Звезда сомнительного счастья (СИ)

Пацан наконец-то заткнулся и выжидательно уставился на меня.
- Меня зовут Елена – разлепила я губы и полезла в свои мешки.
Колбаса была немного надкусана, а хлеб отломан неровным большим куском, но это не смутило моего информатора.
- Спасибо! А это ничего, если я всё доем? Ты была когда-нибудь на рынке в большом городе? А я вот уже бывал. Мейдстон – самый крупный город в северо-восточной провинции. А на городских праздниках уже бывала?
Я отрицательно покачала головой, несмотря на то, что Варину мой ответ был не важен.
- Это хорошо, что выбралась из своей деревушки. Поди, сама-то из Бромиджа будешь? Мы с отцом так и подумали, тут больше неоткуда идти. Ты только не стесняйся, подумаешь! Мы сегодня останемся в Мейдстоне. Отец после хорошей торговли всегда база в харчевне возле городских ворот напьётся. А сегодня так и вовсе, говорят, на площади две бочки база выкатят. Угощение для простого люда.
Судя по энтузиазму Варина, местный праздник – это нечто грандиозное, это как минимум. А если ещё к нему и выпивка прилагается…
- Отец! – парень подполз ближе к вознице – А ежели мы Елену с собой на рынок возьмём? И нам в помощь, и девчонка мир посмотрит. А то отпустили одну из дома-то, и всё на этом!
Возница повернулся ко мне и важно кивнул. Облагодетельствовал, выходит. Но я не из тех, кто будет капризничать. На рынок – значит, на рынок! Информация – наше всё. Да и парнишка очень уж словоохотливый. Не думаю, конечно, что его познания чрезвычайно глубоки, но для меня сейчас нет неважных вещей.
Так что, пока мы неспешно передвигались по укатанной дороге, я узнала, что нахожусь в благословенной Богом провинции Сурадей государства Энландия. Сам государь находится далеко и самолично своей парсуной простой люд не балует, зато назначает в каждую провинцию наместников. Причём наместники были такими царьками во вверенной им провинции. Каждая провинция имела свою гвардию, жандармерию и суды. Большая часть жителей Энландии проживала в сельской местности, что было неудивительно, учитывая мягкий климат большей части государства, который позволяет заниматься сельским хозяйством.
Всё это я узнала за то время, пока наша телега тащилась по пыльной дороге, а потом стояла в длинной веренице при въезде в Мейдстон. Сам город от ворот был плохо виден, так что мнение об этом Мейдстоне у меня не сложилось, кроме того, что местный Праздник – это действительно, какое-то событие, поскольку толкучка у городских ворот была изрядная. Множество телег, повозок и просто пеших желало попасть в город. Тем более что по такому случаю проезд был бесплатным.
Что именно был за праздник, мне так и не удалось узнать, хотя бы потому, что все называли просто: «Праздник»! Много позже я сообразила, что это какой-то религиозный праздник, поскольку поздравляли друг друга с Благодатью. Когда мы подъехали к торговым рядам на рынке, уже совсем рассвело и стало даже припекать, да так, что мне было достаточно жарко в моём плаще, да ещё наглухо застёгнутом. Сама торговая площадь имела булыжную мостовую и тем выгодно отличалась от того района, в котором находились ворота для простого люда, через которые мы и приехали.
Мы расположились возле одного ларька и стали споро выкладывать предлагаемый товар на немного замусоленный деревянный прилавок. Судя по всему, прилавок существовал со времени основания самого Мейдстона. И был мыт в последний раз тогда же. Возница и мой теперешний работодатель милостиво мне кивнул на моё предложение заняться его чисткой. Поэтому выдал мне небольшую… лохань, что ли, в которой раньше был редис, и отправил в ту сторону, где был общественный источник воды, представляющий из себя небольшую металлическую колонну с маленьким медным краником, как у самовара. Колодец, в общем. Отстояв небольшую очередь и наполнив свою лохань, я вдоволь насмотрелась на одеяния горожан: женщины, несмотря на достаточно тёплую погоду, носили длинные платья немарких оттенков, с узким корсажем, из-под которого выглядывали рубашки. Платья имели длинный ряд пуговиц на лифе и передник. На голове большая часть женщин имела какой-то чепчик, короче, жуть! Хотя, и мужчины тоже поражали воображение куртками или как это называлось.
 
Вдоволь насмотревшись, я вернулась с водой и быстро отскребла грязь под одобрительные взгляды окружающих, а после помогла связать товар в красивые пучки.
- Морковь почём торгуешь, рыжая? – поинтересовался прилично одетый горожанин.
- Я шатенка. Светлая! – решила прояснить кое-какие моменты.
- Ну да, а я наш клирик, прист Сайман! – не поверил мне мужик и радостно заржал.
- Вы уж простите девушку, уважаемый! – занервничал мой работодатель – А морковь у нас по одному коину за пучок, уважаемый.
Покупатель иронично хмыкнул, но достал из маленького мешочка, который вынул из-за пазухи, мелкую монетку неизвестного мне достоинства.
Кажется, у меня появился шанс на новую жизнь!
 Глава 4 
Ноги гудели от того, что приходилось постоянно стоять на них, в голове был шум от криков зазывал и торговок, неустанно нахваливающих свой товар, сама я была на подхвате, поэтому старалась молча складывать понравившиеся покупателям овощи в корзинки. Если мне поначалу было очень интересно, и я внимательно смотрела на подходивших людей, наблюдая за почтенными матронами, придирчиво выбирающими редис и раннюю морковь, молодыми девушками, которые пытались выглядеть более невинными, чем это было на самом деле… то потом я уже не чувствовала ничего, кроме усталости.
Торговля подходила к концу, мы с Варином уселись на лавку и употребили, что Бог послал. А именно – соорудив себе по масштабному бутерброду из порционных ломтиков сыра, куриной грудки в панировки и местных даров в виде маленьких хрустких огурчиков. Запили всё это дело напитком типа кваса, что ли… лагером по-местному.
Поэтому, когда подошла очередная покупательница, я поначалу не придала этому значения.
- Яблок мочёных не осталось ли у вас с прошлого года? – раздалось у меня под ухом, и я подняла глаза.
Молодая рыжеволосая девушка, одетая в какую-то мантию, как в Гарри Поттере, неуловимо похожая на меня, приветливо мне улыбалась.
- Да какое там, леди! – замахал руками мой работодатель – Ещё по весне закончились. Скоро свежий урожай будет.
- И то, ваша правда! – казалось, что девушку мало огорчил отказ, и она стала равнодушно говорить, что ей необходимо приобрести.
Я так же спокойно складывала покупки в корзинку. Наконец, когда она была наполнена до краёв, покупательница расплатилась, не скупясь. По крайней мере, она сняла с пояса маленький бархатный мешочек, которые аборигены использовали в качестве кошелька, вытащила наугад одну монету, минсу, и небрежно подала её крестьянину.
- Уважаемый, вы не будете против того, что ваша помощница поможет и мне тоже? Корзинка тяжела, а я без горничной?
- Ну, что вы! – замахал руками счастливый мужик – Конечно, нет! Тем более что всё уже и продали практически! Иди, девочка, да слушайся леди! Повеселись сегодня вечером, как следует! С Праздником вас, с Благодатью!
Варен счастливо улыбался, украдкой показывая мне большой палец. Ещё бы, такое счастье для деревенской девушки – переть корзинку леди!
Несмотря на то, что я сейчас хотела только вытянуть ноги, молча взяла корзину и поплелась за девушкой, недобро посматривая той в спину. Впрочем, шли мы не так долго. Совсем скоро девица кивнула на стоящую возле какого-то здания карету. На козлах сидел молодой человек, спрыгнувший при нашем появлении. Он вежливо открыл дверцу в карету и встал рядом.
- Спасибо, что помогла мне, твоя помощь была поистине неоценима! – девица тонко улыбнулась мне, снимая капюшон – Думаю, ты даже не представляешь, как ты меня выручила.
Я вежливо кивнула, в очередной раз удивившись нашей некоторой схожести. Нет, не портретной, конечно. Просто один типаж – светлокожая, с красиво уложенными медными локонами и миндалевидным разрезом глаз, она могла бы быть похожа на мою сестру… если бы она у меня когда-нибудь была. Впрочем, всё это лирика. На повестке дня у меня стояло найти себе жильё на эту ночь и определиться с тем, что делать дальше. Поэтому я пробурчала: