Пернатым не место во дворце (СИ)

- Пернатая. - откашлялся отец, напоминая, зачем я сюда пришла.
Я низко поклонилась и поблагодарила:
- Дерек, сын Гор, спасибо тебе за спасение моей жизни!
- Я сделал то, что должен был, - немного растеряно сказал мужчина, спустил ноги с кровати и встал, ответно поклонившись. Он ничего не знал о наших обычаях, но пытался проявить уважение, вызвав одобрительное кряхтение со стороны отца.
- Ты не должен кланятся в ответ, просто прими благодарность от моей дочери, - сказал Дикий.
- Я принимаю твою благодарность, Пернатая, - Дерек так смешно облачил слова в официальную форму, что я улыбнулась.
- Дерек, сын Гор. Когда моя дочь полностью пришла в себя и поблагодарила тебя, я хочу тоже воздать должное твоей доблести и отваге. Я хочу спросить тебя, что ты предпочтешь в награду. - вождь хлопнул в ладоши и в комнату занесли огромный сундук с самоцветами: - .вот этот сундук сокровищ за жизнь моей дочери или.
Тут Дикий замялся, словно сомневался в минутном порыве, но все же решительно сказал:
- Или же стать одним из Лесных, частью нашего клана! Я готов принять тебя, как сына, обучать, наставлять, чтобы ты быстро привык к жизни в лесу. Что скажешь?
Я наблюдала с открытым ртом, краем сознания отмечая, что сокровища оставили торговца абсолютно равнодушным, а вот предложение стать одним из Лесных зажгло синее пламя в глазах.
Чужак опустился на одно колено, приложил руку к груди и горячо произнес, словно боялся, что вождь передумает:
- Я Дерек, сын Гор, с удовольствием приму наивысшую благодарность и стану вашим сыном и членом клана Лесных!
- Значит, так тому и быть! Завтра проведем обряд посвящения! - вождь стукнул посохом о гладкую поверхность пола, словно увековечивая слова.
 ГЛАВА 11. 
 
Вода лесной реки текла сквозь пальцы, ласкаясь, словно пушной зверек. Я лежала на валуне и думала о том, как же все может перевернуться в одночасье.
Жених стал чужим, а чужак вот-вот станет «своим». Даже отец был настолько тронут мужеством торговца, что не только впустил на территорию клана, но и лично выходил своими запасами целебных трав!
Это огромная честь для любого лесного, не то, что для сына чужой земли!
Сразу вспомнились слова одной мудрой старушки из клана - Молчуньи. Она всегда говорила редко, но по делу. И как-то женщина изрекла: «Ты папино сердце. Береги себя»
Похоже, чужак нашел путь в клан как раз через эту тропу...
Вупи вылетел из-за дерева, как выпущенная стрела из лука, и заверещал:
- Пернатая! Травница идет в дом вождя требовать с тебя долг!
Секунда - и я уже на ногах.
- Колючки ей под ноги, что ж такое! - я понеслась по дебрям, чтобы сократить путь и как можно быстрее оказаться у дома.
Нельзя допустить, чтобы отец узнал, что я отдам обелиску в оплату снадобья для чужака! Вождь подружился с лиловой птицей, кормил по утрам, пытался повторить щебетание и говорил, что я не зря гонялась за такой красавицей столько времени. Но самое страшное -Дикий сказал, что это дух лесной девы, и я должна хорошо позаботиться об обелиске!
Мягкие мокасины не спасали от острых веток, но я терпела боль. Лишь бы успеть! Пролезть под поваленным деревом, мимо болота, и там останется рукой подать до поселения.
- Пернатая! - предупредительный окрик Вупи заставил притормозить и осмотреться по сторонам.
- Что такое? - спросила я тихо, так как ничего опасного вокруг не видела.
- Смотри! - Вупи показал клювом в сторону от заваленного дерева, и я ахнула.
Зубастый яростно натирал накидку воина каким-то корнем и не заметил моего появления. Он настолько погрузился в себя, что даже не видел лисицы, любопытно сующей нос в шкуру.
- Уйди, плутовка! - шикнул на нее Зубастый, когда та совсем потеряла страх и приблизилась почти вплотную. Кажется, позарилась на вяленное мясо в мешке у мужчины на поясе. - А то на воротник Пернатой пущу! Она только птиц любит, а вот меха с удовольствием поносит!
Неправда! Я и в перьях вся! Только для этого убивать никого не надо!
 
- То же мне, сердобольный! - фыркнул Вупи. - Лису ему жалко, а человека нет!
- Для него он чужак, - наверное, это было дико, но я понимала Зубастого. Сыновей леса с детства воспитывали так, что все существующее вне клана - огромная опасность. Что Огненное сердце - ценная реликвия, и они должны защищать его любой ценой. Я знаю, что Зубастый без раздумий положит свою жизнь за спасение клана. А вот за спасение любимой, как оказалось, замешкается...
Вдруг мужчина обернулся и замер, словно его застали за воровством. Осторожно положил накидку за спину и медленно встал.
- Пернатая. - в моем имени было столько сожаления и раскаяния , что я сразу перестала на него злиться.
Зубастый направился ко мне, и я словно очнулась ото сна:
- Я спешу!
- Подожди! Дай объясниться! Вождь не подпускает меня к тебе на расстояние выпущенной стрелы!
- Есть за что! - я прошла мимо, но Зубастый схватил за пояс.
- Пернатая! Я виноват! Я должен был спасти тебя вместо этого. - казалось, что если он назовет Дерека по имени, то умрет. И словно выплюнул - . чужака.
- Поздно, Зубастый! - я попыталась отцепить его пальцы, но мужчина не отпускал.
- Пойми меня, я не просто жених, я веду лесных на бой! Отвечаю не только за себя, на мне жизни сотни ребят. И в те секунды сомнения я думал, что больше некому взять на себя управление! Что не вырастил замену! Что если нападут полевки, самому вождю придется вести клан, а огненное сердце останется без вождя!
- Ты знаешь, что с Огненным сердцем нам всегда сопутствует удача! Что с ним мы не будем знать поражений! - я больше не хотела слушать. Лучше бы сам не оправдывался, я в голове для себя его и то складнее оправдывала!
Зубастый держал так цепко, что не вырваться. А отчаяние билось во мне пойманной птицей.
Нет! Я уже не хочу будущего с ним, да и никогда, признаться, не хотела! Я получила свободу и не собираюсь дать поймать себя снова!
- Все кончено, Зубастый! Отец потерял к тебе доверие!
В глазах мужчины блеснул гнев, и я побоялась, что в пылу гнева случится нечто непоправимое. Сделает своей, а потом поставит отца перед фактом, а мне и слова сказать не дадут!
Эти мысли прибавили дерзости. Я вонзила острые зубы в руку Зубастого, оставляя красный след укуса.
- Ай! - разжал руку бывший жених, и я бросилась прочь.
- Пронесло! - Вупи поравнялся со мной.
- А ты где был? Снова в сторонке отсиживался?
- Ничего подобного! Я в глаз целился клювом!
- Так долго?
- Зато прицельно!
- Хватит болтать! Лучше лети вперед, останови Травницу! Скажи, что я бегу!
Вупи сделал в кое-то веки, как я просила, и зашелестел крылышками.
Травницу я поймала перед последним мостом до дома вождя. То, что старушка, хромая на одну ногу, забралась сюда и покинула свой дом на земле, говорит о том, что ее терпение лопнуло, и торговаться она не намерена. Это же подтвердил ее строгий взгляд и протянутая рука.
- Обелиска! - потребовала она.
Знала, что я получила свою долгожданную птаху.
Я закрыла глаза на мгновение, хотя все эти дни мысленно готовила себя к тому, что нужно будет ее отдать. Оттого и не подходила к лиловой егозе, не брала в руки, не давала имени, не приручала. Папа думал, что я стала ее бояться, как узнала от Ведуньи про душу лесной девы.
- Обещание есть обещание, Пернатая! Я сделала свое дело, твой чужак живее всех живых! Так еще и тебя спас!
Если бы не спасла, то и вызова бы не было! И отравления ядом тоже! - подумалось мне, а потом голос совести весомо сообщил: - Но ты бы никогда не смогла пройти мимо, так что не тешь себя, не режь и не вини!
 
- Хорошо, Травница. Подожди здесь!
Я вошла в дом и застыла, прислушиваясь. Тишина. Похоже, даже чужак отдыхал перед вечерним обрядом посвящения, а отец, наверняка, готовился на лобном месте.