Идеальная помощница (СИ)
Милана в итоге сначала сводили в подвал, на поиски стены с рисунком. Ходили там не только с офицером, но и со специальными амулетами. Но стена, увы, была уже отмыта. Пришлось несчастному офицеру садиться рисовать увиденное. Хотя бы примерно. А художник из Милана был явно хуже чем актер, гораздо и гораздо хуже. Да и память на рисунки так себе.
Кирта не нашли.
С другой стороны, не нашли следов открывавшегося портала, но тут можно было смело грешить на какую-то старинную родовую защиту, надежно прятавшую след. Защита от желающих отследить, у путевых столбов лучше, чем собственно открываемый портал. Из портала частенько выбрасывало совсем не там, куда шли, а еще чаще — не всех, кто шел. Поэтому их и держали только в качестве «на крайний случай».
С третьей стороны, никаких следов, указывающих, что сбежал он не через портал, тоже не нашли. Он просто загадочно испарился. И даже сыскные амулеты Ливина не помогли прояснить эту загадку. Впрочем, как и ту, кто ударил по голове Милана. Потому что в развалинах были только его следы и беглого проверяльщика. При помощи магии приложил? А потом и этот след как-то убрал перед побегом?
С четвертой, Ливин искренне не понимал, почему Кирт стал бы рисковать и бежать через самый ненадежный вид портала. Подумаешь, школу решил обокрасть, попутно проведя ритуал. Так ведь пока не провел, и попробуй докажи, что собирался, наличие не шибко нормальной мачехи такое себе доказательство. Да и воровство еще доказать надо.
А с пятой, Кирт все-таки куда-то делся. И у него для этого была причина, может даже серьезная, гораздо серьезнее банального воровства. А Милан никак не мог вспомнить, что же там было нарисовано. Из-под его руки выходили невнятные каракули в кружочке, не имевшие ничего общего с существующими в реальности магическими рисунками, даже фальшивыми.
— Может ему справочник по символике дать? — задумчиво спросила Нира, услышав, как замороченный Ливин жалуется на это Глену.
Пришел сыскарь на кухню на запах ванили. Глен пек очередную партию печенья, на этот раз не просто так, а ради испытания отремонтированной вытяжной системы, у которой, как оказалось, была куча настроек и она работала совершенно по-разному, когда варили супы на всю школьную ораву и когда пекли пару килограмм печенья. В чем, собственно, ремонтировавший ее амулетчик пожелал убедиться, заодно поев вкусной выпечки и захватив немного жене с дочкой.
— Справочник? — переспросил Ливин, странновато улыбнувшись. — Действительно, почему бы не дать справочник? Все ведь так просто.
— Не факт, что поможет, но я бы попробовал, — поддержал Ниру Глен.
Сыскарь кивнул, попрощался и чуть ли не вприпрыжку умчался.
— Иногда люди не видят очевидных вещей, — прокомментировал Глен, заглянул в пекарский шкаф и вытянул первую партию печенья. — Особенно когда сталкиваются с проблемой, которую хотят разрешить как можно быстрее. Тогда они начинают спешить, метаться, делать хоть что-то. А лучшим решением было бы остановиться, выдохнуть и посмотреть вокруг.
— Он еще и философ, — по-доброму проворчала Вика.
А Ливин тем временем чуть не столкнулся с сердитой женщиной. Раздраженно ответил на ее весьма хамский вопрос и даже рукой махнул в нужном направлении. Она ему вослед возмущенно фыркнула, не забыв помянуть нравы нынешней молодежи, и пошла, куда указали. Несколько раз дернула ручку наружной двери кухни, пока не сообразила, что она открывается внутрь. Решительно вошла, огляделась и громко хмыкнула.
На нее наконец обратили внимание. Дегустировавший печенье амулетчик забавно приподнял бровь, а потом проявил вежливость и пожелал здоровья даме в криво сидевшей шляпке.
Глен посмотрел насторожено, а потом на всякий случай улыбнулся.
А Нира застыла, не донеся руку до тарелки с печеньями.
— Вот так я и знала! — возмущенно воскликнула женщина, проигнорировав вежливость амулетчика. — Одна! В компании двоих мужчин! Стыд какой!
— Вот зараза, — только и смогла сказать Вика. Хотя явление этой дамы было вполне логичным событием, учитывая все обстоятельства. И как она про нее забыла? Хоть бы подготовились, морально.
глава 26
Глава 26
Ты должна!
Если женщина настроилась на скандал и успела себя в этом направлении накрутить, ее ничто не остановит. Даже если эта женщина искренне считает себя воспитанной, изысканной и полной всяческих достоинств.
А Нира к скандалу готова не была. И она вдруг почувствовала себя маленькой, никому не нужной, ни на что не способной. Сидела за столом и молча хлопала глазами. И это было такое странное состояние, что Вика почувствовала себя рыбкой в аквариуме. Безмолвной, только и способной беззвучно открывать и закрывать рот. Она некоторое время даже не слышала, что говорит Нире «любящая» мамочка. И эта мамочка тоже казалась рыбкой, особенно ей в этом образе удались выпученные глаза. А ведь в спокойном состоянии вполне себе симпатичная женщина.
Потом с Вики схлынула чужая растерянность и стали долетать звуки.
— …неблагодарная… соседки судачат и ждут… стыд на мою голову…
Глен встал на ноги, резко отодвинув стул. И скрип ножек этого стула помог очнуться Нире, она даже руку наконец на стол опустила.
А в Вике темной волной начала подниматься злость.
— …он же твой брат, как так можно? Ты должна… кто тебе еще поможет, а ты…
— Нира, заткни ей рот печеньем, — потребовала Вика. — А то ее несет, еще немного и окажется, что без ее драгоценного сыночка королевство не устоит, а лично король даже туалет в своем дворце не найдет.
Нира видимо представила несчастного короля, потерянно бредущего по коридору дворца в поисках туалета, и нервно хихикнула.
На ее матушку это произвело такое впечатление, словно дочь произнесла те самые слова, после которых рано или поздно остановится мир. Она замерла с приоткрытым ртом, став похожей на рыбу еще больше. Издала странный звук, может даже икнула. Глубоко вдохнула и выдала пулеметной очередью:
— Неужели ты не понимаешь, что он единственный мужчина в семье!
— А ее муж уже не мужчина, — почему-то развеселилась Вика, из-за чего Нира улыбнулась.
— Боги, что за несносная девчонка? — трагично возвела руки над головой матушка. — Что за глупая? Кто ее научил настолько не ценить семейные узы?
— Действительно, кто? — фыркнула Вика.
— Как можно настолько не интересоваться собственным братом? — продолжала разоряться матушка, не стесняясь мужчин, которых изначально вменила в вину Нире. — Если бы ты поинтересовалась и вовремя помогла, он бы не очутился в таком ужасном положении. А вдруг все станет еще ужаснее, что ты будешь делать? Не красавица, без состояния в качестве приданного, с несправедливо обвиненным братом… а ты знай, никто не будет разбираться, справедливо ли. Все сразу осудят. И с чем ты останешься? Кто тебя защитит? И кто после этого на тебе женится?!
— Я, — решительно произнес Глен и хлопнул ладонью по столу, бедная матушка аж подпрыгнула от неожиданности. — И какой этот хлыщ мужчина, если женщины еще и его проблемы должны решать? Защитничек сестры.
Последнее прозвучало как изысканное ругательство.
— Да как ты смеешь? — несколько растерянно произнесла матушка, а Нира сидела и молча хлопала глазами. Даже на Вику короткое слово «я» сказанное настолько вовремя произвело впечатление. — Кто это такой? — обернулась скандалистка к дочери и некрасиво указала пальцем на Глена. Точно как ее сын, Вика даже умилилась.
— Котик, северный, — видимо отреагировала на жест Нира.
— Котик?! — не оценила откровения матушка и покраснела от возмущения. — Котик?!
— Глен Титхаш, — невозмутимо представился котик.
— Повар? — мрачно уточнила мамочка, явно не считавшая поваров достойными хотя бы Ниры мужчинами.
— Преподаю основы магических проявлений, — разочаровал ее Глен.