Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Теймур отпустил мать, поправил гимнастерку.
- Послушай, ты уже три года ведешь со мной эти политбеседы. Возьмись-ка лучше за Сеймура. А я... может, совсем не женюсь. А может, приведу кого-нибудь, что ты и сама рада не будешь.
У Джаваир дрогнули губы.
- Так нельзя. Есть порядок, обычаи...
Теймур уже взялся за ручку двери.
- Вот найду девушку по душе, а потом справляй все обряды и обычаи.
В это время калитка широко распахнулась, на пороге показался Сеймур. Пальто, темно-синего драпа, на нем было расстегнуто, серая каракулевая ушанка съехала ее затылок.
- Слыхал? - он с трудом перевел дыхание. - Говорят, деньги будут менять.
Теймур покачал головой.
- Нет, не слыхал.
- Да-а?... - недоверчиво протянул Сеймур, - посмотри, какой переполох в городе!
- Пусть беспокоятся те, у кого денег много. А нам-то что? - пожал плечами Теймур.
- Ай, ай, ай! - всполошилась Джаваир, - хорошо, что вспомнила. У нас ведь тоже лежат деньги, тебе на костюм. Надо обменять.
- Потом, как-нибудь, - отмахнулся Теймур, прикрывая калитку.
- Как это "потом", - донеслось до него. - Они у нас не краденые, слава богу!
На улице Теймур встретил сержанта Бабаева. Немолодой, круглолицый, сержант отличался тем, что с одинаковым выражением липа мог высказывать и очень дельные мысли, и очевидные нелепости. Поприветствовав Теймура, он посмотрел по сторонам и, словно бы сообщая тайну чрезвычайной важности, прошептал:
- Товарищ Джангиров, тут неподалеку есть очень подозрительный дом, там колокольчик звенит.
- Ну и что же? - усмехнулся Теймур, - в каждом дворе есть какие-нибудь забавные штуковины, где мельничка ветряная, где пропеллер на заборе.
Бабаев пожал плечами.
- Тебя, товарищ Джангиров, не узнать. Совсем бдительность потерял. Я тебе говорю - тут дело нечисто. Колокольчик не забавы ради подвесили, а для сигнализации.
Теймур испытующе посмотрел на сержанта.
- Кажется, ты не шутишь?
- Какие там шутки! Вот ведь верно сказано: у обманщика дом сгорел никто не поверил. Клянусь тебе, не шучу.
- Тогда все, как следует, проверь. Узнай, кто там живет, чем занимается. Но так сделай, чтобы и тени твоей не заметили. А то подозрительные люди насторожатся, порядочные - обидятся.
- Слушаюсь, - Бабаев козырнул.
Расставшись с ним, Теймур вышел на Советскую. Здесь у барьера, отделяющего нагорный район, он остановился. Прямо из-под ног, неровными уступами, сбегали вниз плоские крыши. Казалось - город стекает к морю. За последние годы Баку, на глазах Теймура, стряхнул с себя пыль и копоть, стер пятна маскировки и словно выпрямился во весь рост.
В трамвае Теймур заметил, что многие пытаются разменять крупные купюры.
- Откуда я возьму мелочь! - возмущалась кондуктор, - одни сотни дают.
Город такой спокойный и величавый сверху - кипел. У магазинов толпился народ, всюду только и говорили о денежной реформе. Шли толки, что во время войны фашисты забрасывали на оккупированную территорию фальшивые деньги, которые смешались с нашими, советскими. Но теперь-то все будет в порядке. Многих это радовало, но были и такие, кого реформа очень испугала. По улицам метались люди, объятые страхом и тревогой. Они кидались из одного магазина в другой, покупая все, что попадало под руки, в основном вещи дорогие и часто совершенно ненужные.
Около одного магазина Теймур невольно остановился. Мужчина, окруженный детьми, топтался у входа, все они были нагружены свертками и пакетами.
Малыши то и дело что-нибудь роняли. Однако мужчина ничего не замечал. Теймур видел, как эта компания ввалилась в аптеку, а через несколько минут снова появилась на улице, дополнительно нагруженная пакетами ваты. В конце процессии ковылял самый младший, обеими ручонками прижимая к себе стеклянную посудину с резиновой трубкой, конец которой волочился по тротуару.
На улице Зевина, возле ювелирного магазина бурлила толпа. Спекулянтки в клетчатых шалях, усатые старики, наглые парни в кепочках-восьмиклинках, выкрикивая ругательства, рвались к дверям. Внимание Теймура привлекла красавица лет двадцати-двадцати двух. С остер венением, которое никак не вязалось с ее внешностью, она расталкивала людей плечами, локтями, бедрами, "Пропустите меня, пропустите!" - расслышал Теймур.
Девушка, извиваясь змеей, пробралась уже к самому входу, когда на пороге магазина появился красный, встрепанный милиционер. Толпа отхлынула, но через мгновение с ревом устремилась вперед. Раздался звон, зеркальное стекло с золотой надписью "Вход" разлетелось вдребезги. Послышался чей-то вопль. Теймур кинулся в толпу, с большим трудом ему удалось вытащить из давки немолодую окровавленную женщину. Вместо того, чтобы поблагодарить, она накинулась на него с бранью за то, что он лишил ее возможности попасть в магазин. Но Теймуру было не до нее. Он взглядом нашел ту самую девушку.
- П'гопустите меня, п'гошу, - умоляла она милиционера, оборонявшего вход в магазин. Рука девушки вдруг нырнула в сумочку, а затем неуловимым движением что-то сунула ему в подставленную ладонь. Милиционер, подавшись грудью вперед, осторожно приоткрыл дверь...
Теймур стиснул зубы, огляделся, поблизости никого не оказалось. Он выбежал на угол, вскинул свисток. Ему тотчас ответили из-за музея Низами, из Крепости. Послышался топот сапог. Теймур, не дав милиционерам отдышаться, приказал:
- Немедленно установить порядок у магазина.
Минут через пять улица приняла обычный вид. Шум и толкотня около магазина прекратились. Теймур презрительным взглядом смерил милиционера, дежурившего у дверей.
- Негодяи, форму позоришь!
Выяснив в каком отделении он служит, Теймур поручил одному из милиционеров, которые подоспели к нему на помощь, позвонить и вызвать оттуда кого-нибудь. А сам перешел на другую сторону, продолжая наблюдать за магазином.
Теймур прождал больше часу. Пожалуй, еще никого в жизни не ждал он с таким нетерпением. "Пусть опустошит свой кошелек, пусть выйдет с полными руками - мне будет легче", - успокаивал он себя.
Не желая повторять ошибок Тарланова и Самедова, Теймур решил действовать осторожно. Манеры девушки, ее картавость подтверждали догадку. Он почти не сомневался, что это - Турач, которую он так долго искал. Надо незаметно понаблюдать за нею, выяснить связи и постараться схватить всю шайку.
Но правильно ли он поступает, что открыто стоит здесь и ждет? А что же делать? Ведь обязательно надо узнать ее настоящее имя, занятие, местожительство.
Наконец, девушка появилась на пороге магазина с целой охапкой свертков в руках. Глаза ее удовлетворенно блестели. Она подозвала такси. Шофер предупредительно распахнул дверцу, помог девушке уложить свертки.
Других машин поблизости не было. Что делать? Теймур тронул шофера за плечо и решительно опустился на переднее сиденье.
- В милицию, - коротко бросил он.
Девушка возмутилась:
- Машину остановила я, а вы лезете!..
Теймур спокойно повернулся к ней:
- Извините, гражданка, но я должен доставить вас в отделение, где вы уплатите штраф за разбитое стекло.
- Так зачем же ехать в милицию? - тон ее вдруг стал заискивающим. - Я здесь уплачу. Вот получите, сто хватит?
Теймур не ответил. Он внимательно следил за девушкой в шоферское зеркальце. Да! Старая Джаваир, наверное, сказала бы: "не девушка, а картинка". Пассажирка истолковала его молчание по-своему.
- Ладно, нате двести.
Теймур нахмурился.
- Зачем торговаться, гражданка? Мы же не на базаре...
- Стой! - крикнула девушка шоферу.
- Поезжай, - негромко приказал Теймур.
У пассажирки растерянно забегали глаза, куда делась ее недавняя надменность.
- Так с девушками не поступают - вдруг заворковала она. - Неужели вы меня повезете в милицию?
Теймур постарался успокоить ее.
- Не волнуйтесь, гражданка. Мы вас надолго не задержим. Это - простая формальность. Я составлю протокол, вы прочтете и подпишите. Потом получите извещение, и внесете деньги в банк.