С чем вы смешиваете свои краски? 3 (СИ)

— Один не насытит, но тысяча подобных мастерских сдвинет дело с мёртвой точки.
— А качество? ОТК к каждому кустарнику не приставишь.
— На данном этапе развития экономики это вторичный фактор, а затем сработает закон рынка. Люди не станут покупать то, что их не устроит по качеству или цене.
Машеров замолчал и не отвлекался от своих размышлений до того момента, пока приехали на Старую площадь.
— Александр, проследи за статьёй в «Комсомольскую правду». Принеси мне почитать черновик, — отдал он распоряжение.
Я же по своей инициативе засел за написание обзорного документа по спортивной обуви в СССР и расширения её производства. Отчего-то многие считали, что появление adidas в СССР напрямую связано с московской Олимпиадой. На самом деле вопрос о сотрудничестве с немецкой фирмой «Адидас» (ФРГ) начался гораздо раньше.
В стране тотального дефицита мало кто понимал, что такое реклама и почему известные фирмы, выпускающие обувь и одежду, стремятся увидеть её на спортсменах во время международных соревнований. По нашему управлению проходила информация на эту тему. В одной из записок Спорткомитета отмечалось, что «в неорганизованном порядке фирма постоянно на местах соревнований за рубежом предоставляла по собственной инициативе советским спортсменам новейшие образцы своей продукции, в основном в виде спортивной обуви».
В отличие от западных коллег, советским спортсменам не нужно было отдельно приплачивать за то, чтобы они носили конкретно эту обувь или одежду.
Во время Олимпийских игр 1976 года в Монреале представители adidas «уделяли особенно пристальное внимание делегатам из СССР». В частности, для тогдашнего руководителя советского спорта Сергея Павлова была организована неофициальная частная экскурсия на Ниагарский водопад. К тому моменту Москву уже выбрали местом проведения следующей Олимпиады, и немецкую компанию интересовал в первую очередь контракт официальных поставщиков оргкомитета, который adidas в итоге и получил.
Контракт оргкомитета московской Олимпиады был подписан с французским отделением «Адидас». СССР стал двадцатой страной, в которой шили обувь adidas по лицензии. Часть обуви, производимой в СССР, должна была сразу идти на экспорт: на момент заключения соглашения объем продукции, выкупаемой adidas у московской фабрики, составлял 15 % годового производства. Общая стоимость заключенного в 1978 году соглашения оценивалась в 2220000 рублей: в эту сумму помимо самой лицензии (1 млн рублей) входили также оборудование стоимостью чуть больше одного миллиона рублей, химическое сырье и другие необходимые материалы, которые советской стороне приходилось закупать в ФРГ. Как отмечалось в записке Спорткомитета, при подборе сырья для нового производства только семь видов искусственных материалов, выпускаемых в СССР, было допущено до испытаний и всего два из них были признаны пригодными для производства обуви нужного качества. Некоторые компоненты вообще не производились в стране.
Через несколько лет лицензионные линии по выпуску обуви adidas были открыты еще в нескольких городах СССР.
Насчёт фабрики в Армении у меня имелся интересный материал на эту тему. Немцы настояли на том, чтобы на фабрику принимали девушек не старше двадцати трёх лет и не имеющих опыта работы. Предполагалось, что в этом возрасте ещё не научились шить брак. Такие меры были предприняты не просто так. В Советском Союзе пытались выпускать джинсы наподобие американских, но эта затея полностью провалилась. «Адидас» не хотел потерять качество и свой имидж.
Безусловно, эти фабрики по пошиву кроссовок не могли обеспечить все население. Спортивная обувь буквально исчезала, едва выйдя за ворота фабрики. К тому же у производителей были обстоятельства перед фирмой «Адидас» на экспорт обуви. И до розничной торговли спортивная обувь доходила в малом количестве.
В салонах же по пошиву обуви имелось необходимое оборудование. Пусть не было материалов, но, зная наших дельцов, я верил, что они с любой проблемой справятся.
Это то, что касалось непродовольственных товаров. С продуктами питания всё так однозначно не было. Снабжение регионов сильно отличалось. К примеру, где-то в Воронеже кальмары было не достать, зато на Дальнем Востоке ими завалены магазины. Но вообще-то подобные морепродукты не были востребованы.
 
В городах Краснодарского края можно было купить редкую для других регионов Пепси-Колу, но только по той причине, что завод по выпуску этого газированного напитка находился в Новороссийске. Раз в месяц продукцию обязательно проверяли. Ходили слухи, что американцы устраивали тайные экспертизы. На самом деле им хватало и легальных проверок соблюдения технологии. В обмен на концентрат PepsiCo получала от СССР водку, коньяк и шампанское. Согласно справке, подготовленной в 1982 году в ЦК КПСС о работе PepsiCo в СССР, с 1973 года по 1981 год в США отгрузили 1,9 миллиона декалитров «Столичной» на сумму 25 миллионов долларов. За тот же период в Советском Союзе произвели 32,3 миллиона декалитров Пепси-колы.
Логистика распределения подобных товаров по стране сильно хромала. В Сибири о Пепси-Коле разве что слышали и видели лишь по телевизору.
О дефиците других продовольственных товаров вопрос немного спорный. Начнём с того, что в СССР существовали кооперативы и кооперативные магазины, где имелась та же полукопчёная колбаса, но по такой цене, что не каждый мог себе позволить её купить. Примерно такая ситуация была и с мясом на рынке.
Если прийти с утра, то выбор имелся приличный. Цена для многих советских людей «кусалась». Для меня потратить червонец на рынке никак не ощутимо, а для студента, имеющего стипендию сорок рублей в месяц, это неприемлемые расходы. Опять же повторю, что были регионы с очень скудным снабжением. Имея северные надбавки и приличную зарплату, люди не могли купить то, что хотели.
— Денег много, ребёнок просит яблоко, а взять его негде, — рассказывала одна тёщина знакомая.
Кому доводилось бывать в Забайкалье, тот примерно представляет, что такое зимние поставки. Это в двадцать первом веке китайцы решили проблему, обеспечивая своими овощами и фруктами. Пока же транспорта, чтобы в тот регион довозили те же яблоки, не хватало.
В середине девяностых я наблюдал, как зимой в Чите продавали молоко. Я не сразу понял, что это за ледяные блинчики белого цвета. Оказывается, расфасованное таким оригинальным образом и замороженное молоко. Для меня, южного жителя, это показалось необычным. Точно так же, как и обилие солёной, копчёной рыбы именно зимой. То есть привозили и продавали, но то, что выдерживало транспортировку по сильному морозу.
Хотя именно с консервами и, в частности, рыбными в стране было всё хорошо. Консервированная иваси продавалась повсеместно. Никогда не задумывался над теми цифрами, сколько её добывалось и перерабатывалось. Свежемороженого минтая также было много. Позже появится информация, что минтай был весь заражён глистами. Не знаю. Пока мы ели и не жаловались.
Распределение молочной продукции тоже не было однородным. Здесь ещё сказывались национальные предпочтения и традиции. Купить на Кавказе, к примеру, сулугуни или адыгейский сыр не было проблемой. И я совершенно не в курсе, ели ли такой сыр где-то в Якутии?
В целом народ не голодал. Если сравнивать с послевоенным временем, то и говорить не стоит. Другой вопрос, что денег у населения прибавилось. И оно, население, хотело не просто пшённой каши и плавленных сырков за тринадцать копеек, а свиную вырезку, балык, икорочку паюсную. Эти продукты можно было только «достать», имея блат или подходы к особым распределителям.
 
Свою семью я имел возможность обеспечивать самыми лучшими продуктами, но что-то все равно покупалось в магазине рядом с домом. Та же сметана или молоко. Сметана в баночках попадалась нечасто и её вкус значительно отличался от весовой. И главное, все были в курсе, что сметану в молочном отделе разбавляют (она и вкусом, и консистенцией отличалась), а как-то бороться с этим не хотели или не могли, потому что понимали, что при любой ревизии завмаг отмажется взяткой и ничего не изменится.