Наследник тьмы (СИ)

– То есть ты даже душ принять не успел? – удивлённо уточнила я. – Чем же ты занимался, пока я сидела в гостиной?
Вместо ответа Итан молча прошёл в комнату. Спаниель Барни бросился вперёд, возбуждённо прыгая вокруг хозяина, и я волей-неволей последовала за ними.
– Вот этим, – проронил Итан, указывая налево.
Передо мной был диван. Очень узкий и жёсткий с виду диван, на котором была расстелена сероватая простыня, а в угол кто-то небрежно бросил подушку. Рядом стоял комод самого простого вида, на котором лежала сложенная женская сорочка
Меня пронзило нехорошее предчувствие.
– Это для твоего пса? – вежливо спросила я, указывая на диван. – Боюсь, он здесь не поместится.
– Это для тебя.
Потрясающе. Нет, я рада, что меня укладывают не на коврике в прихожей, но…
Я выразительно оглядела комнату Итана. В общем и целом я бы не отказалась от такой спальни. Монументальный письменный стол у окна, резные деревянные панели на стенах, строгий и элегантный камин. За боковой дверью виднелась очень старая, но когда-то роскошная и аристократическая ванная.
Мой взгляд упал на кровать. Балдахин был снят, и две пышные подушки и приглашающе откинутое одеяло выглядели весьма соблазнительно.
– Как насчёт отдельной спальни для меня? – поинтересовалась я, без особой, впрочем, надежды.
– Нет.
Предсказуемо. Но сдаваться я не собиралась.
– С чего бы? – поинтересовалась я. – Магистры точно будут не против, а спать с тобой мне, прости, не очень хочется.
Игнорируя моё требовательное выражение лица, Итан направился к ванной.
– Чтобы подготовить для тебя комнату, требуется время, – произнёс он в дверях. – К тому же есть и другая причина.
– Какая?
Вместо ответа Итан вошёл в ванную. Дверь хлопнула, закрываясь за ним.
Золотисто-рыжий спаниель Барни подошёл ко мне, сел и вопросительно уставился на мою руку. Я отложила книгу, присела и погладила его за ухом.
– Вкусненького у меня с собой нет, извини. В другой раз. Кстати, я теперь с тобой буду жить. Как тебе эта идея?
Барни с задумчивым видом наклонил морду, изучая моё лицо. А потом высунул язык и шумно лизнул меня в щёку.
Я невольно улыбнулась. Вот хотя бы одно существо, которому я симпатична. Хозяин этой спальни нежностью и вниманием меня баловать явно не спешит. Узкий жёсткий диван и потёртая простынка, надо же.
И тут я ощутила запах копчёного бекона.
Небольшой столик почти терялся рядом с монументальным камином, но я сразу почувствовала, как у меня потекли слюнки. Потому что хрусткий запах свежего, только что испечённого хлеба не перепутаешь ни с чем. Горка небрежно нарезанных бутербродов возвышалась рядом с остывающим чайником, благоухая солёным маслом, сыром и беконом. Недолго думая, я подхватила первый же попавшийся кусок хлеба и вцепилась в него, мгновенно забыв, что когда-то морщила нос над сандвичами с ветчиной и огурцами.
Ничего вкуснее я не ела очень, очень долго. Хлеб просто таял во рту.
Неужели, пока я разговаривала с Салазаром в гостиной, Итан готовился к моему визиту? Не для себя же он нарезал эту гору, в самом-то деле!
Приятно, когда о тебе заботятся. Хотя вряд ли Итан делал это ради меня самой. Я была ценным ресурсом, способным привести Итана к цели. Ничего больше.
Я задумчиво огляделась. Кстати, а ведь ценному ресурсу нужно спать! И, между прочим, лучше бы в комфорте, а не на потёртой каменной лежанке.
Например, во-о-он на той заманчиво расстеленной кровати.
Я потянулась. И, опасливо поглядывая в сторону ванной комнаты, направилась к кровати, по пути сбрасывая туфли и расстёгивая платье, то есть мантию. Если Итан выйдет, а кровать уже занята… впрочем, пусть как хочет, так и устраивается.
Спать хотелось ужасно. Я зевнула. Ватная голова… так хочется положить её на мягкую-мягкую подушку…
На ощупь одеяло оказалось таким же заманивающе-мягким, как и с виду. Я опустила голову и блаженно закрыла глаза: подушка была словно создана под мою голову. Не медля, я окончательно забралась под одеяло и свернулась калачиком. В самом центре кровати, но мне было уже всё равно. Действительно, пусть Итан устраивается как хочет! Хоть на диванчике, хоть под столом. Хозяйские замашки и тяга к удобствам есть не только у него.
 
Я закрыла глаза, и перед взором вновь появилась знакомая до боли квартирка, где я готовила завтрак утром. Зимнее солнце за окном, старое пятно на скатерти, потёртые переплёты книг на двух полках – наше с отцом единственное богатство.
Интересно, как там отец? Глаза увлажнились, и я стиснула зубы. Нет, я не заплачу.
Но мне хотелось с ним увидеться. Не для того, чтобы расспросить его или обвинить в том, что он наделал. Просто узнать, что с ним всё в порядке.
Я обхватила подушку плотнее и погрузилась в сон.
  
Глава 7
 
– …И как это называется? – произнёс мне на ухо голос Итана.
Я с трудом разлепила сонные веки. В кровати было так уютно, так мягко…
– Что называется? – с трудом проговорила я.
И увидела Итана Волнара, стоящего надо мной со скрещёнными руками. В одном полотенце вокруг талии.
Зрелище было… впечатляющее. Взгляд невольно скользнул по прекрасно очерченным мышцам живота. Даже соблазнительное. Та-а-ак… нет уж, к такому зрелищу лучше быть спиной. Во избежание.
– Влажные волосы тебе идут, – пробормотала я, отворачиваясь от него и переваливаясь на другой бок. – Особенно такие лохматые.
Твёрдая рука легла мне на плечо.
– Комплиментами ты не отделаешься. Ты заняла мою кровать. Вставай.
– Ты же наследник тьмы и новый Тёмный Магистр, – сонно напомнила я. – Вот и прогони меня тёмной магией. Принеси в жертву чью-нибудь девственность… или чем вы там занимаетесь.
Кажется, про девственность упоминать не стоило. Увы, мне так хотелось спать, что я отбросила в сторону стеснение. На словах, конечно, потому что показываться из-под одеяла в нижнем белье я не собиралась.
Увы, в следующее мгновение Итан решительно потянул моё одеяло вниз, и я ясно ощутила, что это вот-вот случится, причём без моего согласия.
– Слушай, хочешь спать, так устраивайся рядом! – заявила я, притягивая к себе одеяло. – И вообще, тебе, должно быть, давно пора идти выполнять свои обязанности ученика магистра, или чем ты там занимаешься.
– Даже если бы они были, после карцера я не собираюсь никуда идти, – отозвался Итан. Я услышала, как он босиком пересекает комнату. – Кроме того, архимагистр должен объявить сегодня о бале в честь Зимнепраздника.
– О котором говорила его дочка Рената, – смутно вспомнила я.
– Именно. И я не желаю присутствовать на людях в этот момент.
Качнулся матрас, и я, приоткрыв глаза, увидела, как Итан откидывает край одеяла с другой стороны кровати.
– Не бойся, мы поместимся, – бросил Итан, ложась на спину. – Правда, пододвигаться ближе не советую.
Едва он небрежно укрылся одеялом, как полотенце, только что обматывающее его бёдра, полетело на пол. У меня округлились глаза. Это он что, совсем голый под одеялом? Если бы я могла, я бы вылетела из кровати пулей, но моё нижнее бельё, пусть и довольно скромное… в общем, не хотела я появляться в таком виде. А заворачиваться в одеяло и бросаться к своей одежде, оставив Итана голым, я тем более не хотела. Есть вещи, которые лучше оставить маленькой тайной. Или большой тайной?
Я кашлянула. Так, не думать о голых магах и о нижнем белье!
– Так почему тебя так тревожит этот Зимнепраздничный бал, что ты не желаешь присутствовать при его объявлении? – уточнила я. – Боишься, что тебя погребут под собой красотки, желающие с тобой потанцевать? Ты же изгой, и, – я запнулась, – всё такое прочее.
– «Всё такое прочее» не отменяет огромного количества девиц, которые думают, что флиртовать с тьмой – это романтично, – неожиданно устало отозвался Итан.
Так у него ещё и толпа поклонниц неподалёку затесалась?
Я приподнялась на локте, уставившись на Итана. Мне было интересно.