Пятница 13-ое

Водитель второго мотоцикла, невысокий парень, в металлических браслетах и в безрукавке с нарисованным на спине хищным пауком, зло улыбнулся Рите.
Темнокожая девушка, которая сидела за ним, помахала рукой сидящим в машине молодым людям. Ее, обычная для металлистов, одежда совсем не вязалась с окрестным сельским пейзажем. Зато она чудесно дополняла никелированный, мощный мотоцикл. Это были плотно облегающие штаны из тонкой черной кожи, короткая куртка с металлическими заклепками, широкий кожаный пояс с привешенным к нему хвостом лисицы.
— Ну и пусть себе едут, — сказала Рита. — Нам же вместе с ними не отдыхать, у них свои заботы, у нас свои. Да и ты сам, Шелли, не подарок, если взглянуть на тебя со стороны.
— Я, конечно, не подарок, — вздохнул парень, — но мои шутки куда безобиднее такого вихляния на мотоциклах по дорогам. Из-за таких вот металлистов и случаются аварии.
Когда Рита и Шелли подъехали к придорожному магазину, возле крыльца уже стояли два запыленных, но все-таки блестящих мощных мотоцикла. Металлистов возле них не было видно. Скорее всего, они уже зашли в магазин.
Темнокожая продавщица скептически посмотрела на протянутый Ритой талон.
— Знаете, девушка, а мы не принимаем здесь продовольственные карточки.
— Шелли, — окликнула своего друга Рита.
Тот стоял возле одной из полок, уткнувшись в красочный детский комикс.
— Шелли, мне нужны наличные деньги!
Толстяк лихорадочно стал шарить по карманам и, наконец, извлек на свет толстый бумажник. Он неловко подбросил его в воздух, явно изображая из себя ковбоя. Как Рита ни старалась словить бумажник, тот упал на пол.
— Восемнадцать долларов, — невозмутимо сказала продавщица.
Шелли, казалось, не хотел исправлять своей ошибки. И Рите пришлось нагибаться за бумажником. Но только ее рука дотянулась до него, как на бумажник опустился черный сапог с высоким каблуком и обитым блестящей сталью носом.
— Извините, — встрепенулся Шелли, — но мне кажется, что это мой бумажник. — Он сделал шаг к чернокожей девушке, которая вертела в руке, увешенной металлическими браслетами, бумажник Шелли.
Он хотел еще что-то сказать и вырвать бумажник из рук чернокожей металлистки. Но в этот момент к нему с двух сторон устремились два молодых человека, заломили ему руки за спину и с трудом приподняли от земли. Тяжелые кованые цепи на груди ребят глухо зазвенели.
— Ты что-то хотел сказать, толстяк? Ну, говори! — прошипел ему прямо в лицо бритый наголо негр, которого звали Али.
— Нет, нет. Все нормально, все нормально, ребята. Спокойно.
Второй металлист ловко залез в нагрудный карман рубашки Шелли:
— А больше у тебя наличных нет, толстяк? Они бы нам очень и очень пригодились.
— Нет, что вы, ребята, все деньги в бумажнике. Можете их забрать.
— Мы что, похожи на грабителей, Локо? — спросил бритоголовый негр Али у своего дружка.
— Да нет. Мы совсем не похожи на грабителей. Этот парень ошибается, — ответил его низкорослый друг.
— Ребята, может тогда вам пивка купить? — поинтересовался Шелли.
— Да нет, пива мы не пьем. Только за свои деньги.
— Может я все-таки возьму свой бумажник? — твердо сказала Рита, обращаясь к надменной темнокожей металлистке.
Та небрежно раскрыла бумажник, пошарила в нем и, скривившись, вытащила полупрозрачную розовую пачку с презервативом.
— А этот презерватив ты для кого приготовила? — спросила металлистка, кивнув в сторону Шелли.
— Извини, девочка, — сказал Али, — моя подружка Лиса ошибается. Этот презерватив приготовил для тебя толстяк. Это ж его бумажник. Он хотя бы сказал тебе о своих планах? — негр громко расхохотался.
Не отвечая, Рита попробовала схватить и вырвать бумажник из рук металлистки, но реакция у той была быстрее. Она спрятала бумажник за спину и зло проговорила, растягивая слова:
— Видимо, мать не научила тебя вежливости, детка.
Рита все еще зло молчала.
— Надо попросить, вежливо попросить, — проговорила Лиса.
— Рита, — попробовал вставить слово Шелли, — может и в самом деле, попроси. Ты же вежливая девочка.
 
Рита злостно сверкнула на него глазами и продолжала молчать.
— Ну, я жду, — говорила Лиса, заглядывая в глаза Риты.
— Ну, хорошо, — наконец, проговорила девушка. Ее слова отдавали холодом. — Можно я возьму свой бумажник?
— А где — пожалуйста? — возразила негритянка, — так не пойдет.
— Можно, я возьму свой бумажник. Дайте его мне, пожалуйста, — проговорила Рита.
— Уже лучше, — металлистка вынула из-за спины бумажник. — Но нужно еще добавить, мэм. Или тебе не нравится цвет моей кожи? Если ты непонятливая, то я проговорю все вместе. Ты мне скажешь: «Можно, я возьму свой бумажник, мэм».
Делая ударение на каждом слове, Рита повторила:
— Можно я возьму свой бумажник, мэм?
Слово «мэм» прозвучало в ее устах, как самое страшное ругательство.
— Очень хорошо, — удовлетворенно сказала негритянка и отдала бумажник Рите.
Торопливо отсчитав ровно восемнадцать долларов, Рита схватила пакеты с провизией, отобранные ей и Шелли, и устремилась к выходу. Шелли еле поспевал за ней.
Бритоголовый негр Али плюнул вслед молодым людям. Его дружок Локо подмигнул Лисе и выстрелил вслед Шелли окурком, попав тому прямо в спину. Но Шелли не оборачивался. Он только испуганно смотрел на Риту и шепотом повторял:
— Рита, они случайно не идут за нами? Оглянись.
— Сядь за руль, — проговорила Рита, протягивая Шелли ключи. — А то от злости у меня руки трясутся, я могу разбить машину.
Воодушевленный таким доверием, Шелли взбодрился:
— В следующий раз я покажу этим подонкам. А сейчас мы с тобой спешим, ведь правда? — говорил он, садясь в старый фольксваген.
— Я надеюсь, в следующий раз мы в самом деле не будем так спешить уехать отсюда, — ехидно сказала Рита, захлопывая дверцу.
За перепуганным Шелли следили с крыльца трое металлистов. Али почесывал черную лысину и попинал пиво из блестящей банки. Лиса похлопывала себя по затянутой в черную кожу ляжке. А Локо звенел цепями.
Перепуганный Шелли не знал, за какую рукоятку схватиться раньше. Наконец Рита помогла ему повернуть ключ в замке зажигания. Шелли рванул рукоятку переключения скоростей и отпустил педаль сцепления. Машина рванулась назад, повалив блестящие мотоциклы рокеров прямо в лужу. Шелли от ужаса не знал что делать.
Бритоголовый Али разъяренно бросил в фольксваген банку с пивом и, с искаженным от злобы лицом, кинулся наперерез машине.
— О черт, — шептал Шелли, — я же не хотел этого, о черт.
— Ладно, поехали, — крикнула ему Рита.
Шелли немного пришел в себя и что есть силы надавил на педаль акселератора.
Елозя шинами по песку, автомобиль набирал скорость. Но дорогу ему преградил Али. Он растягивал в руках длинную кованую цепь, и казалось, не собирался отскакивать в сторону. Шелли испуганно закрыл глаза и сказал Рите:
— Держись, сейчас мы его собьем!
Но нервы у толстяка не выдержали, и его левая нога до отказа нажала на педаль тормоза. Фольксваген остановился буквально в нескольких миллиметрах от Али, который занес для удара тяжелую никелированную цепь.
Темнокожий рокер пригнулся и посмотрел на испуганное лицо Шелли. На толстых губах негра зазмеилась ехидная улыбка. Шелли облегченно вздохнул, он думал, что опасность миновала. Но в это время рука с цепью взлетела вверх, на Шелли и Риту посыпалось разбитое ветровое стекло.
Парень и девушка истошно вскрикнули и закрыли лица руками. Али все также ехидно улыбался.
С другой стороны в боковое стекло ударил кулак Локо, обернутый такой же толстой никелированной цепью.
Шелли хоть и был до смерти испуган, но сообразив, нажал на педаль газа, и машина, поднимая клубы пыли, рванула с места. Али бросился к своему черному мотоциклу. Взревел мотор. Шелли в это время круто развернулся и помчался навстречу рокеру.
— Что ты задумал? — закричала Рита.
— Я ему, гаду проклятому, сейчас покажу.