Пернатым не место во дворце (СИ)

Зубастый стоял рядом с таким видом, будто сделал хорошее дело, а не сдал меня с потрохами. Это показательная порка словесными розгами только увеличила пропасть между нами.
Как хорошо, что я не притащила торговца в лес! Так у него был шанс выжить. Тут же мужчину ждала верная смерть от рук отца или жениха. Ненависть к чужакам горела в их глазах, как лесной пожар.
Отец поклялся, что запрет меня в клетке позора на неделю, если я хоть на минуту покину территории клана. И теперь я ломала голову, как же проверить состояние торговца.
- Вупи! - я подлетела на кровати, подбежала к окну и распахнула ставни.
Голубая пичужка шарахнулась в сторону и с опаской подлетела ближе:
- Вряд ли ты так рада булкам... - птица не зря со мной бок о бок столько лет. Знала, что я что-то задумала.
- Залетай! - я гостеприимно отошла в сторону, освобождая дорогу пернатому другу.
- Эм-м-м, тут, пожалуй, полетаю. Там Лысый печенье трескает, может, что и перепадет.
- Вупи приземлился на подоконник и заходил туда-сюда, рассуждая: - У тебя же нет заначки, правда? Ты вчера говорила, что последнюю мне скормила. Значит, ловить мне нечего .
- Пустая моя голова! - я хлопнула себя по лбу. - Еще целая коробка есть!
- Целая коробка? - Вупи рухнул назад в притворном обмороке, дернул лапками и приоткрыл один глаз: - И все мне?
- Все тебе! До последней крошки! - пообещала я, осторожно беря птицу на раскрытые ладони.
Вупи резко открыл глаза и приподнял голову, обвинительно глядя на меня:
- Я туда не полечу!
- Ну, Вупи, пожалуйста! Только проверь, жив ли! Скажи, что я не могу пока прийти! -умасливала я птицу: - А печенья твои любимые, с семечками, из васильков и подсолнечников, так и пахнут солнцем!
- Жестокая! - пташка жалобно поджала лапки, лежа на спине, а потом хитро прищурилась: - Только посмотреть?
- И сказать!
- Ничего не скажу! - отвернулась птица, фыркнув, как недовольный еж.
- Хорошо-хорошо! - я видела, что еще немного, и Вупи вовсе откажется помогать. Даже печеньями не уговорю!
- Целую коробку! Сразу! И все мне! - птица перевернулась, встала на лапки и осмотрелась по сторонам. - Покажи, что точно есть!
- Вупи! - возмутилась я. - Ты мне не доверяешь?
- Когда речь о целой коробке цветочного печенья, я не доверяю никому! - Вупи выглядел неумолимо, его упрямство вызывало улыбку.
Я посадила птицу на кровать, а сама полезла под нее и вытащила припасенную коробку. Как я кстати вчера утром посетила кухню!
- Вот, смотри! - я показала железную коробку, под завязку наполненную цветочной выпечкой, и засмеялась над вытянувшимся клювом Вупи. Щелкнула крышкой и сказала: -Сначала слетай!
- Вредная! - птаха обиженно нахохлилась. - Хоть одну бы дала на дорожку! Для скорости!
- Наоборот! Так ты стрелой полетишь и вернешься быстро. Печенька тебя только утяжелит.
Вупи поднялся в воздух, сделал круг по комнате и вылетел в окно со словами:
- Это первый и последний раз, когда я так продаюсь! Так и знай!
- Знаю, знаю! - крикнула вдогонку и застыла у окна в тревожном ожидании.
Жив ли незнакомец? Перенес ли влажность лесной опушки? Помогло ли снадобье Травницы?
Вупи не было невыносимо долго. Наконец, когда я уже была готова бежать на поиски птицы, в листве мелькнул лазурный хвост.
- Что там? - спросила, как только цепкие лапки коснулись деревянной рамы.
Вупи мрачно посмотрела в ответ и вздохнул.
- Что там? Не пугай меня! Тебя поймали на полпути? Не пропустила защитная магия? -предположила я.
- Видел я чужака, - буркнула птица, опустив клюв.
И у меня все опустилось.
- Жив?
- Если можно так сказать... - пробормотал Вупи.
- Ты подлетал? Слушал дыхание?
- Его то озноб бьет, то лихорадит, - поделилась птица. - Выживет ли он? Уж как решит Великий Янус!
- Все так плохо? - я прикрыла рот рукой. Хотелось бежать и самой посмотреть на состояние раненого, но Зубастый ходил по мосту напротив, то и дело заглядывая в окна. Караулил!
- Плохо, Пернатая! Но ты сделала для него все что могла! - казалось, птица сама расстроилась от увиденного.
 
- Вупи, - я умоляюще посмотрела в глаза птице. - Очень тебя прошу, ты мог бы и завтра слетать на разведку!
Птаха нахохлилась, посмотрела в сторону коробки печенья на кровати и молча кивнула.
Следующая неделя показалась мне сплошной нервотрепкой. Я охотилась на обелиску, но та ускользала от меня, словно дух леса. Зубастый не сводил с меня глаз, словно преследовал с рассвета и до заката. А Вупи приносил с опушки леса лишь неутешительные новости - раненому не становилось ни лучше, ни хуже. Торговец, по словам птицы, не приходил в сознание.
Но самой убийственной вестью было объявление отца о том, что завтра вечером состоится традиционное испытание силы моего жениха - Зубастого. Если тот докажет, что может исполнить желание невесты и окажется достойным ее, то со следующей молодой луной состоится наша свадьба.
- Пернатая, дочь Дикого, назови свое желание! - громко спросила Ведунья, что проводила все ритуалы Лесных.
Лобное место было полно соклановцами. Толпа замерла в ожидании. Казалось, что все затаили дыхание, до того хотели услышать желание невесты, дочки вождя.
- Поймать живой птичку-обелиску! - так же громко сказала я, зная, что если я -Пернатая - не смогла за год ее поймать, то куда уж Зубастому!
Никакой свадьбы! Только свобода!
- Зубастый, сын Г олосистого, ты слышал желание своей невесты? - спросила женщина, чья кожа была усеяна рисунками рун.
- Слышал, Ведунья! - почтительно поклонился мужчина в медвежьей шкуре.
- Испытание силы начинается сегодня после заката и продлится до завтрашнего захода солнца. Зубастый, сын Голосистого, докажи, что ты достоин быть с Пернатой!
- Давай! Давай! Давай! - стали выкрикивать со всех сторон.
Зубастый подошел ко мне, опустился на колени, положил руку на грудь и прорычал обещание:
- Я пройду испытание, иначе я недостоин Пернатой!
 ГЛАВА 5. 
 
Медвежья морда на голове жениха смотрела с хитрым прищуром, а от самого мужчины исходила повальная волна уверенности в себе. До дрожи! Самый сильный Лесной не сомневался, что пройдет испытание невесты и одержит очередную победу.
- Живой так живой! - нареченный воткнул кинжал в землю, обещая, что возьмет обелиску голыми руками. Лесные возликовали! Воины клана поддержали рычанием и громким топотом.
Темные, как ночь, глаза блеснули в предвкушении. Жесткая линия рта изогнулась в плотоядной улыбке.
- Пернатая, скоро будешь моей! - прошептал Зубастый. Но я услышала!
Один мой вдох, и медвежья шкура скрылась в темно-изумрудной зелени. Ветви качнулись и замерли, словно никого и не было.
Жених с таким рвением бросился на поиски обелиски, что я запаниковала: неужели поймает? Просто на чистом упорстве? Что если подвернется случай?
Затаив дыхание посмотрела на заходящее солнце, что полыхало оранжевым заревом, и прислушалась к себе. Предчувствие молчало, словно рыбка в лесной реке.
Будет ли Зубастому сегодня сопутствовать удача?
- Пернатая, теперь все решит Великий Янус, - положил мне руку на плечо отец.
- Зачем Зубастый отправился на ночь глядя? Птицы спят... - это беспокоило меня больше всего.
Я поняла, что всегда охотилась на озорную пичужку с рассвета и до заката, но ночью -никогда. Когда на лес опускалась влажность, все закрывались в своих домах, животные прятались в норах, а птицы - в гнездах. По негласному закону жизни никто никого не тревожил , давая передышку в вечной суете.
 
Что, если нареченный найдет убежище обелиски? Что, если легко схватит ее?
Какой позор мне и счастье ему! Столько преследований против одной ночи!
- Я год за ней гонялась, - прошептала я, нервно теребя серьгу-перышко. - Обелиска юркая, как заяц, и хитрая, как лиса. Неуловима, словно лесной дух. Она же ему не дастся?