Готорн (ЛП)

Леди Эфилена, страж сосуда, встала, держа в руке моток золотой нити.
— Нет, сэр Изумбрас, — сказала она. — Замок должен быть сохранён. Даже если сосуд разбит, мы должны гарантировать, что никто не попадет внутрь и не выяснит местонахождение последнего сосуда. Я сама буду его защищать — до последнего вздоха и даже больше. Вы должны спасти дочерей колокольных дел мастера.
— Но моя госпожа, — рыцарь — сэр Изумбрас, как она назвала его — начал говорить, его голос надломился. — Никто кроме вас не знает путь через лабиринт к сосуду. Как я вообще вас найду?
Она подала руку, на которой балансировал клубок золотых нитей.
— Я отмечу свой путь нитью, — сказала она, — как Ариадна пометила лабиринт для Тесейя. Я наложу на неё заклятие, которое только вы… — она немного повернулась к нам лицом, и мне показалось, что она смотрела на меня, — и другие с добрым сердцем и намерением смогут увидеть, так однажды вы сможете последовать за мной.
— Я буду следовать за вами до последнего вдоха и даже больше, — произнёс рыцарь, преклонив колено у её ног.
Я услышала, как рядом со мной засопела Дейзи. Да и мои глаза были полны слёз, что мое зрения затуманилось, фигуры рыцаря и его леди становились замазанными и неотчётливыми. Я вытерла глаза — но фигуры остались такими же размытыми и неясными, как и выцветшая нить.
— Нет! — воскликнула я, шагнув к гобелену.
Я едва могла разглядеть образ Эфилена и её отважного рыцаря, преклонившего колени рядом с ней. Магия эльфийского золота почти иссякла. Последние пылинки золота сияли в клубке ниток, который она держала в руке.
— Как мы теперь найдём путь? — спросила Дейзи, подойдя и встав рядом со мной.
— Смотрите, — сказала Натан.
Он указал на клубок с золотой нитью. Пока мы наблюдали, он выпал из руки леди, вылетел из гобелена и, разматываясь, покатился по полу. Он двигался, словно его собственная воля побуждала к этому, по комнате и затем выкатился через дверь, где мы могли услышать, как он ударяется, скатываясь вниз по ступенькам.
— Быстрее! — закричал мистер Фарнсворт. — Нам надо последовать за ним, пока он не исчез.
Но кто-то уже бежал за ним. Сэр Изумбрас, бледный и поблекший, но всё ещё связанный своей клятвой, следовал за золотой нитью, пока та распутывалась. Нам лишь оставалось последовать за ним.
ГЛАВА 17
Первыми рванули мы с Натаном, а следом за нами Дейзи с мистером Беллоуз, а Колли, Джинкс и Боттом замыкали шествие.
— Я останусь в башне, — выкрикнул мистер Фарнсворт, — буду охранять гобелен.
Я не знала, почему гобеленам требовалась охрана, но времени спрашивать не было. Впереди нас я смогла лишь разглядеть мелькание светящегося рыцаря, прежде чем он совершил следующий поворот в темноту.
— Быстрее, — прошептал мне на ухо Натан. — Если мы его потеряем, мы никогда не найдём туда путь.
— Но ведь вниз всего один единственный путь.
— Да, но как только мы спустимся под землю, путь расходится — смотри — мы проходим дверь во двор замка.
Я взглянула вправо и уловила мерцание факела с улицы, где шесть парней стояло на охране. Я услышала их смех и почувствовала запах стейка и почек в тесте, которые привезла им Дейзи из «Беллз». Мой желудок заурчал.
— Хоть кто-то удостоился ужина, — я услышала недовольство Боттома.
— Я привезла достаточно, — ответила Дейзи. — Уверена, они приберегут немного для нас.
Парни рассмеялись на это, будто это была весёлая шутка. Я оглянулась на них, но мои глаза, ослеплённые светом, ничего не смогли рассмотреть. Натан схватил меня за руку и потянул через чёрный выход, где единственным светом был слабый отблеск светящихся доспехов сэра Изумбраса.
— Может нам стоит захватить фонарь, — сказала Дейзи.
— От этого лишь сложнее будет увидеть рыцаря, — выкрикнул в ответ ей Натан. — Смотрите, он сворачивает в тот проход.
Благодаря свечению доспехов сэра Изумбраса, я могла лишь увидеть арочный дверной проём, а за ним длинный извилистый коридор с полудюжиной пролётов, зияющих подобно чёрным пастям. Если мы упустим момент, когда он свернёт, мы никогда не узнаем в какую дверь он зашёл. Равно как и остальные наши пособники, которые отстали далеко позади. Как только мы с Натаном свернули в дверной проём, я быстро произнесла указывающее путь заклинание и пометила дверной проём сияющей печатью.
 
— Превосходная идея, — услышала я слова мистера Беллоуза. — Помечай след, Ава.
— Ура Аве-следопыту! — поддакивали парни.
Мои щёки вспыхнули от их похвалы, но поспешив через дверной проём, я почувствовала себя так, словно меня бросили в холодную воду. Я не могла видеть ни Натана, ни рыцаря. Я потеряла их обоих! Моё сердце застучало в ушах — нет, всё же я услышала шаги Натана по каменному полу. Я открыла свой слух Дарклинга и сосредоточилась на поступи Натана и бросилась вперёд с ощущением, словно была совой, нырнувшей за мышью, услышавшей её движения под снегом. Я бежала так быстро, что врезалась прямо в Натана.
— Осторожней, — воскликнул он. — Я едва не упустил его из-за тебя… вон он, снова поворачивает.
Впереди нас сэр Изумбрас следовал за золотой нитью в дверной проём. В свете нити я заметила, что кругообразный проход теперь был шире и что мощёный путь был с откосом, круто ведущим вниз. Мы спускались в подземелье башни, размашисто петляя.
— Как далеко вниз он уходит? — спросила я у Натана, шлёпнув очередную печать на дверной проём и последовав за ним.
— Никто не знает, — ответил он. — Иногда парни принимали вызов и отваживались зайти в лабиринт, но о них больше никто не слышал.
— Как ужасно! Неужели их не пытались найти?
— И потерять ещё больше парней? Какой в этом смысл? Кроме того, здесь крысы.
— Крысы?
— Да, лабиринт кишит ими. Неужели ты не можешь услышать их своими соколиными ушками?
Я открыла свой слух и прислушалась. Да, я, в самом деле, услышала, как что-то царапало… а потом что-то запищало. Позади нас я услышала крик Колли:
— Вот паршивцы, убери их, Джинкс!
— Парни займутся ими, — сказал Натан. — Они не дадут им следовать за нами.
— Следовать за нами? Думаешь, это сумрачные крысы?
— Думаю, тени ждали своего шанса найти сосуд. Разве ты не видела тех ворон на световом окне? Они уже послали сообщение своим гадким собратьям под землёй — вон — вон один из них, — Натан указал на темноту, где я рассмотрела два сияющих красных глаза. — Их всегда можно отличить по красным глазам.
— Может нам…
— Оставь их парням. Они отличные крысоловы.
Мне до жути не хотелось поворачиваться спиной к этим злостным красным глазам, но Натан уже спешил вперёд. Я понимала, что он боялся потерять из виду рыцаря, но мне хотелось, чтобы он хотя бы чуточку боялся потерять и меня с остальными. Я услышала, что мистер Беллоуз и Дейзи остановились и вместе с парнями начали вести борьбу с крысами, и стала переживать, что они так и не смогут нагнать нас. Я едва могла поспевать за Натаном и ухитряться помечать повороты, но я позаботилась о том, чтобы всякий раз, как мы сворачивали помечать поворот, потому что до меня вдруг дошло, что если мы сможем когда-либо отыскать второй сосуд и узнать, где расположен третий сосуд, от этого не будет никакой пользы, если мы не сможем найти путь назад.
Временами я даже задавалась вопросом, а знала ли нить леди Эфилены куда она вела. Иногда путь срезал кверху. Дважды мы прошли сквозь дверной проём, который я уже пометила печатью. Мы прошли по кругу так много раз, что я стала испытывать головокружение. Мне пришлось закрыть слух Дарклинга, чтобы заглушить все сбивающие с толку отголоски. Я больше не могла слышать ни мистера Беллоуз, ни Дейзи, ни парней. Должно быть, они остались позади и убивают крыс, не давая им последовать за нами. Мне оставалось лишь надеяться, что они со временем последуют по моим меткам и встретятся с нами у сосуда. Если мы его когда-нибудь найдём.
— Что если нить — ловушка, — сказала я Натану, — и её цель завлекать врагов в лабиринт и оставлять их здесь умирать?