Игры на выживание (СИ)
Не пререкаясь и не споря, я бросилась к своим вещам не только потому, что замерзла. Все же стоит признать, фигура у Идигера — то, что надо. И хочешь не хочешь, а мой взгляд непроизвольно задерживался, то на мощном торсе, то на накаченных руках. При этом проскакивающие в этот момент в моей голове мысли были не самыми благовоспитанными. А еще стоять почти голой рядом с мужчиной в одних трусах для меня также было в новинку. Я, конечно же, знала, что когда-нибудь что-то подобное произойдет. Вот только рисовалось это в моем воображении совершенно в другой обстановке и при других обстоятельствах.
— Что дальше?
Как бы мне ни хотелось казаться самостоятельной и независимой, я все же понимала, что Тсермир более опытный в такого плана мероприятиях и лучше меня ориентируется на местности. Честно говоря, столь большое и открытое пространство меня пугало. Все же я провела всю свою жизнь на космических кораблях и станциях. А те несколько раз, когда побывала на разных планетах, не в счет.
— Первым делом нам надо все чипы отправить вниз по реке. Если их просто уничтожить, то нас начнут искать особенно усиленно. А так пусть отслеживают куклу. Так же отключи коммуникатор и всю другую электронику, которая у тебя есть в наличии. От нас не должно исходить никаких сигналов. И я бы даже предложил, во избежание любых нюансов, вынуть аккумуляторы.
Так как резон в словах Идигера был, то я, не споря, сделала все, что он сказал. Вплоть до того, что и из одежды и спальников были удалены батареи для питания дополнительной системы обогрева. И вот мы уже двигаемся вдоль горной гряды, удаляясь от точки конечного пункта нашего задания. И все это для того, чтобы сбить возможных преследователей со следа.
Часа через два мы оказались у берегов горной реки, в которую тут же был брошен сверток с жучками. Мы даже несколько секунд понаблюдали за тем, как непроницаемый, наполненный воздухом пакет, крутясь, плывет вниз по течению. Поняв, что эта часть плана удачно выполнена, мы сразу же поменяли направление нашего движения. А еще через три часа я поняла, что устала. Никогда не думала, что по пересеченной местности так сложно передвигаться. Но жаловаться или просить устроить привал я не стала. Вот только Тсермир и так сам все видел, поэтому стал идти заметно медленнее, давая мне возможность передохнуть.
Не знаю, как нуарец определял наш маршрут без помощи электронной карты и коммуникатора, но шел он довольно уверенно. А для меня пейзаж вокруг почти не менялся. Казалось, что все горы одинаковые. Будь я одна, то давно уже заблудилась бы. Идигер же легко ориентировался, даже не знаю по каким признакам. Но вот мы добрались до высохшего русла реки и пошли по ее бывшему дну. Благодаря тому, что оно было довольно ровное и усеяно мелкими камушками, а не крупными булыжниками, которые надо обходить, то мы даже смогли перейти на спокойную, медленную трусцу. Животные нам по дороге почти не попадались. Я разве что на склонах пару раз заметила группы мирно пасущихся местных травоядных. Хищники же, спасибо космосу, нам по дороге не встретились.
В какой-то момент я поймала себя на том, что уже готова попросить моего напарника сделать привал. Именно тогда он сам остановился, принявшись внимательно рассматривать склоны возвышающихся над нами гор. И уже вскоре указал на расщелину, обнаруженную им в нескольких десятках метрах от нас.
— Остановимся там на ночлег. В горах темнеет очень быстро. Так что дальше идти нет смысла. Сама поднимешься?
Интересно, а если бы я сказала, что нет, то что бы он предпринял? Понес бы меня? Хотя, судя по виду Идигера, в отличие от меня, мой напарник совершенно не устал. Все такой же бодрый, каким был утром. Не зря нуарцев считают самыми сильными и тренированными воинами. Я даже позавидовала его выносливости. После чего собралась и сделала последнее усилие. А оказавшись внутри пещеры которую обнаружил Тсермир, уже не стесняясь, скинув свой рюкзак на пол, легла прямо на голый камень. И все равно, что он холодный. Двигаться я не то что больше не хотела, а элементарно не могла.
Ничего не говоря и не спрашивая моего разрешения, Идигер полез в мой рюкзак. Я же только повернула голову, следя за его действиями. И вот мне уже протягивают пакет с пищевым концентратом.
— Поешь. Завтра тебе понадобятся силы. А их не будет, если сейчас заснешь от усталости голодной.
Несмотря на то, что двигаться не хотелось, я все же села, забирая из руки мужчины свой ужин. Но при этом не удержалась, чтобы не буркнуть.
— Насколько я помню, кто-то обещал нам вкусный шашлык на ужин, а не пресный сухпаек.
— Огонь может привлечь к нам ненужное внимание. Так что пока обойдемся тем, что есть.
Облокотившись о стену, я принялась лениво жевать безвкусный, зато питательный пищевой концентрат, обводя взглядом слабоосвещенную заходящим солнцем пещеру. Она оказалась небольшой. Правда, в одной из стен имелся проход куда-то вглубь горы, но проверять, что там нуарец не стал. Вместо этого завалил вход в туннель камнем.
Чтобы забраться сюда через неширокую расщелину в скале, нам пришлось снять рюкзаки. Я-то прошла нормально, а вот Идигеру с его ростом и шириной плеч пришлось протискиваться боком, согнувшись в три погибели.
Внутри, к моей неимоверной радости, оказалось сухо, а еще темно. И с каждой минутой становилось все темнее. Но мы решили не освещать помещение.
В отличие от меня Тсермир продолжал активно копошиться то в своем, то в моем рюкзаке. И откуда у него столько сил? Еще пока мы шли, я держалась, но стоило остановиться и расслабиться, как поняла, что все, топливо закончилось. И даже моя челюсть, которая не участвовала в процессе бега и ползания по скалам, не желала шевелиться. А ведь я всегда считала себя довольно выносливой. Но как показала практика, все оказалось не столь радужным. А еще для меня было открытием, что бежать, перепрыгивая через камни, и взбираться вверх по скалам, это не то же самое, что заниматься на тренажерах. Хотя можно сделать скидку на то, что здесь более низкое атмосферное давление, чем то, к которому я привыкла. Значит, чтобы мой организм получил необходимое количество кислорода, мне приходилось чаще дышать. Вот только в какой-то момент это перестает помогать и тогда наступает кислородное голодание. Начинает болеть голова, ноги становятся как будто ватные, и человек устает в разы быстрее. По-хорошему, чтобы всего этого не испытывать, нужно просто дать организму несколько дней на акклиматизацию. Вот только о последнем мне нечего было и мечтать. Так что имеем то, что имеем.
— Аделина, пора ложиться спать. Нам рано вставать.
Услышав обращение, я посмотрела в сторону, где копошился Идигер и с удивлением увидела, что спальное место он приготовил одно на двоих. Мало того, уже и сам там лег, приглашающе отбросив в сторону угол моего спальника, который нам должен будет служить одеялом. А его спальник служил нам матрацем.
— Э-э-э, — я не сразу нашлось, что сказать. Это что, очередная неудачная шутка Тсермира? Какой-то странный и нестандартный нуарец мне попался. — И как это понимать?
Какие-либо предположения я даже не пыталась строить. Все же Идигер меня уже не единожды удивил. При этом не скажу, что всегда приятно. Так что его приглашение можно было расценить как угодно, в зависимости от своей распущенности и полета фантазии. А у меня и с тем и с другим было все отлично.
— Ночью температура воздуха, в данной местности, опускается до нуля градусов. В пещере будет немного теплее, чем снаружи. Но все равно, без движения ты вскоре замерзнешь. Тем более что включать подогрев спальников нельзя, так же как и разводить костер. Так что лучше нам спать вместе, согревая друг друга. Так будет теплее, да и безопаснее. Мало ли какая тут имеется ползающая живность.
Услышав резонное объяснение, я все равно не удержалась и с сомнением посмотрела на ожидающего моего решения мужчину. А он не преминул ехидно заметить.
— И да, если начнешь приставать, то, как порядочная девушка, обязана будешь на мне жениться. Ты же порядочная?