Совсем не мечта! (СИ)

— Что, блин, вы делаете? — скривилась Лизка, следя за происходящим уже какое-то время. — Вы как будто прямо сейчас займетесь своими непристойностями. Здесь ребенок! Я!
— Тебе столько же, сколько и Антону, — произнес я, с усилием воли отворачиваясь от стянувшего шорты мальчишки.
— Вот именно! — кивнула Лиза, гаденько улыбаясь. — Педофил!
— Очень мило, — вздохнул я, убирая волосы со вспотевшего лба.
— А почему ты не раздеваешься? — нахмурился Антон. Изменение его настроения я уловил чисто по голосу — мне все еще сложно было смотреть на него, настолько неприкрытого одеждой. Стоило моему взгляду упасть на его боксеры, как пальцы чувствовали мягкость его кожи под ними, сохраненную в памяти, вероятно, навсегда.
— Кому-то нужно будет присмотреть за вещами, так что идите пока, купайтесь. Лиза же уже в купальнике. А я потом.
Услышав свое имя, кузина в прыжке поднялась на ноги, схватила Антона за руку и поволокла его к воде. Мальчишка все время тревожно оглядывался, словно боясь, что меня украдут вместе с велосипедами. Он заходил в воду спокойно — Лиза в нее с разбегу упала, и поднятой волной обратно к берегу чуть не унесло визжащих ребятишек. Картина была до того знакомой, что через завесу настоящего время от времени начинало просвечивать далекое прошлое: другой песок, другие камыши, другое озеро… Маленькая, но невероятно громкая девочка в трусах с котятами несла к воде большой плавательный круг. На ее руках уже красовались надувные «крылья», но так и ей, и ее родителям, и мне было только спокойнее. Даже не верится, что тот озорной карапуз, бросающийся с берега песком в воду, чтобы окончательно ее замутить, превратился в сверхактивную взрослую девушку. Взрослую телом, но, судя по поведению, никак не разумом — оно и к лучшему! Побыть сдержанной скучной взрослой Лиза всегда успеет, а окунуться в детство вновь не удастся, увы…
Отплыв достаточно далеко от берега, Лизка плескалась в Антона, и ее звонкий хохот долетал даже до меня. Кажется, Антон тоже смеялся, по крайней мере не кичился отвечать ей мощными потоками брызг. С ней он ведет себя как ребенок, со мной — как взрослый. Какой же он наедине с собой? Сидящий посреди абсолютно пустой комнаты с голыми стенами на застеленном матрасе… Интересно, изменилась ли его комната хоть как-то с того раза, когда я побывал в ней; стоят ли по-прежнему у двери те сумка и чемодан — и зачем они вообще, чего они ждут?..
Макушку припекало, и я лег, закрывая глаза, чтобы не лишиться зрения от вездесущих ярких солнечных лучей. Дремота охватывала меня быстрее, чем я мог себе представить. Вместо черноты перед глазами — желтоватой из-за проникающего даже под закрытые веки света — возникали размытые фигуры и нечеткие пейзажи. Еще немного, и я бы погрузился в полноценный сон, но чей-то мокрый кашель, будто разрывающий легкие на части, вырвал меня из лап сонливости, и я резко сел; закружилась голова, словно мозг от столь внезапного толчка ударился о стенку черепа. На левый край покрывала упала Лиза, вмиг оставляя на ткани темный силуэт. Влажные волосы разметались по ее спине и плечам, стопы покрывал налипший песок.
— Ты что, пытался утопить ее? — спросил я у Антона, стоящего над одноклассницей с нотками вины в прекрасных небесного цвета глазах.
— Нет, мы брызгались… — невнятно ответил он, отводя взор.
— Он в меня как будто из таза водой плеснул — и прямо в рот… — пробурчала в покрывало Лиза, обнимая голову руками.
— Я не специально. Может, это тебя Бог наказал?.. — ухмыльнулся он куда-то в бок, и я с суровой полуулыбкой посмотрел на него. «Бог наказал», да?.. Где-то сегодня я это уже слышал… Антону хватило одного взгляда мне в глаза, чтобы понять: я все про него знаю. Виновато попинав босой ногой песок, он спросил: — Ты ведь пойдешь сейчас купаться, да?.. Лиза за вещами последит…
Вот паршивец… Но говорить с ним при Лизе смысла уж точно не было. Так что, взявшись двумя руками за низ футболки, я начал раздеваться.
— Медленнее, пожалуйста, — с привычной уверенностью в голосе приказал Антон.
 
— Медленнее ты не заслужил, — ответил я, кидая футболку на покрывало.
Антон напряженно следил, как я снимаю шорты, потом кивнул, подперев подбородок кулаком, и тоном ученого проговорил:
— У тебя под шортами… шорты…
— Ну да. Одни — просто шорты, а другие — для плавания.
Оставляя Лизу на покрывале, мы двинулись к воде. Антон молча шел рядом, но я опять чувствовал, как видоизменяется, перестраиваясь, на этот раз всего одна мысль в его голове. Найдя желанную формулировку, он все же озвучил:
— Ты ведь понимаешь, что это то же самое, как если бы у Лизы на купальник было надето нижнее белье?.. Развозбуждающе и странно.
— Ну что поделать, — подходя к воде, пожал плечами я, — ты сам выбрал меня, такого развозбуждающего и странного.
Антон улыбнулся, заходя в воду по пояс, далее он уже плыл. Меня тянуло сделать прыжок, как Лиза, чтобы беспардонно забрызгать всех вокруг, поднять волну, добавить веселья в ежедневную рутину, в какую обязательно превращается купание, если каждое утро тебя выгоняют на озеро чуть ли не хворостиной, как было у меня в детстве. Но раз Антон ведет себя по-взрослому рядом со мной, то и я должен держать марку. Так что в воду я погрузился практически без брызг, чинно плывя вперед.
— А это… то самое озеро, про которое ты рассказывал Александре? — осторожно узнал Антон, удаляясь вместе со мной от берега, только спиной вперед.
— Нет. То озеро осталось в далеком-далеком городе. На этом я впервые.
— Серьезно? — удивился Антон, переворачиваясь на живот. — Но ты ведь и раньше приезжал в загородный дом — почему ни разу не ходил сюда?
— Тут всегда было много людей… Одному в такой толпе некомфортно.
На несколько секунд Антон потупил взор — не знаю как, но я понял, что ему вспомнилась моя бледность сразу по прибытию на пляж. И больше вопросы задавать он не стал. В отличие от меня!
— Скажи-ка, а Бог наказал Лизу за что? За то, что она с велосипеда меня скинула?
— Возможно… — уклончиво ответило «божество», резко меняя курс. Мне пришлось сделать то же, раз уж я хотел продолжать беседу. Берег теперь был слева от нас и по-прежнему удалялся; заросли камыша редели, и впереди из шелестящей на ветру зелени постепенно выныривали три массивных светло-серых валуна.
— А если бы я из-за Лизы коленку разбил, ты бы ее совсем утопил?
— Не говори глупостей, — рассмеялся Антон, — я бы просто разбил ей коленку! Монтировкой — прямо посреди физкультуры!
Я хохотнул и набрал в рот воды, отдающей тиной. Представляю, каково было Лизе: она эту водицу не просто попробовала, а наглоталась ею по-полной! Антон, конечно, тот еще коварный злодей, но никто прежде за меня не вступался, пусть и в манере «психопата»… Приятно, когда хотя бы один человек на твоей стороне…
Пока я раздумывал, злиться мне на Антона или быть благодарным ему, мы подплыли к берегу и валунам так близко, что мои ноги чиркнули по дну. Антон вышел из воды на пятачок, окруженный этими необъятными камнями, и поторопил меня мановением руки.
— Ты что, целенаправленно сюда меня вел? — спросил я, разгребая руками воду, чтобы вырваться наконец из словно не желающего меня отпускать на сушу озера. Антон кивнул:
— Я приметил это местечко, пока плавал вместе с Лизой. Решил, что оно подойдет лучше всего…
— Лучше всего для чего?.. — осторожно уточнил я, выйдя наконец к камням. С пляжа, раскинувшегося левее, доносились голоса и музыка, а в широкие зазоры меж валунами можно было увидеть отдыхающих.
— Прислонись спиной к камню, — попросил Антон, указывая на валун позади меня. — Если я тебя толкну, ты в лучшем случае обдерешь спину. А в худшем — вспомним о твоей неловкости — переломишься надвое.
Я осторожно лег на вертикальную глыбу, приятно теплую после купания в достаточно прохладной воде, и руки Антона мгновенно обвили мою шею. Целуя его в ответ, я ощущал торсом его торс, а пахом — его вставший член: еще только ведя меня к этому укромному уголку, Антон уже возбудился донельзя, и сейчас его эрекция отчетливо проступала сквозь сырую ткань плавок. Его тело было холодным — еще бы! — столько времени провести в воде: он ведь плавал и с Лизой. Обхватив его вокруг талии, я прижимал мальчишку к себе, за счет него также спасаясь от зноя. Но мне все равно было до ужаса жарко — изнутри меня подогревала похоть, с той самой секунды, как Антон расстегнул верхнюю пуговицу рубашки с короткими рукавами… Мальчишка потерся о меня членом и, пылко укусив за губу, спросил: