Наследник тьмы (СИ)

– Нет, – наконец произнесла я. – Уж лучше я как-нибудь с Тамми.
– «Как-нибудь с Тамми» – не вариант, – отрезал Итан. – Твой долг принадлежит мне. И, если в спальне окажутся убийцы, Тамми тебя не защитит.
Я возмущённо ахнула:
– А ты защитишь? Да с сыном Тёмного Магистра в разы опаснее, чем одной!
– Как бы то ни было, – произнёс Итан, указывая на диван, – ты спишь здесь. Одна. И не перелезаешь на кровать. Последнее, что мне нужно на балу, – это головная боль.
– У тебя она и так будет, – огрызнулась я. – От Ренаты! Если она надушится так же, как в прошлый раз, ты грохнешься в обморок посреди первого же танца!
Итан прищурился, внимательно глядя на меня.
– А ведь ты ревнуешь, – произнёс он.
Я поморщилась.
– Я? Нет! К кому мне ревновать? К чему? Что сын великого и ужасного Тёмного Магистра с готовностью шагает в расставленную медовую ловушку? Что у Ренаты на тебя явно свои планы? Это твоя глупость, а не моя ревность.
– Рената – умная девушка, которая не хочет связывать себя с заурядным магистром вроде Кертиса, – коротко произнёс Итан. – Тут наши взгляды совпадают.
Я фыркнула.
– Ещё скажи, что надеешься влюбить её в себя и вскружить ей голову, чтобы она принесла тебе ключи от всех секретов архимагистра на блюдечке. Удачи с этим.
Бровь Итана изогнулась.
– То есть никакого неудобства и никакой ревности от наших отношений ты не испытываешь, и, даже если следующую ночь я проведу с Ренатой, тебе будет всё равно. Я правильно понимаю?
Я мысленно стиснула зубы. Нет, мне было не всё равно! Я хотела, чтобы Рената держалась от нас подальше, и это желание было не скрыть. И в конце концов, Итан только что… ну, почти только что… целовал меня!
– А знаешь, – с силой произнесла я, – мне действительно всё равно! На меня никто не посмотрит, пока я твоя должница. А ты на меня не посмотришь, потому что тебе гордость не позволяет быть с девушкой, которую называют твоей наложницей и служанкой. Да ещё и дочерью предателя!
Я подошла к дивану и села на него, скрестив руки на груди.
– Так что валяй! Спи с кем хочешь, спи где хочешь. – Я смерила Итана презрительным взглядом. – У меня никакой личной жизни быть не может, и я не собираюсь вмешиваться в твою. Просто… дай мне поспать.
Вместо ответа Итан выразительно уставился на мои бёдра, и я с ужасом запоздало поняла, что полы халатика разошлись, не скрывая ничего. Совсем ничего. Обнажая очень… узкое бельё. Я торопливо набросила на себя одеяло, но было уже поздно.
Брови Итана поднялись выше.
– Никак не могу понять, – раздумчиво произнёс он, – ты меня соблазняешь нарочно или нечаянно? Меня очень интересует ответ на этот вопрос.
– Конечно, нарочно, – раздражённо буркнула я, спешно поджимая под себя ноги. – Разве не видно, как я мечтаю, чтобы меня целовали со снотворным, палили по мне из всех жезлов и поджигали со всех концов?
Я резко осеклась. Я имела в виду выстрелы по воздушному шару и сгоревший магазинчик, но прозвучало это… очень непристойно.
Но Итан пропустил этот намёк мимо ушей. Он долго и пристально смотрел на меня, казалось, думая о чём-то своём.
– С кроватью мы разберёмся после бала, – произнёс он отрешённо. – А вот насчёт остального…
Не договорив, он отошёл к окну, где стоял узкий шкафчик чёрного дерева. Не в первый раз я задумалась о том, что в башне можно было увидеть и ценные предметы меблировки, и дорогие книги. Неужели Итану всё-таки разрешили забрать что-то из своего дома?
Увы, так, пожалуй, было даже болезненнее: каждый предмет напоминал о месте, куда юноше всё сильнее хотелось вернуться. Если так, со стороны магистров это было жестоко. И ведь Итан не был дома столько лет! Одно это уже делало наш завтрашний визит в замок Волнар во сто крат важнее, чем Итан пытался показать.
Но тут Итан с резким стуком вытащил ящик, и я с изумлением увидела, как он достаёт оттуда тонкую доску. У меня отвисла челюсть. Ничего себе! Фальшивое дно? Тайник?
Итан оставил ящик на кровати и подошёл ко мне, держа в руке что-то тускло-золотое.
– Убери волосы с шеи, – приказал он коротко.
 
Мокрые волосы, распущенные после купания, разлетелись по плечам. Я мрачно покосилась на Итана, но собрала их в пучок и кое-как закрепила на затылке с помощью пары шпилек, взятых с комода.
– Теперь встань.
Едва я встала, Итан, не глядя на мой задравшийся халатик, молча развернул меня спиной к себе, и я почувствовала, как на шею мне ложится прохладная металлическая цепочка. Нет, золотая.
– Всё.
Я опустила руку на грудь, и мои пальцы сомкнулись на овальном медальоне.
– Что это?
– То, что ты будешь носить под одеждой днём и ночью.
Хорошенькое занятие. Да он тяжёлый! Ладно, не очень-то, но невесомым его тоже было не назвать.
Я попыталась поддеть крышку ногтем, но та не открылась.
– Не стоит особенно его выпячивать, – продолжил Итан сухо. – Впрочем, на балу на тебя никто второй раз и не посмотрит.
– Потому что я отправлюсь туда в обычной мантии? – язвительно произнесла я. – Вряд ли ты предоставишь мне шикарное бальное платье.
– Разумеется, нет.
Прищурившись, я посмотрела на Итана.
– Погоди, серьёзно? Ты мне предлагаешь отправиться на бал в будничной чёрной мантии? – Я подняла брови. – Разве это не урон твоей гордости? Формально я твоя спутница и ученица. Разве сын Тёмного Магистра может позволить себе отправиться на бал в собственный дом, захватив с собой девушку, одетую чуть ли не хуже прислуги?
Итан сделал шаг назад, скрестив руки на груди. Взгляд его был по-прежнему устремлён на медальон.
– Да, – очень спокойно произнёс он. – Сын Тёмного Магистра может позволить себе всё. В том числе и надеть на свою должницу лучший защитный амулет для женщины, который можно найти в этой дыре.
Я обхватила запертый медальон. Защитный амулет?
– Он достался мне от матери, – очень спокойно сказал Итан. – Если я увижу, что ты потеряла его, отдала или продала, у нас с тобой будет особый разговор. Точнее, разговора не будет вовсе. Я понятно выражаюсь?
Я растерянно моргала, сжимая в руке единственную… или почти единственную вещь, которая чудом осталась у Итана от матери. А Итан доверил её мне.
– Да, – тихо сказала я. – Конечно.
Я подняла взгляд на Итана.
– Знаешь, а ведь у меня ничего не осталось от мамы, – произнесла я. – Я знаю только то, что она умерла при родах. – Я грустно улыбнулась. – Естественно, если бы она была жива, она никогда не позволила бы отцу проиграть меня в карты. И я только теперь понимаю, что даже не знаю, была ли она магом или нет. Была ли она одной из вас? Или она была против Тёмного Магистра? А может быть, – я почувствовала, как на глазах наворачиваются слёзы, – ей было не до того? И она всего лишь была женщиной, которая тихо жила, сосредоточившись на рождении своей дочери?
– Я почти не помню свою мать, – произнёс Итан внезапно. – Только фигуру над колыбелью.
– Наверное, ты тоже хочешь знать, какой она была, – негромко сказала я. – Твой отец рассказывал тебе?
Итан покачал головой.
– Очень мало.
– Мне очень жаль. Может быть, когда-нибудь мы оба узнаем больше. Я очень на это надеюсь.
Итан помолчал.
– Мне тоже жаль, – наконец проговорил он. – И… насчёт твоей матери тоже.
Его рука рассеянно скользнула по моей. Перехватила запястье, и костяшки пальцев, тёплые и жёсткие, погладили ладонь, массируя, успокаивая. И всё это время глаза Итана не отрывались от моих. Я почувствовала, что краснею. Я должна была что-то сказать, чтобы разрядить странное напряжение, повисшее в воздухе.
– Спасибо тебе за… защиту, – произнесла я севшим голосом. – За медальон.
Итан вздрогнул и опустил руку, приходя в себя.
– Конечно, – произнёс он машинально.
Его лицо замкнулось. Момент близости исчез, и я снова ощутила незримую дистанцию. Итан бросил рубашку на стул и направился в ванную.
Я невольно повернула голову, любуясь великолепными мышцами спины, но, спохватившись, досадливо отвернулась. Да какая разница, какие у него мышцы! Я его должница, которая собирается поехать на бал в жутком платье. Конец истории. Тем более что Итан идёт на бал с Ренатой, а я не собираюсь испытывать к нему ничего похожего на романтические чувства, потому что он ограничивает мою свободу и магию, что недопустимо и возмутительно!