Русалочка с Черешневой улицы (СИ)
— Я собирался пройти мимо, но вы задели честь дамы. Извинитесь, господа.
— Солнцев, ты что… — прошептала Решка, выглядывая из-за его плеча.
Искатели приключений расхохотались.
— А что, Жук, интеллигент попался!
— Хочешь на кулак посмотреть, интеллигент? — отозвался ехидно Жук и поднес кукиш к лицу Эрика.
— Нет, Жук, он его отведать хочет! Ха-ха!
Решка вскрикнула и сжала пальцы. Раз такое дело, придется дорого продать жизнь… Или ещё можно успеть позвонить в полицию?.. Она дрожащей рукой полезла за телефоном — но ах, он ведь сел…
Эрик резко схватил Жука за запястье и вывихнул его. Атаман хулиганов взвыл от боли.
— Предупреждаю, — холодно процедил Эрик, — лучше вам со мной не связываться — я таких десять одной левой уложу. Проси прощения.
Решка сжала мобильник в ладони. Что Солнцев за бред несет?..
— Эрик, надо давать дёру… — прошептала она снова в спину защитника.
— Эй, слышь… — второй нападающий примерился сбоку, но…
Решка и не успела увидеть драки. Эрик несколько раз нагнулся, разогнулся, ткнул куда-то кулаком с глухим звуком, прокрутился в воздухе, будто ниндзя, оставляя её по-прежнему в безопасности позади себя, и… враги лежали на льду поверженными.
— Стоило извиниться… — пробормотал Эрик, вставая с колена и отряхивая джинсы. — Представляю, во что вас превратил бы Дерек. Идём, Решка.
Он взял девушку за руку, как ни в чём ни бывало. Она пялилась на него, как на чудо неземное. Регенерация регенерацией, но то, что этот поэт умеет так драться… Ого!
— А… кто такой Дерек? — спросила она, чтобы хоть что-то спросить.
— Мой друг. Любил… побеждать, — Эрик засунул руки в карманы; левую — вместе с Дашиной ладонью.
— И где он… теперь? — осторожно спросила Решка.
Всё, что касалось прошлого Солнцева, вылезало наружу со скрипом или вовсе… не вылезало. Он только что ей… пятую точку спас, и как ни в чём ни бывало говорит о каком-то Дереке! Что за имя еще такое?..
Эрик вздохнул.
— Даже не знаю, хотел ли бы я знать… Понимаешь, мы плохо с ним расстались.
Он. Её. Защитил. Решка! Отставить сомнения — он уложил троих шкафов в три секунды!
— Он шпионил для моей матери…
Однако, жизнь ведь состоит не из того, чтобы класть шкафы шеренгами…
— …и думал, что я не замечаю, как втюрился в мою невесту…
Но он любит базилик. Пишет стихи. Влюбился в неё, заслонил грудью тогда, на переходе, теперь… Невесту?!.
— …и все же… Я скучаю по нему…
Откуда взялась невеста?!
— … и всякий раз будто бы слышу, что бы Дерек сказал на это или то, как бы расхохотался, и все сосульки вон с той крыши бы посыпались…
Посыпались. Сосульки?.. Какие, тапком тебя дери, сосульки?! У Солнцева есть невеста!
— …хлопнул по плечу и сказал, что всё это — ерунда…
Решка вытянула свою ладонь и спрятала в собственный карман. Ссутулилась. Эрик остановился в недоумении. Спохватился:
— Прости, ты испугалась, должно быть… А я тут про своё… Ты в порядке, Русалочка?
Он попытался заглянуть ей в лицо, но Решка нырнула носом в шарф. Челюсть свело, в носу щекотно, горло першит, и в глазах мутно. Какой логичный конец сказке. В самый раз для Русалочки.
— Всё в порядке. Просто не пристало девушки руку в своём кармане носить, раз у тебя есть невеста. Не знаю, какие там у тебя порядки, Регенерация, но…
Эрик хлопнул себя по лбу.
— Решка! Да я вовсе не это имел в виду! Постой! — ухватил он её за рукав — до 67-го дома осталось не так далеко, Стрельцова собралась проделать этот путь в рекордно короткие сроки.
Она обернулась, едва сдерживая ярость: ведь знала, что так всё кончится! И ничего не смогла сказать, хотя хотелось спалить его ядом навеки. Чтоб не напоминал ей, какая она глупая гусыня..! Слёзы давили горло. Чтоб у такого парня, как Эрик, да не было невесты… Зачем он ей сказал тогда… что она могла бы быть его невестой, что должна его узнать?.. Решка сжала кулаки и отвернулась.
Эрик шумно вдохнул мороз сквозь зубы,
— Я же говорил тебе, что я не отсюда… Это всё осталось в прошлой жизни. Навязанный брак, обязательства… О, нет, нет! Я не успел жениться, к счастью. Это осталось далеко… Я не люблю Клер.
“А тебя — да”, - хотел он сказать, но почему-то не сказал.
Решка повела плечами, обдумывая его слова. И ответила устало всё так же — спиной:
— Ах, Эрик… не переживай. Мы ведь… даже не знакомы. Чего же я могу… требовать? Это ты меня прости.
Эрик схватил ее за плечи, развернул к себе, порывисто сжимая пальцы, встряхнул.
— Но я бы хотел… чтобы мы были знакомы.
Решка грустно улыбнулась.
— Я тоже…
Но что я знаю о тебе, герой-пожарный с невероятной регенерацией?
* * *
Часть 1. Глава 5. Незабываемый квартирник Васи Звёздного
Ночь рыдает и колдует
За открытым окном.
Тот, кого боятся люди,
Постучался в твой дом.
Канцлер Ги. Барон Самди.
* * *
Этой ночью Решка долго сидела на подоконнике, обхватив руками колени, и пялилась в туман, блуждающий между маковок уличных фонарей. Сначала она себя ненавидела за то, что так обиделась на “невесту” — значит, за одну неделю успела прикипеть к парню с неясным бурным прошлым. Потом — ёжилась и мурлыкала от воспоминаний о сказочном танце на льду под хрустальные мелодии виолончели. Ещё позже — прокручивала в голове полную отчаяния бездну в его глазах и речь о неутолённой жажде… А потом мысли затихли, прижали хвосты и улеглись спать. Решка же осталась сидеть и пялиться в туман.
Достаточно просто быть и дышать. А остальное… пусть катится лесом и идёт в баню.
* * *
Эрик и Нюрка благополучно дрыхли, и драгоценное утро оказалось в полном распоряжении Даши. О, как она любила эти часы! Когда весь мир еще спит сном праведных, а оттого словно на время исчез, замерз в некой неощутимой дали, и наконец ты получаешь в распоряжение немного вечности. Эта вечность — не такая, как ночная, бесконечная. Ты знаешь, что скоро она рассыпется в труху, и потому осознание того, что тебе удалось ухватить её за хвост… волшебнее.
Вчерашние расстройства словно губкой стёрли — ну, была невеста и была, ну нравится ей Эрик и нравится (кому он не нравится, выражаясь словами Нюрки), ну, он в нее влюблен и пусть влюблен. Жизни ведь это не мешает? Принимать решений не нужно? Никто никого не торопит. Время все расставит по местам, достаточно идти вперед и жить. Да… дышать и просто быть.
Решка на носочках скользнула за бутылкой с водой. Полила цветы один за другим, поправила листья маленького австралийского каштана. Когда-то его погрыз кот на другой квартире, но малыш из супермаркета не сдался, и теперь блистал великолепием в полметра.
Вот и своим внутренним садом если не заниматься, растворяясь во всем, что снаружи… то будешь как вот эта увядшая мята.
— Опять! — с досадой воскликнула Решка, прикасаясь к ее высохшим по краям листкам. — Какая жалость… Может, тебе мало воды?..
Нет, мяте не было мало воды — в поддоне еще пригоршня со вчера осталась. Может, мало солнца, но Даша не могла его создать из ничего: декабрьские пасмурности — они ведь вечны.
И если без солнца, без Солнцева, без Нюрки и остальных… без людей… без всего, что снаружи… то тоже увянешь.
— Просто Сцилла и Харибда, — покачала Решка головой с нервным смешком.
И от этой мысли не было грустно почему-то. Человек — он как сад, и вырастить можно в нем что угодно. А без сада и человека нет… И смысл ему жить в этом “снаружи”?.. И насколько же жизнь невозможна, интригующа, непостижима и великолепна.
Решка встрепенулась: будто искорка прошила ее от макушки до пяток. Замерла на миг, и тут же как была — в сорочке, халате и носках — запрыгнула с ногами в кресло и, открыв макбук, довольно щелкнула пальцами.
— Возможно гораздо больше, чем мы думаем, Старик, правда? — сегодня я была настроена мирно и мечтательно, а к тому же решительно — упасть носом в подушку сразу после ужина и видеть самые светлые сны.