Вагон святого Ипатия (СИ)

Кое-какие подтверждения подобным планам были получены и от Батюшина. По его сведениям, японцы приступили к формированию новых трех дивизий. Особенностью этих дивизий было наличие в их составе большого количества тыловых и вспомогательных подразделений, укомплектованных китайцами. Не самое лучшее решение, но деваться японцам было некуда. Численность подготовленного резерва у них была достаточно низкая. К тому же, в связи с освоением захваченных земель, у них и резерва рабочей силы почти не осталось. Заводы, фабрики, рудники и шахты, требовали огромного числа рабочих рук. Можно было и местной рабочей силой обойтись, но ведь в данный момент требовалась не всякая рабочая сила, а в первую очередь лояльная. Поэтому, японцы начали творить такое, чего за ними в моем времени не наблюдалось. В первую очередь, начался масштабный вывоз поданных микадо в завоеванные земли, для работы на полях и промышленных предприятиях. Вывезенных работников селили возле предприятия в закрытых жилых городках. И независимо от семейного положения, каждого работника обеспечивали наложницей из местных девушек. При этом, работник был обязан иметь от наложницы не менее двух детей, воспитанием которых занималась специальная социальная служба.
Траты у японского правительства получались огромными, но оно надеялось при помощи интенсивного развития покончить с зависимостью от западных держав. И потихоньку у них это выходило. Достаточно посмотреть на развитие их оборонки, чтобы понять простую вещь: Япония подошла близко к тому, чтобы войти в клуб великих держав. Правда, вслед за Японией к этой цели шла и Корея, развитие которой шло более быстрыми темпами. Причем, благодаря тому, что корейцы не нуждались в завоеваниях, рост их уровня жизни не отставал от экономического роста. Хотя, армия и флот у нее уже были современные.
С корейским флотом вообще все забавно вышло. Сперва я сплавлял им разного рода старье. Немного разбогатев, они стали у нас заказывать более современные боевые корабли. А в этом году они прибавили мощи за счет американцев. Дело в том, что американцев бесило то, что им приходилось без всякого для себя толка, содержать интернированные в Пусане и Петропавловске-Камчатском корабли. Причем, в Корее без всякой пользы находились и интернированные экипажи. Стоит ли говорить о том, что начиналась эпоха дредноутов и корабли эти морально устарели? Но ведь не зря меня заглазно прозвали Старьевщиком! Выручил я своих заклятых друзей! Хотя все прежние правила были нарушены и продажа кораблей воюющим державам шла полным ходом, я решил не дразнить гусей и заработать детишкам на молочишко продажей американских уже кораблей только нейтральным странам. Законный повод для такого решения у меня был: непогашенный вовремя долг по военному займу. В принципе, американцы не особо и возражали. Да и смысла не было возиться с кораблями, которые не получится использовать по назначению во время войны. А уж если за них скостят часть долга, то расставаться с этой обузой следовало без всякого сожаления. Что и произошло. Правда, согласовывать страну-покупателя все равно пришлось. Но и тут мы быстро пришли ко взаимному согласию. Часть кораблей купила Корея, а другую часть – Королевство Сиам, чьи моряки давно уже учились у нас во Владивостоке.
Точно так же был решен вопрос и с интернированными экипажами Азиатской эскадры. Правительство САСШ разрешило всем им поступить на временную службу в Сиамский флот. Вроде бы и чудесно все, но нашлись и недовольные. Первого из недовольных звали Витторио Резун. Именно он поднял в очередной раз вопль про «Американский Ледокол» и о тайном союзе Америки с Кореей, Гавайями и Сиамом, который направлен на завоевание господства на Тихом океане. Второй недовольный – это Франция, которой не нравилось усиление Сиама. Да ей много чего не нравилось. Например, союз Германии с Испанией. Плоды этого союза уже приходилось пожинать. Испанцы пока что вежливо, но уже настойчиво намекали французам, что их присутствие на Филиппинских остравах, Кубе и Пуэрто-Рико крайне нежелательно. Что интересно, Берлину таких намеков Мадрид не делал. И французы понимали, к чему это все клонится. Но более всего им не нравилось то, что сила обстоятельств толкает американцев на союз с Германией. Чем это чревато, они прекрасно понимали. А если учесть, что отношения России и Америки носят дружественный характер? В общем, мириться с таким положением вещей галльский петушок не собирался. И если в отношении России еще можно было надеяться на лучшее, то в отношении САСШ следовало поступать радикально. Поэтому французы легко пошли на союз с Великобританией и готовились принять участие в предстоящем «веселье».
 
Логика их было простая: Союз САСШ с Германией и дружба с Россией, хоронит надежды на возвращение Эльзаса и Лотарингии. А это недопустимо! Следовательно, следует устранить возникшие на пути к цели помехи. Помех этих несколько: «Георгиевская клика» в России, «Роза Тампля» в самой Франции и Америка. Начинать следует с Америки, пока она не успела втянуть в войну на своей стороне Россию и Германию. Вопрос только с посылкою войск. Их нужно много. Но начинать мобилизацию чревато. Всполошишь Германию преждевременно. Но ведь войск нужно много! Как быть? Выход был найден.
В один прекрасный день, президент Мексики Порфирио Диас выступил с прощальным обращением к нации.
В своем обращении, господин президент заявил о том, что в результате его мудрого правления, народ Мексики освобожден от всего, от чего только можно освободить человека. Что в данный момент народ страны является самым свободным народом Америки. И все бы ничего, но у этой свободы есть враги. И он, Порфирио Диас прекрасно знает имя этого врага и место его жительства. Имя этому врагу – гринго, и живет он за Рио-Гранде, на отнятых у Мексиканского народа землях.
Беды, выпавшие на долю их многострадальной страны, не давали возможности заняться Реконкистой. Но сейчас ему, президенту Мексики, удалось убедить все прогрессивное человечество в том, что земли к северу от Рио-Гранде должны вернуться к их законному хозяину. И человечество, вняв громким воплям о свободе, готово прийти на помощь мексиканцам.
Ну а дальше, президент Диас пожаловался на преклонный возраст, который мешает ему возглавить эту самую Реконкисту, и предложил нации доверить это святое дело более молодому руководителю. Правда, сейчас не время затевать долгую и сложную предвыборную компанию, поэтому новый президент будет просто назначен. А когда закончится освобождение Северных Территорий, вот тогда народ и выберет самого достойного. И Диас сообщил, что уже выбрал преемника. Им оказался Августин де Итурбиде. Кто бы сомневался? Правда, я ожидал очередного военного переворота, но видимо англо-французы сочли неразумным прибегать к такому способу передачи власти и «рекомендовали» Диасу более мирный вариант. Странный правда получился президент. Должность у него чисто республиканская, а обращаться к нему следовало в соответствии с его прежним положением: Его Императорское высочество! Ну чисто из уважения к потомку славной династии. Во всяком случае так было объяснено всему миру.
Не успела пройти процедура инаугурации, как правительство Мексики срочно запросило помощи у европейских держав. Устами Его высочества, бедная страна просила помочь ей противостоять «проискам американского империализма». Помощь подразумевалась всякая, в том числе военная. И она была оказана.
Первой на призыв о помощи отозвалась Франция. Ради Мексики она даже на время «забыла» о своем споре с Германией насчет Марокко. Первым в Веракруссе высадился Иностранный Легион. Следом была доставлена флотилия дирижабельных сил в составе двенадцати боевых и шести транспортных дирижаблей. И в третью очередь были отправлены 1-я механизированная бригада (24 сверхтяжелых танка) и четыре противодирижабельных дивизиона. Ну и до кучи – вспомогательные и тыловые подразделения. Дополнительное усиление французских экспедиционных сил произошло в результате вербовки кубинских ветеранов освободительной войны против Испании. Из этих ребят уже на месте сформировали четыре кавалерийских полка.