Отважный свет (ЛП)

Райли попятилась назад. Как только она оказалась внутри круга, Саймон запечатал его святой водой, и после молитвы, граница немедленно вспыхнула, наполнив комнату светом.
— Ой, — сказал демон, яростно моргая.
Лайонелу Сулику было за тридцать, его каштановые волосы были всклокочены, а одежда в беспорядке смята. Он сидел на полу, прислонившись к задней стене, держа в руках рулон бумажных полотенец. Все еще моргая, он оторвал зубами большой кусок, несколько раз пожевал комок и резко выплюнул его в воздух. Тот с грохотом приземлился на усыпанный обломками пол. Он тут же повторил свое действие.
— О боже, — сказала Райли.
— У нас есть псих.
— Похоже на то, — ответил Саймон, качая головой. — С прошлого раза прошло уже много времени.
Некоторые демоны были опасны, потому что несли в себе груз силы; тот, что захватил маленькую Коррину, был именно таким. Другие были слабее, но все же могли нанести значительный урон как экзорцисту, так и одержимым. А еще были психи. Райли предположила, что у Ватикана есть более официальное название для них, но Саймон называл их именно так, и это ее устроило.
По какой-то причине некоторые демоны просто не могли справиться с нахождением в человеческом разуме, поэтому имея контроль над своей жертвой, они теряли способность к рациональному мышлению, по крайней мере на постоянной основе. Хотя это отсутствие здравомыслия делало их смешными, оно также делало их крайне непредсказуемыми.
С тихим вздохом Саймон поднял большой металлический крест и прочистил горло.
— Исчадие ада! Услышь меня! Я — Саймон Майкл Дэвид Адлер, дитя Божье, верующий в Воскресшего Господа и искатель света. Вы вторглись в этот мир смертных, и вам пора уходить!
Как всегда, от силы этих слов и веры, по коже Райли пробежали мурашки.
Демон поднял голову и выплюнул еще один кусок бумажных полотенец.
— Саймон-предатель. Они рассказывали мне о тебе. — Лайонел снова захихикал, что так не вязалось с его козлиными глазами и острыми, как бритва, зубами. — А ты знаешь, сколько здесь окон?
Саймон растерянно заморгал.
— Что?
— Двести тридцать три, — сказал он. Потом нахмурился. — Нет. Тридцать четыре. Я забыл одно из них.
Взглянув на Саймона, она поняла, что он изо всех сил старается не рассмеяться, а это совсем не то, что должен был бы делать экзорцист. Сохранение контроля сохраняло тебе жизнь.
— Туалеты, — сказал демон, качая головой. — Здесь так много туалетов. — Рулон бумажных полотенец уже летел к ним, развернувшись в воздухе и приземлившись в нескольких футах от круга святой воды. — Я только и делаю, что чищу их. Снова, снова и снова.
— Лучше, чем в аду, верно? — сказала Райли.
Это замечание снова привлекло его внимание к ней, как будто внезапно осознав, для чего они здесь собрались. Стоя на нетвердых ногах, демон поднял баллончик с краской.
Глаза уборщика стали еще краснее.
— Дочь Блэкторна.
— Да, это я. Как насчет помощи? Ты просто бросишь Лайонела, и мы отвезем тебя туда, где нет ни окон, ни туалетов, которые нужно чистить. Я правда могу это обещать. — Потому что следующей остановкой этого демона после металлической тюрьмы будет местный монастырь и ужасная смерть.
— Лгунья! — закричал Лайонел и швырнул в нее краской. Он отскочил от стены, разбрасывая искры.
— Демон, я приказываю тебе покинуть этого смертного во имя Всемогущего, Творца, силы, которой нельзя отказать, — произнес Саймон, снова поднимая крест. Он взмахнул аспергиллом, и святая вода по дуге устремилась к дьяволу.
— Нет! — эта тварь взревела, насыщенный запах серы донесся из кладовки, почти заставив Райли задохнуться. — А вот это мне нравится. Им легко управлять, — сказал он, и его голос стал сильнее, чем за минуту до этого, гораздо менее безумным. — Теперь он мой.
Саймон возразил потоком латыни, слова лились. Сколько бы раз Райли их не слышала, они всегда вызывали у нее мурашки по спине.
Дьявол извивался в муках.
— Нет! Мой! Мой! — крикнул он, и вдруг содержимое шкафа полетело к ним: банки с краской, метлы, ведра, лампочки. Справа от них вихрь сорвал инструменты с колышка и швырнул их в круг. Каждый удар звучал как выстрел из пистолета.
 
Голос Саймона поднялся над шумом, не разу не прерываясь, латынь становилась все громче. Когда верстак оторвался от стены, Райли не удержалась и пригнулась, когда он врезался в стену и разлетелся на десятки осколков.
— Бог — мой щит и мой меч. У тебя здесь нет никакой власти, адское отродье. Освободи эту душу! Я приказываю это во имя Всемогущего, Царя Небесного!
С пронзительным криком Лайонел рухнул на колени, обхватив голову руками и раскачиваясь взад-вперед. Внезапно металлический ящик у ног Райли задребезжал, показывая, что демон больше не находится внутри человека.
Это всегда был самый удивительный момент в любом экзорцизме, тем более что ящик находился внутри священного круга.
Саймон опустил руки, его грудь тяжело вздымалась.
— Вся слава Господу.
— То, что он сказал, — пробормотала Райли. — Это было не так-то просто. — Она посмотрела на разрушение, а затем на дворника, который все еще стоял на коленях в шкафу, уставившись на них полными ужаса и налитыми кровью карими глазами.
— Они уже давно так делают, — сказал Саймон.
— За последние две недели здесь появилось много тварей. Как будто Ад работает сверхурочно или что-то в этом роде.
— Да. — Ей вспомнилась встреча с Сибиллой. Были ли демоны теми «они», о которых ее предупреждали?
Райли нарушила целостность границы носком своей теннисной туфли.
— Может быть, у них есть квота или что-то в этом роде. Соберите душ побольше, и вы выиграете этот сказочный набор ножей для стейка. А может быть, круиз по реке Стикс, все расходы оплачены.
К ее удивлению, на лице Саймона появилась искренняя улыбка.
— Ты даже не представляешь, как мне нравится твое чувство юмора. Пусть и чёрное, но это работает. Спасибо.
— И ты даже не представляешь, как я ценю твою… — она с трудом подбирала нужное слово, потому что оно имело значение.
— Напористость. Твою внутреннюю силу. Ты напоминаешь мне, почему я зарабатываю этим на жизнь.
Выражение лица Саймона смягчилось.
— Это очень много значит. Спасибо.
После еще одной долгой паузы он снова посмотрел на кладовку.
— Лайонел? Я Саймон, а это Райли. С возвращением.
Мужчина мог только смотреть на них. Когда Райли помогла ему подняться на ноги, она заметила, что от него воняет чистящими средствами и полиролью для пола, но сейчас его глаза были в норме.
Затем эти глаза расширились от шока.
— О боже, только посмотрите на этот беспорядок. Уборка займет целую вечность, — сказал он. — Это нехорошо. Совсем нехорошо.
— Ага, наш уборщик вернулся, — сказала она. — Только не облизывай никаких окон, ладно?
— А зачем мне это делать? — спросил он озадаченно. — Это очень антисанитарно.
— А, ничего страшного.
***
Саймон повеселел, когда они шли к его машине, рассказывая о своей маленькой племяннице, о том, как ему нравилось общаться с ней и остальными членами своей семьи. Поскольку у него было семеро братьев и сестер, всегда казалось, что кто-то чем-то занят, будь то женитьба или рождение ребенка.
— Есть ли шанс, что Ватикан разрешит тебе остаться в Атланте? — спросила Райли.
— Не уверен, — ответил он. — Надеюсь, что так. Мне нравится быть рядом с семьей. Хотя если я останусь, мне действительно нужно собственное жилье.
— Семья теснит тебя? — спросила она, улыбаясь ему, когда они подошли к его машине.
— Одна из сестер. Она все время пытается познакомить меня с ХКД.
— Хорошей католической девушкой, да?
— Да. Она думает, что мне пора жениться и завести детей. — Он посмотрел на Райли, открывая багажник. — Я спрашиваю тебя, кто в здравом уме захочет в мужья экзорциста?
— Ловец— не задумываясь ответила она. — Потому что они будут знать, как это делается.