Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
— Так почему же Магда вас оставила?
— Видите ли, думаю, ощущала мое превосходство над собой, дарованное мне жизненным опытом; утверждала, что в ее первоначальном решении выйти за меня замуж была доля расчета на обеспеченную жизнь. Мысль об этом и мешала ей. Правда, в этом я был виноват: дал повод понять, что положение известного художника уже само по себе дарует кое-какие преимущества...
— Что за повод?
— Магда окончила художественное училище и, помимо работы художника-оформителя, в свободное время занималась живописью. Она несколько раз посылала свои работы на выставки, но безрезультатно. Я же помог ей через отборочную комиссию выставить несколько картин и устроил так, что их отметила критика. Это неожиданно открылось и задело Магду. Так появилась трещина в наших отношениях. Вы поняли, что за человек Магда? — Котинас помолчал минуту. — Впрочем, характер у нее не гладкий: норовистая, достаточно легкомысленная, к жизни относится, как к цепочке приключений: приятных, острых... Так бывает, если в жизни везет. Ведь за промахи ей расплачиваться не приходилось. А в целом девушка она умная, гордая.
— Вы говорили, что Магда была замужем.
— Да. Выскочила за одноклассника, потом, убедившись, что он рохля, развелась. Подобно многим молодым, Магда нетерпима к недостаткам других. В общем... сломала парню жизнь.
— Вы знаете ее бывшего мужа?
— Он приходил ко мне поплакаться в жилетку. До сих пор любит Магду, умоляет возвратиться. Я советовал ему проявить характер, оставить Магду, заняться каким-либо делом, влюбиться в другую; бесполезно!
— Способен ли он на крайнее проявление чувств, на преступление из-за ревности, например?
— Думаю, нет... — Котинас тревожно посмотрел на капитана. — Он добрый малый...
— Расскажите о жизни Магды в последнее время.
— Мы редко видимся. Летом мне казалось, что она счастлива, кажется, влюбилась по-настоящему. Но случайно встретил ее в конце августа, накануне отъезда, и поразился: Магда была подавлена, зла, сказала, что находится на мели. Я подумал, что дело в деньгах, предложил помощь, она отказалась, объяснила, что дело в другом: на этот раз оставили ее. Я ей предложил воспользовался дачей, если появится охота отдохнуть...
— Есть у вас ее фотографии?
— Конечно. — Котинас принес стопку фотокарточек. — Это я снимал ее сам, а вот эти фотографии сделаны для оформления витрины фотоателье.
— Позвольте взять карточки с собой? Временно...
— Молодой человек, что все-таки случилось?
— Скажите, — спросил Гудинас вместо ответа, — кто в ваше отсутствие мог воспользоваться ключами и попасть на дачу?
— Фу, черт! — с облегчением воскликнул художник. — Я думал, с Магдой что-то случилось, а тут всего-навсего ограбление... сразу скажу: Магда к этому отношения иметь не может!..
— Магда покончила с собой, — перебил его Гудинас.
— Что?! — поразился Котинас. Он растерянно и испуганно смотрел на капитана. — Когда, почему?
— Почему и когда, выясняем, а застрелилась она у вас на даче. Нужно провести опознание тела. Прошу вас поехать со мной...
Котинас кивнул и тяжело поднялся из-за стола.
В свете люминесцентных ламп обнаженное тело Магды казалось изваянным из мрамора.
Котинас подошел и прикрыл тело простыней, лежавшей в ногах у покойной, оставив открытым только лицо и плечи. Долго смотрел на нее, потом, как бы очнувшись, сказал:
— Да-да, это Магда Бените. — Осторожно закрыл простыней и лицо, подписал протянутую бумагу и, не говоря ни слова, направился к выходу.
Гудинас нагнал его:
— Я вас подвезу.
— Спасибо, пройдусь пешком, — ответил художник. И продолжил задумчиво: — Не верю, не могу представить, чтобы она покончила с собой. Здесь что-то не так... Да, насчет похорон: у нее тетка в Каунасе. Сообщите ей... Все остальные заботы я беру на себя.
Когда Гудинас вернулся, судмедэксперт вновь стянул простыню с тела:
— Смотри, на животе и под грудью едва приметные желтые пятна. Следы гематом. За две недели до смерти ее избили. А теперь смотри сюда. — Он повернул тело. На коже спины отчетливо проступал сизый, идеально круглый рубец. — Странный шрам, вроде выжженного клейма. Между прочим, свежий.
Когда Гудинас ознакомился с результатами экспертизы, сомнения исчезли: медики и баллистики убедительно доказывали, что он имеет дело с убийством, замаскированным под самоубийство.
Перечитав акты экспертиз, Гудинас отправился на квартиру Бените.
Делать здесь особенно было нечего: квартирка крохотная, однокомнатная. В комнате диван, стол, шкаф да пара стульев. На стенах несколько пейзажей, над столом — фотопортрет Магды. В целом уютно и аккуратно. Две пожилые женщины, приглашенные в качестве понятых, растерянно наблюдали за действиями Глушакова и экспертов. Но в квартире, похоже, что-то искали: слой пыли под диваном нарушен, в бельевом шкафу беспорядок. Но деньги и украшения целы.
Когда Гудинас и Глушаков вышли в прихожую, Глушаков тихо доложил:
— В подвале на даче пол и стены в некоторых местах выскоблены щеткой и промыты несколько раз. В одном месте, под лестницей, обнаружены подозрительные пятна. Эксперты взяли на анализ пробы.
Гудинас кивнул и прошел в комнату. Принялся перебирать бумаги в ящике стола: документы, письма, сберкнижка. Гудинас открыл ее. На счету лежало всего сорок пять рублей. По записям было видно, что Бените редко пользовалась услугами учреждения, в котором деньги хранить выгодно и удобно, — либо не обращала внимания на рекламу, либо хранить ей было нечего.
В большой коробке из-под печенья обнаружились фотографии. Судя по ним, Магда была веселой и общительной женщиной: почти везде сфотографирована в окружении друзей и знакомых, в выражении лица нет даже тени какой-либо озабоченности или удрученности. На нескольких цветных фотографиях Магда была снята с тремя другими девушками. Эти фотографии Гудинас уже видел сегодня у художника. Гудинас попросил понятых, соседок Бените, посмотреть, кто из сфотографированных людей бывал у Магды.
Одна из соседок опознала Котинаса, затем начальника Бените; узнала и девушек на цветных фото, выполненных в фотомастерской. Только имена их не смогла назвать.
Гудинас внимательно принялся рассматривать фотографию с девушками. В бикини те были сфотографированы на фоне стен Тракайского замка и выглядели эффектно.
— Безобразный снимок! — заявила другая соседка, заглянув через плечо капитана на фотографию. — Позволить себе почти голыми демонстрироваться у всех на виду! Вот вам мораль нынешней молодежи. Бесстыдница Магда, бесстыдница! — упрямо твердила она, глядя на Гудинаса. — Мужчины так и вьются возле нее, днем и ночью. Она до бесчувствия напивается с ними! То старика художника завлекла, а недавно я увидела такое!.. Ее привели совершенно пьяную домой три мужика! Да еще ночью! Я плохо сплю и услышала, как они возились с ней на лестнице; заглянула в глазок двери. Магда на ногах не держалась, ее тащили под мышки!
— Опишите ее спутников, — попросил капитан.
— Один — красивый, молодой, а два других уже пожилые, солидные. Один из них — высокий, плотный, а другой — низенького роста, суетливый. Они открыли дверь и заволокли Магду в квартиру, а затем заперлись вместе с ней. Зачем, спрашивается? — Женщина обернулась к соседке. — А затем, что Магда распутница!
— Когда это произошло?
— В прошлый понедельник.
— Был там высокий гражданин с бородкой?
— Нет... Вечером я специально заглянула к Магде, чтобы увидать ее бесстыжие глаза. Открыла... Помятая, опухшая, глаза заплыли с перепоя, в квартире перегаром воняет... Тьфу!
— Когда видели Бените в последний раз?
— На этой неделе, во вторник. Мимо меня по лестнице прошмыгнула. Даже не поздоровалась. — Тетка обиженно поджала губы.
Гудинас повернулся к другой соседке.
— Я видела Магду в среду утром, — сказала она. — Уходила на работу. Подавленная была, грустная...