Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Утром Алеша встал с тяжелой, гудящей, как котел, головой, вышел во двор и вместе с Халидом умылся до пояса ледяной водой. Усталость от бессонной ночи будто бы прошла. В тендире2 уже потрескивали дрова из отверстия тянуло горьковатым дымом. Оказывается, Наджабат встала раньше всех. Гюльдасты нигде не было видно, наверно, она еще нежилась в постели.
- Я каждое утро делаю километровую пробежку, - объявил Алеша. - Пока тетя Наджабат готовит чай, я пробегусь по дороге. Меня на смех не поднимут?
Халид слегка удивился такой привычке, но возражать, конечно, не стал.
- Бегай, на здоровье. Еще весь поселок спит. Только не задерживайся, а то завтрак остынет.
- Хорошо! - уже на бегу откликнулся Алеша.
Через три-четыре минуты он, запыхавшись, подбежал к рыбокомбинату. Сторож, которого заранее предупредили, сразу же пропустил его к Теймуру.
- Товарищ Джангиров, Гюльдаста напросилась в море на прогулку... Я с нею.
Теймур в это время брился.
- Ты чего запарился так? Бежал что ли?
- Ага, - перевел дух Алеша. - Бежал. Я сказал, что каждое утро пробежку делаю.
Теймур улыбнулся.
- Ладно, беги обратно. Смотри, будь осторожен на этой прогулке.
Через полчаса баркас, надсадно тарахтя, отвалил от шаткой пристаньки. Гюльдаста тронула Алешу за локоть.
- Посмот'ги, как к'гасиво!
И в самом деле, там, где Кура впадала в Каспий, словно бы кто-то развел гигантский костер. Неподвижные облака переливались в небе всеми цветами радуги и отражались в блестящей, как зеркало, тихоструйной Куре.
- Да-а! - только и смог сказать Алеша.
Чайки, привыкшие к пропахшим рыбой суденышкам, сопровождали баркас. Время от времени они шумливо кидались в воду и, отряхнувшись, снова взмывали ввысь.
Баркас направлялся к временному причалу на про* тивоположном берегу. Халид объяснил, что нужно взять баржу и отвести ее к рыбокомбинату.
- Алеша, давай сбежим на берег, - заговорщически прошептала Гюльдаста.
Баркас толкнулся бортом о заскрипевший причал и вдруг загудел, басисто, как заправский лайнер. Это было так неожиданно, что Алеша рассмеялся. Он прыгнул на дощатый настил, протянул руки Гюльдасте. Та, испуганно ойкнув, упала к нему в объятия и тотчас отстранилась.
Халид высунулся из рулевой рубки.
- Далеко не отходите. Там взрывают.
- Хо'гошо! - откликнулась Гюльдаста и весело обернулась к Алеше. Пойдем в лес, там, вон, кажется, ягоды есть.
- Ага, - с видом знатока сказал Алеша, - это ежевика. Пойдем...
Они взбежали по откосу наверх и сразу же окунулись в прохладный лесной сумрак. Колючие кусты, цепляясь за одежду, царапая руки, преграждали им путь. Гюльдаста все чаще вскрикивала от боли и вдруг прижалась к Алексею - в двух-трех шагах от них какой-то зверек выпрыгнул из-под куста и тут же скрылся с глаз.
- Это же заяц! Ты его испугалась, а он тебя!
- А ты был когда-нибудь на охоте? - простодушно спросила Гюльдаста.
"Я и сейчас на охоте..." - подумал Алеша, но вслух произнес:
- Нет. Только рыбачил.
Сквозь поредевшую чащу показалась степь. Вдали урчали два трактора. Внезапно оттуда донесся свист, а вслед за ним грохнул взрыв, похожий на орудийный залп. Алеша прислушался.
- Интересно, что там рвут?
- Идем, посмотрим, - бесстрашно предложила Гюльдаста и, раздвинув кусты, первая побежала в степь.
Алеша бросился догонять ее. Вдруг где-то рядом тревожно заголосил турач. От этого крика невольно сжималось сердце, словно кто-то прощался с жизнью: "Дайте весть, я пропал!" Гюльдаста остановилась как вкопанная. Алеша чуть не налетел на нее.
- Что это за птица? - спросил он.
- Не знаю. Я же городская... Пойдем вон туда.
- Эй, туда нельзя!
Гюльдаста с Алешей только сейчас заметили парнишку лет шестнадцати. Он сидел на громадном, вывороченном прямо с корнями, пне и аппетитно жевал лаваш.
- Что это он говорит? - заинтересовался Алеша.
Гюльдаста, ничего не ответив, подошла поближе.
- Почему нельзя?
- Не слышите, что ли?.. там же взрывают! - парнишка запихнул в рот остаток свернутого трубочкой лаваша, - здесь будет канал. Всю степь засеем хлопком.
Гюльдаста кивнула в сторону Куры, текущей в глубоком русле.
- А как же вода из реки в канал поднимется?
- Приведут плавучую водокачку. Это что-то вроде парохода. Плавает с места на место и воду подает на берег.
Гюльдаста перевела все это Алеше и опять обратилась к парню.
- Как тебя зовут?
- Алифага, - с достоинством ответил паренек, - я - чабан. Вон, видишь, коровы мои...
- А что же ты так далеко от них? - засмеялась Гюльдаста. - Ты умеешь кидать камни? Алеша, а ты? А ну, давайте, кто дальше?!.
Алеша оказался более ловким. Но Гюльдасте скоро надоела эта забава и она стала подбивать ребят, то бегать наперегонки, то бороться. Звонкий ее смех далеко разносился по степи.
Теймур, переодетый в брезентовую робу подрывника, следил за молодыми людьми, спрятавшись в глубокой воронке, на опушке леса.
Странное это было зрелище-высокое, бездонно-голубое небо, и на широкой, покрытой красноватыми кустами равнине - трое, бегают, смеются.
Не верилось. Никак не верилось, что эта веселая, задорная девушка преступница.
"Гюльдаста, красавица Гюльдаста, кто же ты? Кем бы ты могла стать? Ведь не будь этой проклятой войны, не повылезала бы из своих щелей разная шпана, которая прибрала тебя к рукам. Да, не всех война губит одним оружием..."
И в то же время Теймур отлично понимал, что скажи он сейчас все это Гюльдасте, она вызывающе расхохочется прямо ему в лицо.
- Дурак-человек, иди пой свои песенки кому-нибудь другому.
Теймур сжал губы.
"Нет, Гюльдаста, может быть ты и не враг. Но ты мина. Оставляли же фашисты после себя мины замедленного действия. Вот и ты такая же. А мины надо обезвреживать!".
И Гюльдаста знала. - попадись она, ей не поздоровится, слишком много крови на ее руках. Потому она и петляла, стараясь сбить с толку своих преследователей, то затащила к себе Володю, то вдруг помчалась на Банк. "Удастся - так простокваша, не удастся - кислое молоко". Терять ей было нечего. А пока что она дурачилась с ребятами. Веселой возне, казалось, не будет конца.
Но вдруг, почувствовав, что у нее опустились чулки, Гюльдаста отбежала к опушке леса. Зайдя за куст, она подняла подол платья и чуть не вскрикнула - из глубокой ямы на нее угрюмо смотрел мужчина в брезентовой куртке. Было что-то знакомое в темных, сосредоточенных глазах, в крепко сомкнутых, упрямых губах.
Гюльдаста спокойно выдержала взгляд незнакомца, повернулась и не спеша направилась в сторону, откуда доносились голоса друзей.
Теймур выпрямился, хлопнул себя по карману - "Эх, закурить бы!"
Узнала или нет? Если узнала, - остается позавидовать ее выдержке. Что же делать? Поторопиться с финалом? Или ждать, терпеливо ждать конца игры, пока не ясен будет каждый ход, каждая нить ловко налаженной связи. Задержать ее можно в любое время. Хоть сейчас. Но дело в том, что сейчас она еще может отпираться, путать карты. Пока что ясно одно: сообщники ее, видимо, деморализованы, растеряны. Гюльдаста предприняла эту поездку к тетке с единственной целью сбить нас с толку. Надо ждать...
Через несколько минут Теймур осторожно выбрался из ямы и скрылся в лесу.
На следующее утро Гюльдаста тепло прощалась с Алешей. Уезжала в Баку она с легкой ручной сумкой, как видно, оставив чемодан у тетки.
В тот же день Алешу вызвал к себе заведующий лабораторией. Алеша заявил, что, по его мнению, самое подходящее место для практики - рыбозавод в Гумбаши. Правда, нужен специальный пропуск - рядом граница. Ну что ж, он поедет за пропуском в Баку. Этот ход придумал он сам.
XII
Теймур, вернувшись в Баку, немедленно явился к Тарланову с подробным докладом о поездке на Банк. Не забыл упомянуть и о случайной встрече с Гюльдастой.