Внучка Черной ведьмы (СИ)

Увы, большая часть того, что продолжала говорить Дианэль, прошла мимо ушей. Сознание опять стало плыть. В глазах потемнело, резко закружилась голова. К горлу вновь подступила тошнота. И я отключился. Пришел в себя от льющейся на губы жидкости и чувства приятной бодрящей прохлады исходящей от двух маленьких ладошек упершихся в грудь. Собравшись с силами, открыл глаза. Надо мной с тревогой склонилось лицо дриады. Похоже, лежу вне кокона, а под спиной песок. Ощущая тяжесть, слегка приподнял голову и увидел, что Дианэль сидит прямо на мне, а сияющие мягким зеленым светом руки плавно перемещаются по всему телу. С лозы, висевшей над головой, в рот стекает тонкая струйка воды.
Некоторое время я просто пил и наслаждался чувством уходящей боли. Заодно разглядывал спасительницу. Между прочим, а она повзрослела и как-то изменилась. Два-три года на предыдущий возраст можно смело накинуть. О, и ленточка по-прежнему в волосах. Только, правда, одна, но судя по пусть неумело, но тщательно завязанным узлам, ценит. Приятно. Наконец, более-менее придя в себя и собравшись с силами, приподнялся, пытаясь оглядеться. Нежелающее фокусироваться зрение и резь в глазах этому способствовали мало, но кое-что увидеть смог.
Похоже, мы находились на берегу реки, а доносящийся шум подсказал, что искомый водопад уже совсем рядом. Странно, но ничего зеленого вокруг не было. Только камни, серо-бурый высохший кустарник, подступающий к берегу, и видневшиеся вдалеке мертвые остовы деревьев. Серое мутное небо и необычная тишина завершали этот довольно неестественно выглядевший пейзаж. Интересно, что за катастрофа тут произошла? Попытки придумать объяснения прервал голос Дианэль:
— Старшая, ты как?
Поднявшись, она стояла рядом, исходя чувством тревоги и волнения. Я повернулся на живот и, помогая руками, сел на корточки. Затем, прокашлявшись, выдавил из себя уже что-то больше похожее на голос:
— Жить буду, — одновременно подумав, что фраза получилась несколько двусмысленной. Затем посмотрел на дриаду и продолжил, решив не оставлять этот вопрос на «потом», которого, похоже, часто не бывает:
— Ди, почему не хочешь уйти со мной? Древо ведь погибло, и тебе нет необходимости оставаться здесь.
Небольшой вихрь из эмоций надежды, радости и сильного сожаления. Недолгое молчание. И честный, насколько это возможно, ответ (эмоции подтверждали):
— Извини, Старшая, но я тоже обязана закончить Служение. А потом… нужно будет сообщить о судьбе Великого Леса «тому», кто направил меня в Поиск.
Неожиданно она распростерлась в поклоне глубокого подчинения, коснувшись головой песка.
— Прошу, Старшая, позволь это исполнить!
Некоторое время я недоуменно смотрел, не понимая, зачем спрашивать разрешения. А потом мысленно хлопнул себя рукой по лбу. Впрочем, надо было сделать так и по-настоящему. Да посильнее. Сам же взял у дриады Долг Жизни, который явно о себе сейчас напомнил! Вдруг в голове возникли отдающие неприятным ощущением мысли: «А не стало ли мое спасение результатом только его действия? И… насколько эмоции Дианэль искренни?» После того, что творил с моими чувствами «предыдущий я» и как влиял на окружающих, уверенности не было уже ни в чем. Нет, не хочу больше всей этой лжи, а потому…
— Долг уплачен полностью. Ты свободна. Именем Соланиэль!
…
Донесшийся откуда-то издалека едва слышный вздох радости и два тихих слова сказанных через паузу:
— «Жива…»
…
— «Подтверждаю!»
…
Резко вскинув голову, Дианэль посмотрела на меня расширившимися глазами. Затем… они вдруг наполнились слезами, а в эмоциях проступили сильная обида и непонимание.
— Я… я… не…
Неужели ошибся? Ну вот. И что теперь делать? Нужно срочно исправить!
— Но, надеюсь, ты по-прежнему останешься моей сестренкой?
Новый вихрь чувств, две руки, вцепившиеся в плечи, и капли, стекающие по спине. Судорожный вздох с эмоцией вернувшегося счастья:
— Ста… Сестра!
Одновременно сказанные слова:
— Прости…
— Прости…
Честно? Я тоже заплакал. Значит, не все вокруг было ложью и хотя бы часть тех чувств, что испытывали окружающие ко мне, являлись настоящими. Как же хорошо!
 
Увы, вдоволь порыдать, опять не получилось. Дианэль резко замерла, потом с сильной тревогой сказала:
— Сестра, надо идти, «они» уже двигаются в нашу сторону.
— А ты?
— Не переживай. Пока действует Служение, не тронут, а потом я покину это место. И… как выполню свой Долг, то обязательно вернусь и найду тебя! Обеща…
— Не надо! Ты должна поступать так, как считаешь нужным и правильным, а не из-за того, что пообещала. Особенно по отношению ко мне. Вот тут уже я прошу!
Возникшее недоумение было прервано четко ощущаемым чувством нарастающей опасности, и Дианэль торопливо проговорила:
— Хорошо, а теперь…
…
Оказалось, чтобы исполнить задуманное, нам надо перебраться на другой берег. Именно там находилась небольшая тропа, спускающаяся прямо вдоль водопада. Естественно, проложили ее не люди, а звери, но пройти можно. Кстати, Дианэль выбрала именно это место специально. В отличие от нее другие дриады не очень любили такое большое количество воды и, соответственно, будут переправляться осторожно и медленно, что даст дополнительное время. А оно нам уже необходимо, поскольку моя потеря сознания и небольшое выяснение отношений, явно «съели» его почти полностью.
В целом, не считая судорожное ковыляние, изображающее шаг, и несколько неудачных падений из-за соскользнувшей ноги, реку мы перешли нормально. Причем именно перешли. Здесь был небольшой узенький брод из камней. А кокон Дианэль спокойно катился рядом, даже толком не погружаясь в воду. Выбравшись на берег я, не удержавшись, опустился на колени. Ощущаемая слабость стала уже раздражать. И вообще, вроде два Источника работают, так почему? И отчего так холодно-то? Даже знобить начало.
Заметив мое состояние, Дианэль приостановилась, на мгновение задумалась и затем, нырнув в кокон, вылезла с каким-то комком. Расправленный, он оказался тем самым детским плащом, который был куплен в Лучезаре. Надо же, сберегла. А я еще посмел обидеть нелепым подозрением.
— Одень, Сестра. Прости, но это все, что у меня есть.
Пришлось со старательно транслируемой благодарностью нацеплять на себя эту рваную и грязную тряпку, изначальный вид которой уже с трудом поддавался определению. Хорошо еще, что прихваченная небольшой лямкой фибула осталась на месте, позволив застегнуть явно маловатый плащ у горла. Хотя, все же лучше, чем ничего. Ненамного, но стало теплее. В том числе и от пришедшей со стороны дриады эмоции удовольствия.
Заодно, пока одевал, обратил внимание на свое тело. «Покров» отсутствовал, а вода частично смыла грязь и кровь, показав, что под ними скрывалось. М-да. Говорят, шрамы украшают мужчину. Но учитывая, что тело-то женское и располосовано рубцами от ран и ожогов так, что практически нет живого места, зрелище все же было не из приятных. Лицо и спина думаю не в лучшем состоянии. Что же, становиться первой красавицей на деревне, ну или в городе, все равно не собирался, так что не страшно.
А вот то, что я теперь, слава богам, уже не девочка (и не из-за корня, всунутого между ног, не надо таких мыслей) новостью было хорошей. И по степени взрослости Дианэль явно обогнал. Высоким, похоже, особо не стал, но лет восемнадцать, а то и двадцать, этому телу можно давать смело. Худющее, правда, аж все кости выпирают, но грудь почему-то большая и какая-то набухшая. Думаю размер второй, не меньше. И зачем? Вот уж удовольствие теперь таскать «это» спереди на себе. Хотя, если исключить шрамы, смотрятся довольно прилично. Только лучше наблюдать подобное со стороны, чем на своем теле. Э-эх. И ведь если бы не «знал», то мог подумать «всякое» про «предыдущего я». И на кой хрен ты решил создать «боевую форму» из женского тела, а?! Жаль, но ответ уже не получить.
 
Все эти мысли я додумывал стоя на небольшой каменной площадке в окружении вздымающихся зубьями скал, куда Дианэль меня уже просто донесла на своих лозах не став сажать в кокон. И хорошо, а то повторно сидеть в этих колючках желания не было совсем. По ее словам, дальше терраса заканчивалась, и шел обрыв. Сбоку из расщелины, заросшей сухим кустарником, доносился звук водопада. Впрочем, мне нужно было прямо, по едва видимой тропинке, заворачивающей за скалу и идущей дальше вниз по уступам.