Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
А кто же Сеймура толкнул на этот путь? Отец погиб на войне. Подростком остался он опорой больной матери. Жили более, чем скромно, нужда поджимала. Пришлось мальчишке зажигалки мастерить. Сеймур не мог себе позволить ничего лишнего. Когда же это началось? Видимо, давно засосало его. Иначе Теймур заметил бы что-нибудь, да заметил. Но удивительно, почему же тогда преступники, которые попадались, ни разу в своих показаниях не упомянули имя Сеймура? Что побуждало их молчать? Берегли? Во имя чего? А я? Выходит, я сам раскрывал свои планы, оповещал брата заранее о каждой готовящейся операции, - с отчаянием думал Теймур. - Я делился с Сеймуром всем, что переживал и думал. Иногда даже советовался. Но ведь нет человека ближе и роднее брата!
Смятение гнало Теймура по праздничным улицам. Живой поток то увлекал его в колонны демонстрантов, то выносил на перекрестки и площади, где реяли флаги и песни.
Куда пойти? Кому рассказать о своем страшном открытии? Матери? Знает ли она что-нибудь, или только догадывается? Почему столько затаенной боли в ее лице? "С сердцем неважно, сынок", - уклончиво отвечает она Теймуру. Никаким стетоскопам не услышишь материнское сердце, никаким рентгеном не заглянешь в него.
Нет, матери лучше не говорить. Это может убить ее.
Сеймур... Хрупкий, скромный юноша! Баловень и неженка! Деликатный, понятливый, всегда готовый беспрекословно повиноваться старшим. Что сблизило его с этой бандой хищников? Красота Гюльдасты? А вдруг действительно купил зажигалку у кого-то? Может, они познакомились с Гюльдастой недавно? И та сознательно скрыла свое замужество. Она хороша, очень хороша. Сеймур мог и влюбиться.
Теймур все бы отдал, чтоб только ошибиться. Бывает же, что люди самым нелепым образом заблуждаются, что их подводит воображение, мнительность...
Теймур едва успел отскочить от просигналившего над самым ухом автомобиля.
- Эй, сумасшедший, побереги себя.
"Побереги себя..." - несколько раз машинально повторил Теймур. Как уберечь от несчастья брата?
Сеймур и Гюльдаста... Теперь, когда судьба Сеймура переплелась с судьбой Гюльдасты, Теймур мысленно искал ей оправдание. Ведь не всегда была она такой. Кто знает, какая беда привела ее к темной тропе преступлений, кто повлиял в свое время на неопытную девчонку?
Но здравый смысл подсказывал другое: что заставляет сейчас Гюльдасту обманывать мужа; сейчас, когда у нее есть все условия для честной жизни? Когда память о той, другой Гюльдасте, сообщнице бандитов, погребена в архиве. Да и во времени.
Он вспомнил скупые, точные сведения Володи. Стоп! Что-то он говорил о Марусе... Что? Надо вспомнить.
Стайка девушек пробежала со смехом мимо Теймура, лица его коснулась охапка хвои. Высокая смуглянка оглянулась, - он ответил ей рассеянной улыбкой. Да, что рассказывал Володя? Первое свидание с Марусей. Девушка предупредила его, что Гюльдаста встречается с другим. Этот другой скорее всего и был Сеймуром.
А если прямо пойти и спросить. Открыто, в глаза? Разве он признается? Процедит - "докажи". Легко говорить - докажи...
Он решил посоветоваться с Володей Скворцовым... Намного передохнув в тенистом сквере, Теймур зашагал к Управлению. Уже вспыхивали гирлянды неоновых ламп. Толпы гуляющих заполнили звенящие песнями улицы.
Теймур вспомнил о Ляман, - как должно быть тоскливо ей сейчас дома. Но едва было бы веселее, окажись Теймур рядом. Она должна понять, должна. Потом, когда-нибудь он расскажет ей...
В этот праздничный вечер Владимир Скворцов, как и многие другие работники, дежурил. Увидев Теймура, Володя обрадованно поднялся навстречу. Он до сих пор был искренне привязан к своему учителю и, несмотря на то, что они были равны по званию, держался с ним почтительно, как младший со старшим.
- Добрый вечер, Теймур Аббасович! С праздником!
Теймур присел к столу напротив и тяжело вздохнул. Володя почувствовал, что его наставник чрезвычайно озабочен. Прикрыл дверь.
- С доброй ли вестью, Теймур Аббасович?
- Эх, Володя, добро и зло так перемешались, что теряешь голову. Ты вот что скажи, какие интересные происшествия были у нас после моего ухода в отпуск.
Володя вынул папку из ящика стола и, словно отчитываясь, начал докладывать.
- В основном затишье. Вот только... Один студент ранен...
- Кем?
- Никем. Помните, на прошлой неделе задул норд. В одном из новых домов гражданка Тарлан Махмудова утром, уходя на работу, оставила окна открытыми. Сильный ветер сорвал раму. Под окном на тротуаре играло трое детей. Этот студент кинулся к малышам и едва успел прикрыть их своим телом. Осколок стекла сильно поранил беднягу. Говорят, какая-то вена или жила повреждена. Есть опасения, что он теперь не сможет двигать шеей. Мы, вызвали Махмудову. Она плачет, убивается, "утром я натерла полы мастикой, в комнате стало душно, открыла окно, хотела проветрить. Торопилась на работу. Лучше бы это стекло свалилось на голову мне самой". Вот и все.
Володя снова зашелестел страницами.
- Домохозяйка Соня Сароян, оставила дома ребенка одного, а сама выбежала в магазин. Ребенок, балуясь, открыл вентиль газовой плиты. Сильное отравление. Хорошо, что до спичек не добрался, не то весь дом бы взлетел на воздух.
- Ребенка спасли?
- Да, - ответил Володя, не отрывая глаз от бумаг в папке. - Что же еще произошло на днях? Сейчас посмотрим... Двое пьяных... Это чепуха. Хулиганство... Да, вы помните, напротив артели, где я работал, жила дворничиха Фатьма. Она еще мальчика - Фахраддина усыновила?
Теймур встрепенулся.
- Помню. Как же...
- На прошлой неделе она умерла... Я устроил Фахраддина в интернат.
- Фатьма своею смертью умерла?
- Да. В больнице. Она давно болела. - Скворцов настороженно покосился на Теймура. - А что?
- Скажи, а до отправки в больницу в ее доме ничего не случилось? Может, к ней приходил кто-нибудь, или...
- Нет, ничего такого не было. Правда, после ее смерти пришла неизвестная женщина, спросила о ней. Узнав, что Фатьма умерла, поинтересовалась судьбой Фахраддина. Ни имени, ни адреса не оставила.
- Вы не установили ее личность?
Скворцов пожал плечами:
- Скорее всего, это была дальняя родственница Фатьмы?
Теймур резко поднялся.
- Хочешь знать, кто была эта женщина?
- Кто же?
- ... Гюльдаста!
- Кто?! - Володя подскочил. - Значит, воскресла? В огне не горит, в воде не тонет, нам не попадается. Вы уверены, что это была именно Гюльдаста?
Теймур не ответил.
- Отлично! Это же радостная весть! Гюльдаста обвиняла вас в своей смерти. А теперь все выяснится. Нет лучшего доказательства, что вы вели дело правильно. И вас обязательно вернут на оперативную работу.
Теймур сокрушенно вздохнул:
- Эх, Володя, трудно сказать, к лучшему это или нет... Лучше б она не воскресала! Пусть бы мне, как ушей своих, не видать оперативной работы, чем... Язык не поворачивается сказать тебе правду.
- Теймур Аббасович, что случилось? Да я всем, чем смогу...
Теймур подавленно молчал, пальцы его нервно обшаривали угол стола.
- Ты знаешь, с кем я видел Гюльдасту? С моим собственным братом, Сеймуром!
- А вы не ошиблись?
- Если б я ошибся, Володя! - Теймур вытер платком взмокшие ладони.
- Нет, подождите, не может быть такого! Как это... - растерянно заговорил Скворцов. - Может, это и был Сеймур, но не с Гюльдастой. Вы так много думаете о ней... Бывает, привидится... Нервы. Вы ведь и отдохнуть не успели.
- Ты сейчас и сам не веришь в то, что говоришь, Володя, - горько усмехнулся Теймур. - Я видел их, как сейчас тебя. Лучше б я ослеп!
Помолчали.
- Ну что же... - деловито заговорил Володя, стараясь не встречаться со взглядом Теймура. - Гюльдаста красива, а Сеймур парень со вкусом. Он мог просто познакомиться... Мог влюбиться, ничего не подозревая. Надо только вовремя вмешаться. Парень тут ни при чем.