Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Глушаков обзвонил всех, чьи телефоны нашел в записной книжке Магды, но ничего нового о ней не узнал. Правда, обращало на себя внимание то обстоятельство, что несколько листков было вырвано.
— Возьмем-ка в оборот те предприятия, где она занималась оформлением, — предложил ему Гудинас. — Может, тут-то что-нибудь обнаружится. Езжай-ка на завод, а я направлюсь в фотоателье. 
Через четверть часа Гудинас уже стоял возле дверей фотоателье. Дверь распахнулась, и из нее выкатился низенький толстячок с живыми, веселыми глазками.
Толстячок открыл дверцу белого «москвича», оглянулся.
— Молодой человек, у нас обеденный перерыв. Фотографироваться прошу через полчасика!
— Мне нужен директор, — сказал Гудинас.
— Заведующий я. Буткус, — представился толстячок, пытливо посмотрев на капитана.
Гудинас предъявил удостоверение.
Они прошли в помещение, и Буткус пригласил капитана полюбоваться оформлением интерьера.
Холл был разделен перегородкой на две половины. На одной половине оформление в стиле «ретро», на другой «модерн». И фотографии сделаны соответственно: четыре женщины были сфотографированы либо в платьях прошлого столетия рядом со старинным экипажем, запряженным лошадью, либо в модных платьях и костюмах возле спортивного автомобиля.
— У вас год назад оформителем работала Магда Бените. Расскажите, что вам известно об этой особе?
— Работала. Но что случилось? Почему она интересует милицию?
Гудинас почувствовал, что заведующий насторожился, и его замечательное настроение явно испортилось. Он принялся многословно рассказывать, как Магда работала, всячески расхваливая ее.
— У вас есть координаты этих девушек? — спросил Гудинас, указывая на фотографии женщин в витрине.
— К сожалению, нет. Это всё подружки Бените.
Они вышли на улицу. Садясь в автомобиль, Буткус предложил:
— Вас подвезти?
— Спасибо, пройдусь, — улыбнулся Гудинас.
Едва автомобиль скрылся за углом, Гудинас вернулся в фотоателье. В съемочной комнате обедал молодой человек.
— Давно здесь работаете? — представившись, спросил Гудинас.
— Четвертый год.
— Девушек на фотографиях в холле знаете?
— Конечно, Магда, Ирене, Ядвига и Лайма.
— Адреса, телефоны, места работы?
— Я знаю телефон Магды, Ядвига работает на каком-то заводе, Ирене в драмтеатре — в костюмерной мастерской. Платья, в которых они снимались, — оттуда.
— Когда вы их видели в последний раз?
— Они все часто заходили сюда зимой, потом перестали. Только Ядвигу я видел здесь летом.
— Что за срочная необходимость возникла недавно в оформительских работах?
— Это фантазия старого Пинкявичуса, — пожал плечами молодой человек. — Буткус у нас номинальный заведующий. На самом деле всем заправляет Пинкявичус. Он до Буткуса был заведующим, но два года назад ушел на пенсию и числится теперь просто фотографом. А Буткуса, который раньше был фотографом, рекомендовал в заведующие. Однако, что ни скажет Буткусу, — тот выполняет.
— Я могу видеть Пинкявичуса?
Молодой человек покачал головой: — Он сильно болен. В четверг его из дома на «скорой» увезли. Сердце... 
Вернулась с обеда приемщица заказов. Гудинас подсел к ее столу, задал вопрос про девушек.
Женщина сказала, что работает в ателье всего четыре месяца. Девушек по именам не знает, но блондинку и брюнетку видела на прошлой неделе: она указала на Магду и Ядвигу.
— В тот день в обеденный перерыв я пошла в мясной магазин и случайно увидела, как по улице к ателье очень решительно прошла блондинка. Видно, очень спешила, прямо-таки летела. А минут через десять следом за ней — брюнетка.
— Обе вошли в ателье?
— Вот этого не знаю. Когда пришла после обеда, кроме Пинкявичуса и его племянника, здесь никого не было.
— Точную дату вспомнить не сможете?
— В прошлую среду, часов в двенадцать. Меня еще тогда Пинкявичус раньше отпустил.
— Как была одета блондинка?
— В плащ малинового цвета и сапоги в тон... Очень элегантно.
— У меня просьба: никому ни слова о нашем разговоре.
— Ну, еще бы! — понимающе поджала губы женщина.
 
Не прошло и получаса, как Гудинас поджидал Ирене возле служебного входа в драмтеатр.
— В жизни вы красивее, чем на фотографиях, — произнес капитан, когда костюмерша появилась в дверях. Затем, отрекомендовавшись, спросил: — Вы знаете Магду Бените?
— Конечно, что случилось?
— Значит, знакомы... — констатировал Гудинас. — Расскажите о ней.
— А что произошло? — переспросила Ирене. — Я не хочу отвечать. Вдруг мои ответы повредят ей?
— Ирене, вы обязаны ответить. Дело серьезное.
— Ну что ж... Познакомилась я с Бените, когда та приехала за костюмами для съемок в каком-то фотоателье. Пригласила сниматься и меня. Я заинтересовалась: директор обещал хорошо заплатить... Это было в сентябре прошлого года. Мы с мужем сидели на мели, и я решила подзаработать. Помню, снимались в старинных платьях на улицах города, ездили в Тракай, фотографировались возле замка. Погода была отличная. Даже купались...
— С вами были еще женщины, — напомнил капитан.
— Да, кроме Магды, Ядвига и Лайма. Вечером Пузан... Ой, простите, — засмеялась Ирене, — так мы прозвали заведующего фотографией Буткуса, — пригласил нас всех в ресторан. И день и вечер были чудесными! Даже Буткус казался приятным малым... Трудно было предположить, что потом он окажется свиньей!
— Даже так?
— Так. Но, извините, рассказывать и стыдно и противно.
— Но все-таки? Мне крайне важно знать детали...
— Ох, — поморщилась женщина. — Ну, да ладно! В конце концов, этот Буткус должен получить то, что заслужил.
— После поездки в Тракай, — продолжила Ирене, — мы все обменялись телефонами, адресами: девчонки были очень симпатичными, да и с Буткусом было интересно общаться. Он организовывал пикники, приглашал нас в рестораны, постоянно звонил, интересовался здоровьем. Иногда чисто по-приятельски я забегала к нему в фотоателье поболтать, выпить чашечку кофе. Буткус вскоре вошел в курс наших дел и забот. Он чуть флиртовал со всеми, однако никогда не был назойлив или груб. Постоянно оказывал множество мелких услуг, не требуя ничего взамен. Помог мне, например, устроить сынишку в садик. Знакомство было легким, приятным, полезным. Нельзя было подумать, что за всем кроется расчет и дело обернется пакостью.
Женщина тяжело вздохнула, как бы не решаясь продолжить рассказ. Потом, видно, совладав с собой, сказала:
— Весной он мне позвонил, пригласил меня в кафе, и за двести рублей предложил сняться для порнографических карточек. Как он выразился, — «в жанре «ню». Обещал загримировать таким образом, что не только муж, но и сама не узнаю.
— Ну, и чем закончился ваш «деловой» разговор?
— Я встала и ушла. Он не отставал, бежал рядом, еще что-то сулил — маленький, противный, брызгающий слюной. Прекратил преследование только тогда, когда я дала ему пощечину. Он сразу озлобился, обругал меня грязными словами, погрозил насплетничать мужу.
— Позже он названивал мне на работу, пытался шантажировать. Я все рассказала мужу. Он отловил этого Буткуса и отлупил его как следует. Только тогда Пузан и отстал окончательно.
— Делал ли Буткус аналогичные предложения вашим подругам?
— Да. И особенно уламывал Магду — она ведь красавица. Однако ничего у него не вышло. Магда тоже надавала ему оплеух.
— Когда вы видели в последний раз Бените?
— В августе.
— У вас есть адреса ваших подруг?
— Конечно. Только Лайма не живет в Литве. Летом она вышла замуж и уехала с мужем во Владивосток.
Ирене достала записную книжку и продиктовала Гудинасу адрес и телефон оставшейся в городе женщины — Ядвиги Гирич.
 
— С кем из вас Магда была особенно дружна?
— С Ядвигой. Они были знакомы еще до съемок. И Магда часто бывает у нее дома. Но что случилось? Почему вас интересует Магда?
— Магда покончила с собой, — медленно ответил Гудинас. — Причины самоубийства неясны.