Готорн (ЛП)

— Я сделала заклинание огня, чтобы немного согреть нас перед возвращением. Стало так холодно! Не помню, чтобы в прогнозе говорилось о морозе. Сейчас же только сентябрь!
— В Блитвудском лесу погода может сыграть злую шутку, — сказала я, вспомнив ледяных великанов и ледяных фейри, пока грела руки у огня.
Я накинула крыло на плечи Хелен, и она придвинулась ко мне поближе.
— Я и забыла, что у тебя своя печка, — сказала она, потирая руки. — Крылья Марлина тоже были тёплыми… — она умолкла, лицо её порозовело в свете костра. — Я имею в виду…
— Тебе не нужно притворяться передо мной, Хелен. Я знаю, что вы двое близки. Ты видела его с тех пор, как вернулась?
— Э-э, нет, не совсем, то есть один раз, но только бегло. Нам пора идти, не думаешь? Мы должны сказать остальным, что сумрачные вороны пытаются проникнуть в сосуд. Натан, вероятно, собрал поисковую группу на наши поиски.
Она потушила огонь брызгами наколдованной ледяной воды и выбралась из пещеры так быстро, как только смогла. Я сложила крылья и, шагнув на улицу, обрадовалась их теплу. Было холодно. Земля была покрыта инеем, кусты боярышника голые и замерзшие в свете полной луны…
— Забавно, — сказала я Хелен, — разве луна не стала убывать всего две ночи назад?
Мы должны были следить за фазами Луны, так как они влияли и на определённые заклинания.
— Наверное. Не могу вспомнить. Мы уже можем пойти, Ава? Эти ужасные вороны всё ещё могут быть здесь.
Я вздрогнула при мысли о сумрачных воронах.
— Может нам стоит полететь? — предложила я. — Из-за твоей лодыжки.
— Нет, нет, я не хочу быть обузой. Я отлично смогу дохромать, — сказала она, пошатываясь, идя передо мной.
У меня было чувство, что Хелен хочет побыть одна. Что-то случилось с Марлином? Может быть, я была не единственной, кто поссорился с парнем.
Я поспешила за Хелен, оглядываясь по сторонам в поисках любых признаков присутствия сумрачных ворон, но ничего не видела и не чувствовала, чтобы что-то преследовало нас. На самом деле лес казался пустым, даже бесплодным. Как будто из него высосали всю жизнь. Голые ветви деревьев терлись друг о друга с жалобными скрипами, похожими на испуганных мышей. Ветер стонал, как в трауре. Даже луна спрятала своё лицо за пеленой рваных облаков. «Мне просто грустно оставлять мистера Стража одного, — сказала я себе, — и потому что Рэйвена не видела всю неделю. Завтра я пойду искать его. А сейчас, мы вернёмся в Блитвуд, и я буду чувствовать себя лучше».
Прошло полчаса, и я задумалась, не сбились ли мы с верного пути.
— Ты знаешь, куда мы направляемся, Хелен? — спросила я, дёрнув её за рубашку.
Она удивлённо посмотрела на меня, как будто я задала ей трудный вопрос.
— Я… я не знаю… о, подожди, ты слышишь это?
Она приложила палец к моим губам, веля мне помолчать. С моим слухом Дарклинга я должна была услышать это первой. Вдали звонил колокол.
— Это колокола Блитвуда. Они зовут нас домой! Ну же!
Она схватила меня за руку и потащила по узкой тропинке между поваленными деревьями — я не могла припомнить, чтобы было столько поваленных деревьев на опушке леса. Казалось, здесь прошёл торнадо. Кроме того, в звуке колокола было что-то странное. Да, он звучал как один из колоколов Блитвуда — большой басовый — но если они зовут нас домой, почему не звонят во все колокола?
Мои опасения были развеяны, когда мы вышли на лужайку и увидели сверкающую с правой стороны от нас реку и затуманенный корпус Блитвуда, вырисовывавшийся под светом спрятанной облаками луны. Лужайка была настолько окутана туманом, что было трудно разглядеть наши ноги, не говоря уже о замке. Хелен дважды споткнулась, её лодыжка — и, несомненно, старая травма — явно беспокоили её.
— Эти проклятые птенцы! — выругалась Хелен. — Они оставили хоккейное снаряжение на лужайке. Поговорю о них с Дейм Бекуит.
— Я уверена, что Дейм Бекуит и учителя сначала захотят услышать о сумрачных воронах, попытавшихся проникнуть в сосуд.
Я представила мисс Шарп, мисс Кори и мистера Беллоуза, собравшимися у камина в библиотеке. Хотя странно, что они не искали нас. И почему в школе было так темно? Даже если бы было очень поздно, мне кажется, они оставили бы свет гореть, чтобы указать нам путь.
 
— Хелен, — сказала я, когда мы подошли к краю хоккейного поля, где на ветру развевалась разорванная сетка. — Тебе не кажется это странным…
Я так и не закончила предложение. Хелен стояла немая и бледная в свете луны, которая вышла из-за облаков. Её лицо на мгновение напомнило мне лицо мистера Стража, её глаза были такими же широкими, как и его, а кожа бледной, как и его с землистым оттенком. Я проследила за её потрясённым взглядом до башни Блитвуда — только вот там не было никакой башни, лишь один скелетный фрагмент, поднимавшийся из разрушенных руин, которые когда-то были нашей школой.
ГЛАВА 4
— Пропал!
Голос Хелен был настолько сиплым, и на миг я подумала, что сумрачные вороны вернулись и каркают над опустошённым окаменелостями Блитвуда. Затем бросившись вперёд, она закричала:
— Натан!
Я схватила её раньше, чем она смогла распластаться на обломках. Она повернулась ко мне, размахивая руками у меня перед лицом.
— Нам надо попасть внутрь! Там могут быть замурованы люди, и они пострадали… Натан… и Дейзи и Кам! Долорес и Би! Вот почему они не ищут нас, потому что школу взорвали, равно как господин Хофмейстер пытался взорвать Вулворт-билдинг. Ван Друд взорвал Блитвуд! Неужели ты не видишь… Ава, почему ты на меня так смотришь? Почему ты не даёшь мне пойти и помочь им?
— Хелен, — сказала я, схватив её за обе руки и посмотрев в её широко распахнутые глаза. — Наших друзей нет там. Приглядись.
— Что ты имеешь в виду? Большая часть здания уцелела! — она внимательно осматривала обломки, теперь уже полностью обличённые светом немилосердной луны. — Там могут быть выжившие.
— Значит, они остались в живых уже давным-давно. Посмотри на виноградную лозу и мох, растущий поверх обломков, — я потянула Хелен к обрушенной стене и сорвала ветвь лозы, взбиравшейся по камням. Она оборвалась с сухим треском. Внутри развалин что-то задвигалось. Мыши. Или змеи: — Это не только что случилось, Хелен. Это произошло много лет назад.
Хелен повернулась ко мне, белки её глаз сияли в лунном свете.
— Но мы же только что расстались с ними. Мы отсутствовали всего несколько часов.
— Должно быть, мы перешли в Волшебную страну в какой-то момент в туннелях и вышли в ином времени. Помнишь, как твои часы остановились, а мой репетир начал странно себя вести?
Я вынула репетир и открыла его. Он играл траурный перезвон, который отбивали колокола, когда бывшая воспитанница Блитвуда погибла. Я посмотрел на Хелен. Её глаза были полны слёз.
— Как долго?
— Не знаю.
Я прошла вдоль разрушенной стены к разгромлённой мраморной куче, которая была крыльцом. Некогда величественные дубовые двери с их резным знаком «Колокола и Пера» всё ещё были на месте, но на них были выемки и рубцы, как будто животные оцарапали их. Грубая доска была прибита искоса поперёк их с выжженными на ней рунами.
— Похоже, они пытались забаррикадироваться и нанесли защитное заклятие на двери, — сказала я, прикоснувшись к рунам. Я почувствовала слабое пощипывание магии, сила заклятия истощалась. Мои пальцы оказались испачканными в саже: — Возможно, кто-то ещё остался внутри, — с долей сомнения произнесла я.
Правда была такова, что я боялась войти внутрь, боялась того, что мы могли найти среди обломков и мышей. Но Хелен была смелее меня.
— Кто-то, должно быть, есть внутри, — сказала она, стиснув мою руку. — Кто же ещё мог звонить в колокол?
Я подняла взгляд на колокольню. От звонницы осталась воронка, но она была права — наверное, там до сих пор висел один колокол, и мы слышали его звон.
— Мы выясним, — сказала я, — но нам надо быть осторожными. Всё может обрушиться на нас.