Обычные приключения необычной попаданки (СИ)

— Да. Это Валерия Андреевна. — удивленно посмотрел он на заплаканную меня. — А в чем собственно дело?
— Она 15 лет где-то и возможно от кого-то скрывалась. Вам об этом что-нибудь известно?
— Нет. До сегодняшнего дня я видел её 16 лет назад. И с тех пор о ней ничего не слышал.
— Угу… — задумчиво протянул военный. — Спасибо, что приехали. Вы нам очень помогли, можете быть свободны. При необходимости, мы с вами еще свяжемся.
Виктор бросил на меня странный взгляд и молча вышел.
— Ну, что ж… Теперь мы хотя бы выяснили, что вы та за кого себя выдаете. — он тяжело вздохнул и задумчиво посмотрел на меня.
А затем перевел взгляд на парня за моей спиной.
— Определите её в приежку под круглосуточной охраной.
Меня снова подхватили под локоть и куда-то повели.
Как оказалось мы вышли из другого входа из здания. Перед нами открылся внутренний двор с детской площадкой перед жилым зданием. Здесь гуляли женщины и бегали дети. Меня сопроводили до последнего подъезда, провели на последний этаж и завели в квартиру, которую закрыли на ключ с другой стороны.
Оставшись одна осмотрелась. Квартира оказалась однокомнатной, кровати здесь не было, но были диван и плоский телевизор, располагающийся на небольшом столике, напротив него. В шкафу нашла подушку и плед. Здесь была небольшая ванная комната в которой нашла кусок мыла и полотенце. Туалет. Кухня в которой обнаружилась плита, электрический чайник и микроволновка. За дверками небольшого кухонного гарнитура нашла стакан, ложку и плоскую тарелку. Пока я не спеша осматривалась, неожиданно раздался стук в дверь, которая практически сразу открылась. Парень в военной форме передал мне пакет.
— Если будут вопросы или просьбы стучите. — сообщил мне он и вышел.
В пакете нашла пачку сахара, упаковку пакетизированного чая, пачку макарон и несколько банок тушенки. Поискав по ящикам кухонного гарнитура получше, нашла здесь и кастрюлю. «Что ж… не плохо… Не знаю на сколько здесь задержусь, но жить буду во вполне не плохих условиях. И это определенно радует.» — сделала я для себя вывод.
Как же давно не ела обычной человеческой еды, к которой привыкла с детства. Но в данный момент больше чем есть, мне хотелось очутиться в ванной, наполненной горячей водой, и отмыться от отвратительного ощущения, которое осталось после унизительного осмотра и допроса.
Погружаясь в теплую воду, поняла на сколько не привычно для меня это стало. Вспомнилась баня с теплой водой в небольшом бассейне, в которой мы мылись по восемь девушек за раз, в замке лорда Лейна. График мытья на неделю нам составляла Хэна. Мужчины каждый день наполняли котлы водой, а по утрам сливали успевшую остыть за ночь воду из гигантской ванной, вырубленной в полу. Так странно… Живя там, столько раз мечтала вернуться домой, найти способ попасть обратно на Землю. И вот — я здесь… Но отчего же так тошно на душе? И ощущение, что поступила не правильно… Меня душили слезы обиды на саму себя. Совершенно неожиданным оказалось, очутившись здесь осознать, что, возможно, и возвращаться то мне уже вовсе некуда. Даже если родители еще живы, то наверняка за столько лет уже успели смириться с моим исчезновением… А сейчас? Когда узнают, что я жива… Это снова окажется для них ударом. Зачем я это сделала? Почему же спасовала и не смогла найти в себе сил и смелости, чтобы поговорить с Раэном? А если бы он нашел другой способ решения проблемы? Я просто молча приняла решение за нас двоих… Нет. Я его предала! Предала нашу любовь! Ну, почему же это осознала только теперь⁈ А сейчас — уже слишком поздно… От злости на саму себя я с силой ударила ладонью о бортик ванной, от чего вода в ней колыхнулась и часть жидкости выплеснулась на кафель.
Я еще долго сидела здесь и рыдала, ненавидя себя за совершенный поступок, до тех пор, пока вода окончательно успела остыть. А затем отправилась на кухню. И готовя ужин для себя не могла не вспомнить пожилую и мудрую кухарку. Кайра… Да, мне действительно не виделось другого варианта решения проблемы, потому что я еще плохо узнала их мир. Но, возможно, если бы вовремя рассказала все своей наставнице, то она бы могла что-то посоветовать… А вдруг, вместе мы могли бы найти выход из сложившейся в тот момент ситуации?
 
— Эхмм… — громко всхлипнула я. — Ну, почему же невозможно отмотать время вспять…
Несмотря на то, что, казалось бы, очень давно не ела земную пищу и соскучилась по её вкусу. Ела я приготовленные макароны с тушенкой на автомате, не ощущая вкуса. И поспешила лечь спать. Сокрушаться о том, как я своими руками и решениями испортила свою судьбу и судьбу любимого человека, даже не попробовав побороться за своё счастье, теперь можно сколько угодно… Завтра мне будет нужно обдумать положение в котором оказалась сейчас и попробовать найти лучший возможный выход из него.
 Глава 3 
За месяц, проведенный здесь, я уже начала привыкать к своему обычному утру, которое начиналось с чашки чая со сгущенкой, которую мне периодически приносили. Вот и сейчас начала с действия, успевшего стать автоматическим — нажатия кнопки на электрическом чайнике. И отправилась в ванную комнату -умываться, чтобы окончательно проснуться. Каждый новый день, проведенный здесь, оказывался лотереей: поведут ли меня сегодня на очередной допрос или опять весь день мне придется провести в одиночестве, заточенной в этой квартире? И единственной связью с внешним миром окажется, заглянувший часов в 10 утра солдат — охранник, только сменивший предыдущего сослуживца, для того, чтобы задать единственный вопрос: «Не нужно ли мне чего-нибудь?».
За первую неделю меня выдернули отсюда только раз, чтобы взять отпечатки пальцев и сделать фото в фас и профиль. Это было в самом начале, а потом до конца недели лишь изредка пополняли мои запасы еды. Питание получалось относительно разнообразным. За месяц мне выдали: рис и гречку, картошку, лук и морковь, приносили яйца и молоко. А вот телевизор, как оказалось, не работал.
А потом пошли допросы, которые проводились через день-два, за исключением выходных… Их проводили разные люди, преимущественно мужчины в военной форме. Единственный человек, который присутствовал практически на всех моих допросах, был тот, который проводил первый из них. Он оказался офицером — дознавателем. Зачастую допросы проходили с подключением детектора лжи, его настраивали с помощью простейших вопросов, а потом: заставляли смотреть множество фотографий, абсолютно не знакомых мне людей; давали проходить странные тесты; спрашивали о совершенно не понятных организациях, о которых абсолютно ничего не знала; иногда показывали жуткие ролики, на которых были взрывы или убийства; называли имена каких-то людей и пытались задавать наводящие — провокационные вопросы, которых я не понимала. Конечно, догадывалась, что все эти люди, о которых меня расспрашивали, скорее всего террористы или связанны с наркомафией. Но помочь им ни чем не могла.
Но самый долгий из допросов был наедине с абсолютно неприятным индивидом в строгом черном костюме. Этот лысый мужчина, с жутким взглядом, пугающим своей дикостью, разговаривал со мной так, словно достоверно знал кто я такая и что пытаюсь скрыть. Он с абсолютно невозмутимым и уверенным видом рассказывал мне о преступлениях, в которых за эти 15 лет принимала участие, он даже умудрялся привести вполне логичные и разумные доказательства вины. И я была готова ему поверить в существование этой ужасной неуловимой женщины, если бы в итоге речь шла не обо мне. А самое главное и ужасное, что ему невозможно было ничего объяснить. И абсолютно точно — правда бы мне не помогла. Если бы даже рассказала ему её, то он бы ни за что не поверил в бред, которым она казалась… Этот допрос был последним и проходил три дня назад, но я до сих пор никак не могла отойти от него. Этот человек, кем бы он ни был, достиг своей цели и раздавил меня морально. Единственное, чего мне сейчас больше всего хотелось, чтобы меня подольше ни кто не трогал…