: — Детка, не зли меня, а то сожру! Отвечай, пленник с ними? Да не трясись ты так, будешь честной, отпущу, а попытаешься кричать, сама знаешь, что тебя ждёт.
— Бесы, — прошептала девушка, — не ешьте меня, я всё скажу. Сначала приехал Аркадий Вениаминович, отец Оксаны Аркадьевны, а потом пожаловал сам граф. Он потирал руки в предвкушении и велел позвать беременную жену.
— Давно?
— Минут двадцать назад.
— Будем надеяться, графу захочется толкнуть пафосную речь, — хмыкнул Уваров и быстро связал девушку оторванным от торшера шнуром. Затем завязал ей рот полотенцем и пригрозил: — Не шуми, а то сожру.
— Там много охраны, — констатировал Светозар. — Шестеро «храбры», а трое «ратники». Без молнии с ними не справиться.
— Наверняка сам граф — «богатырь», а Аркадий «витязь». Может в подвале ещё кто-нибудь сильный.
— И что делать? Будем ждать команду Добрыни? — спросил Светозар.
— Рискованно. Можем не успеть. Зарезать ослабленного человека несложно. Чикнут Костю по горлышку, и нет у тебя ученика. Мы пойдём другим путём. Значит так, врываемся в подвал, навешиваем люлей и…
— А можно подробней? Как ты собираешься что-то там навешивать без использования силы? В замкнутом помещении особо не разгуляешься. Ты же не думаешь, что воины испугаются чёрных фигур.
— Чем ближе преграды, тем проще в них кидать врагов. Берёшь за руку, раскручиваешь по оси и швыряешь к стене. Если покров не слетит, хватай горло и дави, а коли от удивления он потеряется, врежь под ухо.
Они спустились к двери в подвал и оказались в просторном помещении, заполненным какими-то бочками и коробками, однако ни пленника, ни хозяев так и не увидели. Но Уваров расфокусировал зрение и указал в дальнюю часть подвала, где находилась замаскированная дверь. Светозар и не знал, что Тимофей умеет использовать истинное зрение, но за время, проведённое рядом с этим странным парнем, привык ничему не удивляться.
Уваров отворил дверь, и они вошли, а дальше всё пошло не так.
Во-первых, в пыточной камере, где на цепях висел Константин, имелось собственное поле подавителя, которое развеяло их маскировку. Во-вторых, кроме графа и Аркадия в помещении находилось трое крупных мужчин с дубинками на поясе. А в-третьих, около стены замерла беременная брюнетка с заплаканным лицом. Светозар опасался её задеть, ведь будущие матери находятся под защитой богов и те, кто им вредит, получают заслуженное наказание от высших сил.
— Аркаша, это кто такие? — удивился грузный господин.
— Взять их, — приказал Аркадий Вениаминович.
Крупные охранники быстро среагировали на угрозу и достали оружие.
— У «колобков» нет покрова, разберись с ними, — сказал Тимофей и, вынув кинжал из пристёгнутых к ноге ножен, оскалился: — А Аркаша мой.
Дальше Светозар не успевал следить за происходящим, так как ему пришлось приложить максимум усилий, чтобы не угодить под удары дубинок. Пока внук ректора не применил совет пропускать энергию по мышцам, ему изрядно досталось. Однако вспомнив рекомендации Уварова, он выправил ситуацию и смог отправить в нокаут сначала одного, а затем и второго противника. К сожалению, третий умел драться и нанёс Светозару болезненный удар дубинкой в живот. Если бы беловолосый парень не сделал врагу подсечку, существовала вероятность уйти на встречу с предками.
 
Именно в этот момент графу удалось проскользнуть за дверь и громко завопить, призывая телохранителей к себе. Светозар выругался, хотя никогда ранее не позволял себе подобных слабостей. Затем вскочил на ноги и со всей силы ударил шустрого бойца стопой по лицу. Послышался хруст, но внук ректора не придал этому особого значения и побежал за Чернышёвым. Оказавшись за пределами пыточной с подавителем, грузный мужчина мгновенно активировал покров и собрался нанести удар каким-то заклинанием из водной стихии. Однако расстояние между ними всего три метра, поэтому Светозар успел добежать до Чернышёва и, поднырнув под правую руку, обхватил шею графа в замок. Медленное нажатие и ревнивый рогоносец, потеряв концентрацию и защиту, начал задыхаться.
К сожалению, в подвал спустились телохранители и навели на внука ректора крупнокалиберные пистолеты. Вообще-то стрелять в дворянина с покровом бесполезное занятие, так как пули не пробивали тонкую энергетическую плёнку. Но если вести шквальный огонь, существовала вероятность поразить цель.
Светозар прикрылся графом и впервые за время столкновения достал нож, чтобы приставить клинок к горлу Чернышёва. Тоненькая струйка крови потекла по шее, а удерживаемый в захвате грузный мужчина начал дёргаться и завопил:
— Не стрелять! На мне нет покрова!
— Скажи им, что мы уходим, — шепнул Светозар. — И Костя идёт с нами.
Из пыточной камеры вышел Уваров, поддерживая за плечи Константина и увидев, что дорогу преградили охранники, радостно воскликнул:
— Ух ты! Мясо! Люблю поджаренное до хрустящей корочки, — на ладони Тимофея загорелось белое пламя. — Ребятки, вы в курсе, что покров не держит удары «старцев»? Даю вам пять секунд, чтобы убраться с дороги.
— Делайте, что он говорит, — приказал граф и телохранители отошли от выхода. После этого Чернышёв потребовал: — Обещайте, что вы не убьёте меня!
— Вами займётся тайная канцелярия, — с усмешкой ответил Уваров. — За ваши художества с вас спросят по всей строгости закона. Но пока мы дружной толпой идём к вашим машинам. Эй, дайте ключи.
Один из водителей кинул связку на пол и Светозар хотел выругаться, но Константин, поддерживаемый Тимофеем, оглянулся на дверь и сказал:
— Ксюша, радость моя, подними ключики. Мы уедем вместе.
— Костя, я боюсь, — прошептала брюнетка.
— Не плачь родная, всё наладится. Подними ключики.
— Он убьёт нас.
— Не сегодня. Наставник крепко держит его за глотку, — произнёс Аксаков.
Беременная женщина подобрала связку ключей и вышла из подвала. Светозар, толкая перед собой графа, последовал за ней и оказался во дворе. Уваров выходил крайним и закрыл дверь, подперев её лопатой, которую подобрал возле выхода. Затем он погасил огненную сферу и, поддерживая Константина, дошёл до открытого внедорожника. Светозар плохо водил автомобили, поэтому думал, что за руль сядет Костя или Тимофей, но судьба внесла коррективы.
Пока никто не смотрел на Оксану, она вынула из складок платья двуствольный пистолет и выстрелила в спину Уварову. Пуля крупного калибра пробила Тимофея насквозь и угодила в правый бок Константина. От толчка оба упали, а Светозар развернулся вместе с графом.
Аксаков застонал и воскликнул:
— Ты что творишь? Мы же тебя спасаем!
— Этот мерзавец убил моего отца! — ответила брюнетка и, выстрелив в Чернышёва, добавила: — А тот собирался утопить моего ребёнка в выгребной яме. А виноват ты! Если бы ты держал язык за зубами…
— Но я никому не рассказывал о нас с тобой, — возмутился Константин.