Крест и крыло

Вампир чертыхнулся. И впился глазами в лужу.
– Что с ней?! Я могу увидеть?
Деревья издевательски зашумели, как бы говоря «уж что-что, а увидеть ты можешь…».
И Мечислав увидел, как мертвенно бледной девушке что-то вкалывают в руку.
– Черт!!!
Наркотик. Вампир понял это сразу. И мог только беззвучно ругаться. Он хорошо помнил, чему его учили.
Все, обладающие силой, должны воздерживаться от стимуляторов. Они обязаны развивать свой дух исключительно с помощью тренировок и медитативных практик, разработанных специально для них. Они не должны стимулировать его иными способами.
Алкоголь, наркотики, зависимости любого вида – разрушают дар. Каким бы он ни был. Быстрее или медленнее, так или иначе – обладающий силой теряет свои возможности, ибо направляет их только на удовлетворение своей прихоти. Меняется аура. Уничтожаются связи с окружающим миром.
Человек гибнет.
Мечислав знал это. Но не успел рассказать Юле. А сейчас… сейчас она, хотя и не по своей воле, теряла себя.
– Я могу ей помочь?! Не просто же так ты меня сюда вытащил?! – вампир совсем забыл, что надо бояться. И разговаривал с этим заповедным местом, как с одним из своих вампиров. Но на его дерзость не обиделись.
Вместо этого он увидел большую колючку в траве. Или она просто выросла из травы перед самым его носом?
Ему не нужно было объяснять, что это и зачем. Вся магия вампиров построена на крови. Юлина магия иная. Но сейчас она под наркотиком. И теряет связи со своей силой. Мечислав может их укрепить. Или… это место может воздействовать через него?
Наверное, и то, и другое.
Вампир, не особо раздумывая, приложил шип к запястью и надавил, стараясь держать руку точно над водой.
Алые капли застучали об ее поверхность, размывая картинку и окрашивая ее в багряный цвет ранних сумерек.
– Возьми все, что пожелаешь. Но помоги ей! Пожалуйста!
Деревья зашумели. И Мечислав успел ощутить их одобрение. Мол, соображаешь, клыкастый, и от тебя может быть польза.
А потом все закружилось перед глазами, размываясь в единый серый вихрь.
За всю историю существования вампиров, наверное, это был первый раз, когда вампир потерял сознание.
* * *
Даша едва успела подъехать к нужному дому, когда ей навстречу распахнулась дверь.
Валентин вылетел наружу, как пушечное ядро. Огляделся – и наткнулся на нее глазами.
– Даша! Слава богу!!!
Медведице влепили огненный поцелуй, схватили за руку и потащили к машине.
– Нам срочно надо к Мечиславу! Сейчас ты поведешь, а я буду обзванивать своих!
– Ты хорошо водишь? – поинтересовался кто-то рядом.
Даша повела глазами. За Валентином она и не заметила намного более скромную фигуру Шарля. Дракон был бледен, как молоко, глаза горели так, что видно было даже за контактными линзами, а пальцы отчетливо дрожали.
– Да. Но…
– У тебя десять минут. И нам нужно в «Три шестерки».
Валентин выдернул у нее из рук брелок и нажал на кнопку. Новенький «форд фокус» только пискнул.
– Даша, выручай!
Мог бы и не просить. Оборотниха оскалилась и скользнула на переднее сиденье.
– Семь минут! Гарантирую! Но штрафы ты оплатишь!
– Поехали, – рявкнули в один голос мужчины.
И Даша рванула с места, оставив на асфальте черный след жженой резины.
Полиция?!
Светофоры?!
Пешеходы?!
Не стой на пути у женщины!
Снесу и не замечу!!!
Валентин, не обращая внимания на бешеную скорость и пищащие вокруг машины, названивал по телефону всем, кому мог.
Лисы-оборотни не самые сильные бойцы. Но сейчас выбирать не приходилось.
* * *
– Слава, Славочка, родной мой, любимый, очнись, ну пожалуйста, ну, Славочка…
Женский голос настойчиво звал Мечислава, пробиваясь к сознанию вампира.
– Славка, гад такой, открой глаза, не пугай меня, не надо… Ты не можешь умереть у меня на руках, я тебе голову оторву за такое…
Последние слова перешли в громкий всхлип. И опять…
– Славочка, очнись, лапочка моя…
– Ты уж определись, гад я или лапочка? – прохрипел Мечислав. И кое-как разлепил глаза.
 
В следующий миг на шею ему с плачем бросилась Юля.
– Гад бессовестный! Зубастый! Так меня пугать!!! Я чуть с ума не сошла, когда подумала, что ты умер!
– Так я и умер. И очень давно.
– Дошутишься, юморист клыкастый, – всхлипнула девушка. – Слава, у нас такие проблемы…
– Я так и понял. Что с тобой случилось?
Вампир попытался кое-как приподняться и сесть. Юля тут же потянула его на себя, помогая в этом нелегком деле. Тело отозвалось болью, но повиновалось. А больше ничего и не надо.
Он по-прежнему находился на той самой поляне. Шумели сосны, зеленела трава, кое-где выглядывали головки одуванчиков… только вот маленькое озерцо посередине было другим. Его берега были чуть красноватыми. Глина? Или его впитавшаяся кровь?
– Не знаю. Это утром. Мне кажется, меня похитили. Или пытались убить?
– Кто?!
Мечислав готов был взорваться от ярости. Забыты оказались и боль, и кровопотеря.
Кто посмел покуситься на его фамильяра?! Его женщину?! Его любимую, черт побери?!
– Не знаю. Я ничего не успела увидеть.
– А сейчас? Что с тобой произошло?!
Юля глубоко задумалась.
– Странно… такое ощущение, что это та экстрасенсиха. Из ИПФ. Ты помнишь?
– Татьяна?
– Да. Она что-то делала. И я начала умирать. Стало плохо. Очень плохо. Меня словно что-то пожирало. И я позвала тебя. Звала, что было сил… А потом меня просто выкинуло сюда. А ты?
Мечислав не удержался. Обнял покрепче девушку. Привлек к себе. И поцеловал в кончик покрасневшего от слез носа.
– А меня просто потянуло сюда. Я понял, что тебе очень плохо. Стал звать… И это отняло много сил. Видимо, я упал в обморок… До чего ты меня довела!
Юля посмотрела на него с опаской, но потом поняла, что вампир шутит.
– Смотри. Станешь еще больше человеком – придется вспоминать, как в туалет ходить, – подколола она. – Слава, но что же делать?
– Ничего, – просто пожал плечами вампир. – Убивать тебя не станут. Если уж решили похитить… сейчас далеко не утро. Мне скоро пора просыпаться. Убить тебя было бы проще. Так что жди. Придешь в себя, осмотришься, поймешь, где ты – и опять вернешься на эту поляну. Позовешь меня. И расскажешь в подробностях. А потом мы с ребятами нанесем дружеский визит твоим похитителям.
– И люди будут думать, что это – новая Фукусима? Или Хиросима?
– Да хоть Чернобыль. Я надеюсь, тебе их не жалко?
– Похитителей?
Юля зашипела кошкой. Даже глаза сощурились.
– Оторвать им головы! Медленно и мучительно! Как ты думаешь, что с моими телохранителями?
– Вряд ли что-то хорошее. Сейчас проснусь – и узнаю…
И словно в ответ на это – всколыхнулись и зашелестели ветви деревьев.
Юля поежилась и кивнула.
– Тебе надо идти.
– Вот как?
– Да. Я знаю. Тебе надо проснуться. Срочно.
Мечислав не стал спорить. Главное он уже знал. Остальное – выясним.
– Оставайся здесь сколько сможешь. Хорошо?
– Обещаю. А ты приходи сюда и зови меня. И я буду звать.
– Договорились. Я буду ждать твоего зова на рассвете, каждый день.
– Хорошо.
– Юля, помни. Я тебя откуда угодно вытащу. Я тебя люблю.
– И я тебя тоже… люблю, – всхлипнула девушка. – Славка, тебе не кажется, что это уже натуральная мылодрама? Он и она говорят о любви, в следующей серии ее убивают, а он героически клянется отомстить на могилке?
Вампиру ужасно захотелось отвесить любимой подзатыльник. Чтобы даже и не заикалась о таких гадостях. Но он отлично понимал, что эти слова продиктованы страхом. И заставил себя улыбнуться.
– Любовь моя, я бы на это не рассчитывал. Ты можешь сделать комедию из любой, даже самой мыльной драмы.
– Ну если только так…
– А как иначе?
Порыв ветра хлестнул вампира по спине, напоминая, что время дорого. И Юля поняла это.