Игры на выживание (СИ)
Ну ладно, где Тсермир я уже поняла, а сейчас неплохо бы увидеть, выбрались ли головорезы из заблокированного лифта.
Выбрались. Мало того, они уже возились с дверью в наш блок, чтобы ее открыть. А это значит, что мы опять играем наперегонки. Правда, все же у меня была фора. Дверь, которую мне предстояло открыть, не блокировали.
Увидев Идигера лежащим на полу, я на мгновение замерла, затаив дыхание и пытаясь разобраться, жив ли он. Поняв, что у меня начали дрожать руки, я с силой сжала их в кулаки, в надежде хоть немного успокоиться. Но у меня ничего не вышло. Поэтому, сделав последний, решительный шаг в сторону тела и присев около него на корточки, я поднесла руку к шее, чтобы прощупать пульс. А почувствовав его, с облегчением выдохнула. Жив. Мало того, судя по показателям переносного портативного медицинского индикатора, который был у меня в поясной сумке, мужчина просто спал. И вот теперь я стала перед дилеммой. Будить или нет? Оставить его так было бы неправильно. Все же в таком состоянии он совершенно беспомощен перед бандитами. Но если его разбудить, Тсермир наверняка поинтересуется не только тем, кто я такая, но и что здесь делаю. Мало того, он вполне может решить, что я заодно с той четверкой. И что же делать? И ведь особо времени на обдумывание у меня не было. Решать надо было быстро. Так как, не обнаружив меня в блоке, головорезы могут вернуться сюда. Или кого-то послать.
Нет, сейчас будить Идигера — это не вариант. Если это и делать, то только поближе к помещениям, где есть другие люди. А раз так, то надо бы мне поторопиться.
Приняв решение, я взяла своего самозваного женишка за руки и потянула его из комнаты, а после по коридору в сторону лифта. Хорошо хоть унесли его недалеко, и не надо тащиться через весь этаж. Правда, это была единственная хорошая мысль, посетившая меня в этот момент. Все остальные не пропустила бы цензура. О том, что Идигер будет тяжелым, я и раньше догадывалась. Но ведь этот боров оказался совершенно неподъемным. Легче цистерну с топливом с места сдвинуть, чем этого самоуверенного типа. И о чем он думал, когда с теми громилами связывался?
Когда я обессилено опустилась на пол в середине коридора, буквально метрах в десяти от своей цели, у меня даже мелькнула было мысль, а не бросить ли мне это неблагодарное занятие. Вот ради чего и кого я надрываюсь? Оно мне надо? Мысленно представив, как все бросаю и ухожу, я лишь устало прикрыла глаза.
Тридцатисекундный отдых — это все что я могла себе позволить. После чего, сцепив зубы, вновь поволокла тяжеленную тушу к лифту, а когда дотащила, принялась возиться с кнопкой вызова. Ведь этот этаж закрыт.
Нам повезло, лифт приехал пустой. Затащив в него тело Идигера, я прислонила мужчину к стене, придавая ему сидячее положение. И только после этого ввела нейтрализатор. Ну что же. Я сделала для нуарца все что могла и даже больше, чем хотелось бы. Очнуться Тсермир должен буквально через несколько минут. К тому моменту я успею добраться до ангара. Надеюсь, Сергеевич меня не обманул, и я смогу покинуть на их корабле эту ржавую развалюху.
* * *
Так уж получилось, что до того, как мы спустились на первый этаж, лифт несколько раз остановился, и в кабину впихнулось человек десять. На сидящего на полу мужчину обратили внимание лишь первые трое. Ну как обратили? Просто мазнули ленивым взглядом по его фигуре и тут же начали о чем-то своем с беспокойством спорить. А потом нуарца за ногами уже и видно не было. Мало того, мне даже пришлось так встать, чтобы на него не наступили.
Судя по обеспокоенным лицам и голосам, на станции была поднята общая тревога. У меня сложилось такое впечатление, что народ торопится покинуть базу. Неужели это поднялся переполох из-за устроенной мной диверсии? В последнее мало верилось. Точнее, в это не верилось до того момента, пока не открылась дверь и все не высыпали наружу.
Так как шла я последней, то увидев, как вокруг мечутся люди, удивленно замерла. Народ как те тараканы, бежал во все стороны, но большинство все же двигалось по направлению ангаров. А еще часть светильников погасла, а вторая неприятно мерцала. Вот же космическое де@%**. Все же эффект домино сработал. Так что теперь мне надо бежать еще и потому, чтобы меня не обвинили в порче частного имущества и не выставили счет.
Я как раз сделала шаг, чтобы покинуть лифт, когда меня кто-то схватил за ногу, из-за чего я чуть не упала. Хорошо, что успела схватиться рукой за стену. Только благодаря этому и устояла.
Опустив взгляд вниз, я увидела удерживающего меня на месте Тсермира. И ведь его глаза по-прежнему были закрыты.
— Эй, ты чего? Отпусти.
Дернув ногой, я попыталась освободиться, но у меня ничего не вышло. Несмотря на то, что нуарец еще толком не проснулся, меня он держал крепко. Наверняка синяки на ноге останутся. Вот же.
— Помоги.
Прохрипев просьбу, Идигер попытался открыть глаза и даже подняться, но, пошатнувшись, мужчина сполз назад на пол.
— Слышь, алкаш, не умеешь пить, не берись.
Еще раз дернув ногой и поняв, что это совершенно бессмысленно, я принялась отдирать пальцы нуарца руками. С таким же успехом я могла попытаться забрать добычу у сугоркоготаура. А ведь у последнего даже после смерти нельзя разжать челюсти. Только сломать.
— Помоги.
Услышав в очередной раз просьбу Идигера я зашипела не хуже взбешенной змеи.
— Какого хр@%@. Отвали от меня. А то я сейчас охрану позову.
Про охрану я несколько преувеличила. Все же привлекать к себе лишнее внимание мне не хотелось. Но как же отделаться от прилипчивого нуарца? И надо же было, чтобы он очнулся раньше времени и вцепился в меня как клещ.
— Я не пьян. Моя девушка… Она одна закрыта в номере. Ей грозит опасность.
— Да тут опасность всем, кто не свалит, грозит. Не слышишь что ли вой сирены. На базе пожар начался. Так что сам иди спасай свою…
Закончить фразу я не успела.
— Я заплачу. Сколько скажешь. Только помоги мне подняться и дойти до моего блока.
- Извини, мужик, деньги — это, конечно, хорошо, — я сделала вид, что задумалась соглашаться или нет, но тут одна из мигающих ламп, расположенная недалеко от нас, заискрилась и с глухим хлопком лопнула. После чего завоняло паленой пластмассой, и в довершение всего включился разбрызгиватель. В ту же секунду девушка, пробегающая мимо, на которую попали то ли осколки, то ли вода, испуганно завизжала, чем окончательно вселила панику во всех остальных. Наблюдая, как народ, толкаясь и ругаясь, бежит в сторону ангара, я отрицательно покачала головой. — Вот только на тот свет кредиты не возьмешь, а на этом, если задержусь здесь с тобой, могу не успеть ими воспользоваться. Так что сори, но одьос.
Услышав мой ответ, Идигер, сжав губы в тонкую полосу, все же отпустил меня. Вот только уйти я не успела.
— А вот и наши голубки.
Резко обернувшись, я увидела перед собой уже знакомую четверку. Головорезы, увидев нас, довольно оскалились. На экране, да еще и рядом с нуарцем, когда он стоял, они не выглядели такими уж крупными. В жизни же оказалось все не столь радужным. Я и раньше-то предполагала, что не справлюсь с ними. Сейчас же в этом окончательно убедилась. Поэтому, почувствовав, как меня хватают за шиворот, даже не стала пытаться отбиваться. Смысла в этом не видела. Разве что разозлила бы громил. А так у меня еще был шанс выкрутиться.
— Так нам же вроде говорили, что его баба белобрысая и выглядит как фифа, а эта рыжая мелочь, судя по комбинезону, местная.
— Не знаю ничего. Берем ее с собой. Разбираться со всем будем после.
— Что значит после? Я этого алкаша первый раз вижу. Эй, мужик, скажи своим дружкам, что ты меня не знаешь.
Я попыталась было возмутиться. Но меня никто не стал слушать, а вместо этого быстро и довольно грубо втолкнули вглубь кабины. Мгновение, и вот уже лифт поехал наверх.
25
— Кто это?